Строптивые

Мери Ми

Доехав до лагеря, мы выгрузили свою спецодежду и снаряжение. Макс предложил выпить по бутылке пива на крыльце домика.

– Раз она несовершеннолетняя, как будешь сдерживать своего дружка? Вижу, глаза горят у тебя.

– Ты что, мать твою, экстрасенс? Я не знаю, Билл. Я хочу ее, но не собираюсь терпеть до ее совершеннолетия. Тем более, ей нужны серьезные отношения, а у меня в планах этого нет.

– А я бы вдул Брианне, – но она вынесла мне мозг, сказав всего лишь одно слово.

Засмеявшись, мы сделали по глотку пива.

–

Чем вы занимались, когда нас с Оди не было?

– Сидели на улице около дома. Она не пустила меня в дом, когда я захотел отлить. Я не нашел лучшего варианта, как пойти в кусты. Пришлось выслушать лекцию о нравственности и свинстве. Потом она назвала меня Уильям. Меня это разозлило, и я наговорил ей всякого. Полный пиздец, если вкратце. Уильямом меня называла только мама. Скрепя зубами я разрешал ей это.

– Мужик, ладно тебе, выжил же.

Пиво мы практически допили. Тишина и спокойствие вокруг умиротворили душу.

– Надолго, интересно, мы застрянем здесь?

– Если техника выдержит, то, возможно, еще на месяц.

Макс

Из трейлеров повылазили мужики. Кто-то пил пиво, кто-то говорил о семьях и девушках. Я немного послушал новости, зевнул и потянулся: пора спать. Распрощавшись со всеми, я зашёл в дом и оглянул свою одинокую берлогу. Заглянул в холодильник. Чего ждал? Приготовленной вкусной еды? В холодильнике сиротливо лежит засохший сыр и покрытые плесенью тосты. Я выкинул все в мусорное ведро. Как давно я не ел домашней еды. Еще со времен колледжа, а если точнее – с тех пор, как съехал от родителей. Придется пить кофе, который мне уже осточертел. Насыпав молотые зерна в кофемашину, нажимаю на кнопку. Двадцать секунд, и ароматный кофе готов. По телу расходится приятное тепло, а настроение улучшается.

Меня тянет к Одри. Черт, как она реагирует на мою близость! Хочется унести ее в свою берлогу и вбиваться в нее до беспамятства. В тот вечер я сам не заметил, как выдал «деловое предложение» – трахать ее и платить за это. Я полный кретин. Но она запудрила мне мозги, и думать в тот момент я мог только членом. Ее зеленые глаза… У меня яйца сжимались от каждого их взгляда на меня. А чего стоит миниатюрная фигурка… У любого снесет крышу. Яйца болели от постоянного напряжения. Черт, я либо что-то натворю, либо сломаю себе причиндалы от дрочки по ночам. Девочка совершенно не осознает, как действует на меня, – маленький глупый ангелок.

Я подобрал сумку у входной двери, достал телефон и проверил связь. «Сеть не обнаружена». Вспомнив, что есть сигнал у кровати, я двинулся в комнату. Рухнув спиной на кровать. Листаю контакты: «Киска-1», «Киска-2»… Какой я прагматичный, ничего лишнего. Переименовав «Одри» в «Неженку», набрал номер. После двух гудков услышал в трубке тихий голос.

Одри

Схватив не глядя мыльной рукой телефон, я ответила.

– Да?

– Малышка, как прошел твой день? – бархатистый баритон Макса застал врасплох. От неожиданности

телефон чуть не выпал из рук.

– Я, эм… Давай созвонимся попозже? Не могу сейчас говорить. – И надо было мне взять трубку. В глаза попала пена и начала их пощипывать. Срочно нужно смывать шампунь.

– Что там у тебя за шум, детка? Ты в душе?

Блин, мне еще не хватало, чтобы этот наглец стал фантазировать обо мне голой.

– Подожди минуточку, – я бросаю телефон на край раковины и быстро смываю шампунь. Судорожно споласкиваю тело, обматываюсь большим полотенцем. Все это время он слушал мое шуршание.

– Все, я готова говорить.

– Голой спокойно будешь разговаривать со мной. Я не железный, милая.

– Я не виновата, что тебе приспичило позвонить в то время, когда я принимала душ, – решив увести разговор в другое русло, я рассказываю Максу, как прошел мой день. – В универ… с учебой, – поправила я, – все хорошо.

– У тебя такой приятный голос. Представляю твое влажное тело.

– Стоп, я не просила секс по телефону. Что за совращения малолетних? Вообще-то уже поздно, так что до свиданья.

– Ммм, ты все продолжаешь показывать зубки, крошка. Наверное, ты действительно думаешь, что это нравится мужикам, – ворчание на пустом месте. Я всего лишь хотел услышать твой голос, неженка, и как ты провела сегодняшний день.

Смягчившись и серьезно обдумав его слова, я начала болтать без остановки и рассказала, как мы с Бри сходили в кино после учебы. Я подробно рассказала сюжет, восторгаясь работой режиссера, снявшего фильм. Как мы вкусно пообедали в кафе, прошлись по магазинам, а потом как я весь вечер трудилась над конспектами и заданиями и успела спроектировать небольшой дизайн прихожей. Все это время Макс слушал, не перебивая.

– Алло, ты еще тут? – Наверное, я переборщила с откровениями, и ему стало скучно и неинтересно. Слышу храп в трубке. – Что?

Раздается смех.

– Извини, детка, я пошутил. У тебя был очень насыщенный день.

– И все? Может, расскажешь, как прошел твой день?

– Малыш, было много работы. Меня назначили смотрящим. Все очень обыденно и неинтересно твоим милым ушкам. И, кажется, я скучаю по твоему упрямому личику.

От этих слов у меня сладко потянуло внизу живота, соски напряглись, а щеки залила краска. Ох, я сойду с ума!

– Прекращай меня смущать, Макс. Мне завтра рано вставать, так что спокойной ночи.

– Детка, постой, не так быстро. Когда ты думаешь обо мне, твои трусики становятся влажными?

– До завтра, Макс, уже поздно, – настаиваю я. Было бы уместнее писать такое по смс, потому что слышать это вживую невозможно. Лицо горит, руки дрожат, я не привыкла к такому. Не знаю, что на это сказать.

– Такая скромница. Получается, я один страдаю. Расскажи, какого цвета у тебя соски?

Бросив взгляд на зеркало, я отодвинула полотенце. Сосок розовый, напряженный. Я резко задернула полотенце назад. Что я творю?