Строптивая жена
Шрифт:
Она посмотрела на него, и он увидел в ее зеленых глазах отчаяние.
— Я тебе не рассказывала, что плакала.
— Ты плакала?
— Когда врезалась в твою машину. И это случилось не из-за дождя. Не думаю, что дождь сыграл решающую роль. Я плакала, так как сознавала, что не смогу иметь ребенка от тебя. Не знаю почему, но я не могла перестать думать об этом. Просто наваждение какое-то… — Она прерывисто вздохнула. — Я… я всегда думала только о своей карьере и никогда раньше
— Ты хотела бы иметь ребенка? Нашего?
Она кивнула и всхлипнула.
— Странно, не правда ли?
— Совсем нет, если ты меня любишь.
— Да, — сказала она. — Вот почему я не могу быть твоей любовницей…
— Продолжай, Роза.
— Ты хочешь сказать, что любишь меня?
— А зачем же я сделал все это? Разве ты не видишь, что я люблю тебя, Роза? Я не могу жить без тебя, и дело тут не в сексе. Ты для меня значишь больше. Ты думаешь, я не надеялся на то, что ты забеременеешь и мы сможем выйти из этого тупика?
— Ты… хочешь, чтобы мы поженились? — прошептала Роза, совершенно ошеломленная.
— Эх ты, маленькая дурочка, — сказал он, обнимая ее и держа так крепко, что она слышала, как бьется его сердце. — Я уже совсем не тот, каким был до встречи с тобой, и никогда не буду таким снова. — Его голос смягчился. — Моя прекрасная дикая кошечка.
— О, Фрейзер, — вздохнула она, — а когда это произошло?
Он пристально посмотрел на Розу, затем поцеловал ее и усадил на встроенное сиденье.
— Я же сказал: как только увидел тебя. — Фрейзер сел рядом и притянул ее к себе.
В этот момент Роза почувствовала, как ее сердце забилось от счастья. Затем рассудок взял верх, и, обхватив его лицо руками, она произнесла:
— Но ведь я была права в том, что… что ты сомневался.
— Из-за моего невежества, грубости и высокомерия, — сказал он сухо, — и я не понял, как это случилось. А когда до меня дошло, что порвалась последняя нить, связывающая нас, вот тут я и задумался. Если бы я знал, что тебе придется пройти через такие мучения, то сразу попросил бы выйти за меня замуж.
— Ты сказал, что я выгляжу бледной и изможденной.
— Но у тебя есть причины на это, — ответил он.
— Если бы ты только знал… — И ее плечи задрожали, из глаз потекли слезы, и буря скопившихся эмоций, включая не высказанные в тот последний день сомнения, вырвалась наружу. — Я так хотела объяснить тебе, что могу быть для тебя всем, чем ты захочешь, и буду любить только тебя, но одно знаю: что не смогла бы быть просто любовницей.
— Успокойся, — сказал он так нежно, что она улыбнулась сквозь слезы.
— Ты так часто говоришь мне это… — прошептала она.
— Потому, что ты такая ранимая. Но теперь ты мне
Роза немного смутилась.
— Я, наверное, не смогу стать идеальной женой.
Он посмотрел на нее с такой нежностью и любовью, что у Розы перехватило дыхание.
— Зачем мне идеальная жена, когда у меня есть ты?
— В самом деле?
— Я говорю искренне. Ты однажды сказала, что я похож на пирата, Роза, но веришь ли ты, что это вошло в привычку?
— Похищение девушек? — переспросила она.
— Да, — согласился он. — Похищение, потому что я думал, что ты не согласишься по-хорошему.
— Т-так, — ее голос задрожал, — и что ты собираешься делать теперь, Фрейзер?
— Плыть с тобой на Уитсандэй… чем не приключение? Заниматься с тобой любовью… Это, конечно, не пиратский галион, но название обязывает.
Она покраснела, а он поцеловал ее в волосы и продолжал:
— Жить подобно цыганам, не заботиться об одежде, есть когда захочется, ловить рыбу и омаров своими руками, слиться с морем, солнцем, луной и звездами. На борту есть небольшая библиотека, будем слушать музыку. Будем сами приводить в порядок наш дом на острове. А отец и Делия могут быть нашими первыми гостями.
— Это фантастика.
— Одно я упустил — нашу женитьбу по пути.
Что ты думаешь насчет Мулулаба? Во всяком случае, это наша первая остановка.
— Не знаю, что и сказать…
— Это в первую очередь, — посмотрел он на нее искоса.
Роза встала, и полотенце, заменявшее ей одежду, упало.
— Со мной никогда такого не было… — Она замолчала, вздохнув, и приникла к его плечу. — Я так ошибалась в тебе, Фрейзер.
— Роза, моя дорогая Роза, — сказал он внезапно осипшим голосом, — я тоже. Ты собираешься соблазнить меня?
— Да, — прошептала она.
Порыв страсти не был похож ни на что. Это были приливы и отливы, как в океане, и, когда они насытились любовью, Роза поняла, что переполнена чувствами.
— Тебе хорошо? — спросил Фрейзер, приглаживая ее все еще мокрые волосы.
Она спрятала лицо у него на груди.
Но он заставил ее посмотреть ему в глаза.
— Ты больше не должна ничего стесняться, любимая.
— Мне вдруг стало страшно, ведь я… бросилась в воду из-за тебя, — призналась она.
Он взглянул на ее изящную фигуру и заметил:
— Если хочешь знать, так это именно то, что мне нравится в тебе. Если ты думаешь, что мы могли утонуть вместе, то ошибаешься. — Он крепко обнял ее.