Строгий соблазн
Шрифт:
– Слушаюсь, миледи.
Брок Тейлор должен понять, что она ни за что не уступит его требованиям.
Негромкий стук закрывшейся входной двери окончательно лишил ее мужества. Она заставила себя поднять глаза и увидела Брока Тейлора. Он сверлил ее тяжелым взглядом.
У Мэдди перехватило дыхание. Все вокруг, казалось, исчезло – стены, окна, шторы – остался только Брок. Кровь прилила к лицу Мэдди.
Выделялся Брок не одеждой, скроенной выше всяких похвал: темно-синее пальто сидело на нем как влитое. И не блеском
Мэдди окинула его взглядом. Нос с горбинкой почти что римской формы, тяжелый квадратный подбородок. Лицо утратило прежний загар, но не было достаточно бледным, чтобы понравиться высшему свету. Она посмотрела на его крепкие плечи, широкую, мускулистую грудь и заставила себя отвести от него глаза.
– Зачем ты пришел? – Он криво усмехнулся:
– Ты, я вижу, очень обрадовалась моему приходу.
– Обрадовалась. Присаживайся.
Мэдди жестом указала на софу и опустилась в стоявшее рядом старинное кресло.
– Мистер Тейлор, – помолчав, начала она, молясь про себя, чтобы Брок не заметил, как предательски дрожит у нее голос. – В свете нашего… э-э-э… не очень удачного прошлого, учитывая, что у каждого из нас теперь своя жизнь, думаю, мы могли бы прийти к компромиссу.
– Под нашим неудачным прошлым ты, как я понимаю, имеешь в виду тот неоспоримый факт, что мы с тобой были любовниками. А что ты имеешь в виду, говоря о том, что у каждого из нас своя жизнь? Хочешь сказать, что мы занимали разное положение в обществе?
Именно это Мэдди и хотела сказать, однако металл в его голосе удержал ее от этого признания. Оно могло подействовать на Брока, как красная тряпка на быка.
– Возможно, через какое-то время я смогла бы полностью рассчитаться с тобой по долгам, – уклонившись от ответа на его вопрос, осторожно произнесла Мэдди. – Я могу прямо сейчас отдать тебе тридцать фунтов.
Ни за что на свете она не призналась бы ему в том, чтр это была вся ее наличность. Остальную сумму нужно где-то раздобыть. Но об этом она подумает позже.
– Мэдди, я не хочу, чтобы ты называла меня мистером Тейлором. И мне не нужны твои тридцать фунтов.
– Но я…
– Даже если ты выплачиваешь мне эти шесть тысяч семьсот восемьдесят три фунта и двадцать пенсов, которые, как мы установили, ты мне задолжала, и ты будешь платить и рассрочку на пять лет под пять процентов годовых, тебе придется платить ежемесячно… – он замолчал, прищурился, что-то подсчитывая в уме, и договорил: – по сто двадцать восемь фунтов и несколько центов.
Мэдди похолодела. Сто двадцать, восемь фунтов? Значит, каждый месяц она будет отдавать Браку половину своего годового дохода? Она, Эми, Эдит и Вима весь прошлый
– Так что можешь эти тридцать фунтов оставить себе, – сказал Брок, окинув критическим взглядом ее выцветшее лавандового цвета платье, и, хмыкнув, добавил: – Сходи на них к портнихе.
Мэдди отшатнулась, словно получив пощечину, и гордо выпрямилась в кресле.
– Я не намерена выходить за тебя замуж, так что возьми эти тридцать фунтов. Какое-никакое, а погашение долга.
Брок лениво откинулся на софе и улыбнулся:
– Не совсем так. Настоящее погашение твоего долга для меня – быть рядом с тобой, Мэдди. И оно вовсе не “какое-никакое”, а весьма существенное.
Он не сводил глаз с ее лица, и Мэдди показалось, что взгляд его то и дело возвращался к. ее губам. Мэдди, отмахнувшись от мысли, что они сейчас совершенно одни и что сердце у нее готово выскочить из груди, ответила ему вызывающим взглядом.
– Я не собираюсь погашать долг никаким другим способом, только денежным возмещением.
Брок едва заметно усмехнулся:
– Поскольку у тебя осталось шесть дней для принятия решения по поводу моего предложения о замужестве, ты должна мне позволить за тобой поухаживать.
Поухаживать? Учитывая обаяние Брока, такой поворот событий таил в себе угрозу. Одному Богу известно, на какую ложь он пойдет, чтобы добиться своего.
Хотя он и предложил ей сочетаться браком, указав единственной причиной этого свои деловые интересы, Мэдди сердцем чувствовала, что тут есть, еще и что-то личное. В его глазах затаилась страсть, А как осторожно он подбирает слова в разговоре с ней. Тогда, пять лет назад, он просто бросил ее. Напоминать ему об этом она не собиралась. Любое обсуждение их прошлых отношений неминуемо приведёт к Эми.
В очередной раз напомнив себе о том, что она обязана соблюдать предельную осторожность, Мэдди поднялась с кресла.
– Я бы предпочла отдать тебе мои тридцать фунтов. – Чувственная улыбка, до этого момента не сходившая с губ Брока, исчезла, уступив место притворному сожалению.
– Я вынужден настаивать на единовременной выплате не тридцати, а ста двадцати восьми фунтов в том случае, если ты не примешь моего приглашения.
– Сейчас?.. – Брок кивнул. Как же она ненавидела эти мерзкие игры! Как ненавидела Брока Тейлора!
– Ты же знаешь, что прямо сейчас я такую сумму выплатить не могу.
Брок с невозмутимым видом повел плечами:
– В таком случае заеду за тобой завтра вечером. Я заказал ложу в театре “Аделфи”.
Он подошел к Мэдди. Она с трудом удержалась от того, чтобы не отпрянуть. Жизнь с Колином научила ее, что страх всегда делает человека беззащитным. Брок взял ее за руку, поднес ее пальцы к губам и поцеловал, пристально глядя на нее. В его глазах ей почудилась насмешка.
Мэдди высвободила руку.