Стриптизерша (сборник)
Шрифт:
– Есть за кого?
– Конечно. К счастью, природа наделила нас с тобой не только внешностью, но и умом. Кандидаты есть, как были и раньше, но я не соглашалась. Любовницей быть не хотела и не собираюсь сейчас, хотя многие сочли бы это удачей. Начну новый этап жизни.
– Я думаю, получится.
– Получится, – уверенно заявила она. – Тебе, что хочу еще сказать. Сумей уловить тот момент, почувствовать его, что пора уходить. Совсем. Удачи.
Она поднялась из-за стола и красивой походкой направилась к выходу. Больше я ее никогда не встречала.
С
– А она права. Ты не думаешь, что пора тоже уходить?
– Оставь эти мысли. Я еще не готова. Я понимаю, что тебе хочется, чтобы я вечерами была дома. Но это только твое желание.
– Но ты же учишься, можешь уже подыскать другую работу. Я могу помочь.
– Пока учусь, подыскивать ничего не собираюсь. Тебя стала смущать моя профессия?
– Не в том смысле, что ты могла подумать. Если я скажу, что мне все равно, то ты не поверишь и будешь права. Мне хочется, чтобы ты ее сменила. Это нормально с точки зрения мужчины. Не всегда я могу сказать, что моя женщина – стриптизерша.
– Я не твоя женщина, – холодно ответила я. – Я своя женщина и свободна. И если ты где-то упоминаешь обо мне всуе, то нам лучше расстаться. Не надо стыдиться, показываясь со мной на людях.
– Да ты не так все поняла!
– Как сказал, так и поняла.
– Извини, я не хотел тебя обидеть. Давай оставим этот разговор.
Я не стала возражать. Павел мне нравился, но я не готова была к семейной жизни, чего он ясно хотел. Я его понимала, вернее, пыталась понять, а понимал ли он меня, я не была уверена. Он не понимал, не чувствовал того, что чувствовала я приходя в клуб.
После того нашего разговора мы не поднимали данную тему, но некая трещинка в отношениях образовалась. Для меня это было еще одним свидетельством, что если мужчина не просто сожитель и нахлебник, а с головой и самостоятельный, то когда-то возникнет тема смены профессии. Вот поэтому глубоко выстраивать личные отношения было опасно. В этот момент становишься перед выбором: либо семья, либо профессия. Жена – это жена. Моя профессия мне нравилась, она давала достаток, самостоятельность, независимость, хотя это тоже иногда плохо. Женщине, привыкшей к независимости сложно выстраивать серьезные личные отношения, к этому надо психологически подготовиться, чтобы ломка своего «я», прошла менее болезненно, а ломка наступает всегда.
Внешне наши отношения остались прежними, но иногда вдруг возникало внутреннее напряжение. Мы встречались еще год, и однажды, в конце лета он предложил мне:
– Наташа, мне предложили работу за границей. Я предлагаю поехать нам вместе.
– И что я там буду делать?
– Жить. Я договорюсь, чтобы ты работала
– Нет, Павел, это не мой вариант. Я останусь здесь. Я не хочу ничего менять.
– Ну, почему? Что тебя здесь держит? Придет время, и ты уйдешь сама. Так почему не сейчас?
– Вот потому, что мое время не пришло.
– Наташа, ты прекрасно выглядишь, но не надоело ли тебе раздеваться перед мужчинами, порой неадекватными?
– Среди публики бывают и женщины. А раздеваться не надоело. У нас разный смысл слова «раздеваться». Я раздеваюсь, когда иду в душ, а в клубе я танцую, пусть при минимуме одежды. Там освобождение от одежды – элемент танца, представления, а не необходимость. Так что, езжай без меня.
– Мне уезжать через две недели, я прошу, подумай. Не торопись сказать «нет».
Я привыкла к нему и понимала, что в моем случае это плохая привычка, но и менять в своей жизни ничего не хотела. Я рассказала о его предложении Вике, которая к тому времени уже была замужем за Борисом и родила сына. Мы сидели у нее дома, пока сын спал. Она не стала меня переубеждать, что его предложение хорошее. Она меня знала давно и хорошо.
– Это твоя жизнь и я не буду ничего говорить, – заметила она. – Выбор твой. Хорош он или плох, ты потом поймешь сама. И у тебя не будет повода свалить все на кого-то, что ты послушала совета. Это твой выбор. Так тебе будет легче, чтобы не случилось.
Павел уехал без меня. Прощание прошло тихо, без сцен. Словно он ушел к себе домой, и больше не вернулся. У него была, наверное, обида на меня, у меня нет. Я не стала менять своего решения, о чем и не жалела. Жизнь за границей, возможно и интересна и удобна, комфортна, но у меня была своя цель, хотя я была уверена, что многие мои знакомые, с радостью бы бросили стриптиз и уехали. Я была не такая.
Его отъезд принес пустоту. Иногда я жалела себя, не свое решение, а свое вдруг возникшее одиночество. Я могла быстро заполнить его. Мне неоднократно предлагали быть содержанкой, любовницей, но здесь я была согласна с Настей, это не мой вариант. Моя профессия все больше накладывала ограничения на личную жизнь, но момент ухода я еще на тот период, не уловила.
Я стала учиться жить без Павла, хотя столь долгий срок отношений, просто так не выбросишь из памяти.
9
Я много работала и постоянно искала что-то новенькое, иначе было скучно. Я не хотела себя ограничивать и просто работать, как многие. В один из дней, я проходила мимо магазина музыкальных инструментов и увидела в витрине виолончель. Я остановилась, глядя на ее формы, и мне пришла в голову мысль, что ее форма, пусть и грубовато напоминает фигуру женщины, как и песочные часы, такие фигуры и хочет видеть большинство мужчин. Мужчины вообще большие фантазеры и любят сравнения, глядя на женские тела. Ну как им не помочь? Тем более это часть моей работы. Песочные часы большого размера я вряд ли могла где-то взять, а вот виолончель это реально. В общем, я решила сделать номер с виолончелью, с чем и пришла к Константину.