Стробоскоп Панова

Шиляев Юрий

Он махнул солдатам и Айвена втиснули в кресло, стоящее рядом с креслом Торча.

— Двадцатиминутная готовность... Внимание, отсчёт времени: двадцать... девятнадцать...

— Ну, вот видите, двадцать минут осталось, начался, как мы здесь говорим, прогрев установки, — заместитель Сола пробежался пальцами по пульту, и вместо полупрозрачного макета здания, появилась сложная многоступенчатая схема. Текущие слева от основной картинки столбики цифр, показывали ход подготовки.

— Тринадцать... четырнадцать... — бубнил механических голос.

Айвен осторожно попытался установить контакт с Большим Мозгом. Мозг молчал, пропало и всё новое

знание. Зато он обнаружил, что в «черепахе» наступила тишина — оглушающая, непроницаемая. Подсказчик перестал механически бубнить «включено... выключено... работает третий пульт...», затихли шумы набитого людьми и техникой здания. Айвен попытался пошевелить пальцами и удивился, обнаружив, что это ему удалось.

— Айвен, ты слышишь меня? — появился где-то с краю сознания знакомый голос.

— Джипси, где ты? — Он сконцентрировался, боясь потерять сигнал.

— Слушай внимательно. — Джипси проигнорировала вопрос. — Сейчас «черепаха» сделает рывок, свет погаснет, откроется диафрагма. У тебя меньше минуты. Беги направо, там выход.

— Девять... восемь...

— Потом что делать? Джипси?!

— Потом суп с котом... Здесь я... Короче, выскочишь к небольшой дверце. Можешь её не открывать, сразу переходи в свой мир. Да, чуть не забыла — при переходе возьми своего крестника за руку. Увидев Роузвуд, он вернётся к своему истинному возрасту. Всё! Удачи! И... Айвен...

— Да?..

— Прощай...

— Джипси! — он едва не прокричал это вслух, но ответа не получил — контакт прервался.

Каждый из экипажа занимался делом, на пленников лишь изредка бросали безразличные взгляды. Лаборанты, что-то передвигали; шевеля губами, произносили неслышимые слова. Торч переключался с объекта на объект, над его столом мельтешили полупрозрачные тени.

— Десятиминутная готовность, — вновь сообщил невидимый Сол.

И тут машина словно споткнулась. Двигатель, до этого слабо чавкавший где-то под полом, взревел. «Черепаха» встала, будто наскочив на невидимую преграду. Мощный удар погасил свет на центральном посту, сбил с ног Торча, лаборантов и охранников. Затем свет загорелся, но неяркий, аварийный. Упавшие с проклятиямизашевелились. Айвен ждал этого. Он вскочил, рванулся к выходу, на бегу схватив за руку Билли. «Только бы он не задержался, не встал столбом!» -мелькнула мысль, но приказчик, словно зомби, послушно семенил следом. Диафрагма открылась перед ними.

— Стой! — завопил кто-то позади.

— Держи, уйдет!

Айвен и Билли выскользнули наружу, и тут же вспыхнулсвет в центральном посту. «Черепаха» рванулась вперёд. Беглецам понадобилось несколько секунд, добежать до неприметной дверцы в конце прохода. Тут же появилась подсказка: «Нужно набрать код». Баронет обрадовался — вернулось новое знание, теперь будет легче!

— Код...- и руки помимо его воли начали выстукивать на небольшом пульте набор цифр и букв.

Рёв сирены и горящая надпись: «Перемещение заблокировано» помогли Айвену справиться с паникой. Джипси же сказала, что открывать дверь не надо, просто повернуться к ней спиной и...

— Поднимите руки и оставайтесь на месте! — по коридору, гремя оружием, бежали солдаты.

— Руки!... Не сопротивляться!.. Стоять!..

— Не сопротивляюсь, — пробормотал пленник, поворачиваясь к преследователям лицом.

— Отступить два шага к двери! — поступила следующая команда.

— С удовольствием! — Айвен улыбнулся и, взяв спутника за руку, сделал два шага назад...

Словно по мановению

волшебной палочки искусственный кондиционированный воздух Института сменился ароматами середины лета. С ветвей столетнего дуба вспорхнула пичуга, напуганная появлением людей. Айвен огляделся. Они с Билли стояли на берегу неспешно текущей Серпентайн, а вон и знакомый мостик! Скамейкана другом берегу пуста, и Айвену показалось насмешкой судьбы то обстоятельство, что вечно ждущей Полли на ней нет именно сегодня. Сейчас. Хотя — вечер, солнце клонилось к западу, жаркий день в начале лета заканчивался и тихая сумасшедшая, верно, уже отправилась домой.

— Мистер.... Молодой баронет! Мы дома! — Билли опустился на колени и заплакал.

— Билли, найдешь один дорогу?

— А вы? — Приказчик поднял голову. — Как же вы, мой добрый хозяин?

— Я тут... вернусь ненадолго, — пробормотал Айвен, чувствуя, как на голове шевелятся волосы. Не мог смотреть, но и отвести взгляд тоже не мог: Билли седел, кожа на его лице пошла сеткой морщин, обвисла дряблыми складками шея, покрылись пигментными пятнами руки. Баронет ужасом смотрел, как молодой парень на его глазах превращается в старика.

— Дела у меня ещё, Билли. Дела.

— Я вас одного нипочем не пущу, — старик попытался разогнуться, но, застонав, свалился в траву. — Не оставляйте меня, молодой хозяин...

— Говорю недолго, — Айвен помог приказчику встать.
– Иди, иди не торопясь, Билли, я тебя догоню. Тебя ведь Полли ждёт. Не забыл свою Полли?

— Да Полли... Полли.. Пожалуй, действительно пойду я. А вы уж догоняйте...

И Билли, шаркая, побрёл к мосту.

«Так, а нам в другую сторону» — подумал Айвен. Он побежал к месту, где впервые встретил танцующую девочку и своего тёзку. Чудного старика по имени Айвен Джошуа Чемберс. Сколько же времени прошло по времени мира Джипси? Неважно, он обязан успеть. Забрать Джипси, а там будь что будет! Вот и поляна. Айвен остановился возле необхватного дуба, зажмурил глаза, повернулся спиной и сделал шаг в мир Джипси...

Тотчас звук, похожий на свист, пронзил его, сбил с ног, оглушил. Баронет согнулся, зажал руками уши. Вибрировал воздух, вибрировала земля, вибрировало само здание Института. Временами на мощную общую вибрацию накладывались более высокие местные обертоны. Дрожь Института передавалась окружающему пространству, нарастала, казалось, зазвучит многоголосый хор.

И тут он увидел её... Джипси стояла на бетонной площадке перед входом в здание. Будто замедлилось время, и Айвен чёткоразличал каждое её движение. Вот девушка подняла руки, вот её кисти качнулись из стороны в сторону, вот волна пошла по стройному телу, будто вторя волнам энергии, льющимся сквозь стены... Изогнулась почти дугой назад, потом резкий разворот, ещё один, ещё, ещё... Прыжок — и Джипси показалась нечаянному наблюдателю кружащимся в воздухе веретеном... Вот она будто опала вниз, а волосы взлетели вверх, будто ореол вокруг головы святой, на иконе, в церкви...

Танец явно входил в диссонанс с вибрациями звучащими в пространстве. Тот, кто создавал адскую музыку, почувствовал это, и хор загремел ещё яростнее. Айвену показалось, что в мощные аккорды вибраций вплёлся звук, сходный со звучанием флейты. Флейта вела нарастающие аккорды, гасила их и навязывала свой ритм, свою мелодию.

— Джипси! Я за тобой! — рванулся вперёд и тут же врезался в незримую преграду. Прочная, полностью прозрачная, она позволяла видеть, слышать и не позволяла ничего сделать.