Стрелок
Шрифт:
А ещё я замечаю мелкие фигуры, мелькающие повсюду. Шебутные, как и пристало детям, они издают разнообразные возгласы, смеются, кричат и дурачатся. Некоторых сопровождают взрослые, остальные носятся сами по себе.
Обычные люди реагируют на всё это по-разному: со страхом, с удивлением, со скепсисом, с раздражением и любопытством. Кто-то пытается заговорить с инопланетными гостями, а иные спешат покинуть улицу.
Такая реакция меня не застаёт врасплох. Жители Фритауна видели от пришельцев только зло и терпели притеснение со стороны
Быстрым шагом выдвигаюсь в сторону Телепортариума, и через пару минут до моих ушей доносится набирающий громкость спор.
—…Пусти Мистера Снежка уродец! Отпусти его!! — голосит молодая девушка в не очень чистой зимней одежде.
— Уймись, сумасшедшая! — в ответ басовито гудит пришелец.
Средних размеров толстый пушистый инопланетянин, покрытый короткой коричневато-оранжевой шерстью. Войд со смешным рейтингом в две сотни единиц. Единственная его примечательная черта — это массивный грушевидный нос, который прямо сейчас подёргивается. То ли от возбуждения, то ли от злости.
Весь этот гвалт сопровождается непрерывным мяуканьем со стороны белоснежного кота, видимо, самого Мистера Снежка, который зажат в четырёхпалой ладони чужака.
— Держите этого живодёра!! — продолжает вопить потерпевшая. — СНЕЖО-О-О-К!
— Да отвали же от меня! Это моя добыча! Я её поймал! Найди себе свою! — ревёт Пульсар.
На конфликт со всех сторон начинают стягиваться, как люди, так и собратья толстяка.
В два шага приближаюсь и рявкаю, чтобы они оба заткнулись. Ноль внимания. Тогда выдёргиваю из кобуры пистолет и стреляю в воздух. А вот это уже заставляет крикунов рефлекторно присесть на полусогнутых и замолчать.
— Что происходит? Давайте-ка по-одному, начиная с тебя! — указываю на оранжевый меховой комок.
— А ты кто вообще такой? — нахально интересуется он.
— А ты посмотри хорошенько, — с недоброй улыбкой отвечаю я, — и вспомни, что вам говорил Ваалис. Наверняка же проводил инструктаж для «особо талантливых».
Коротышка фокусируется, считывает информацию и подаётся назад. Девушка тем временем пытается вклиниться в наш разговор, но я лишь отставляю указательный палец в её сторону. Этого хватает.
— Глава фактории! Что ж ты сразу не сказал? — чужаку становится неуютно. — Глава, послушай, идиотская какая-то ситуация. Сам понимаешь, мы только вчера прибыли. Эти рационы уже поперёк глотки стоят. Захотелось свежатины. Думал отправиться на охоту, а тут вот эта мелочь шныряет, — он потряхивает мяукающего кота. — Падальщик, наверное. Мусор ваш жрёт. Я его честно поймал. Самолично! А эта чокнутая прибежала и давай орать, чтобы я отдал ей свою добычу. Где это видано, чтоб у охотника отбирали его трофей?! — он смолкает и возмущённо хлопает чёрными глазами.
Эмпатическая
Универсального переводчика на поясе девушки я не вижу, поэтому скорее всего его тираду она не поняла. Тем временем на шум стрельбы сквозь толпу проталкивается пара Пульсаров, отвечающих за безопасность поселения, и, внезапно, обладатель знакомой мне физиономии.
— Терри, — киваю я администратору Фритауна.
— Егерь! Всё в порядке? Стреляли вон.
— Сейчас узнаем, — поворачиваюсь к девушке. — Твой кот?
— Мой! Мистер Снежок выскочил вчера, когда на рынок ходила. Я уже все ноги сбила, бегая по городу. Зову его, зову… А тут вижу, идёт этот гад и держит моего малыша! — уперев руки в бока, заявляет она. — Я по-хорошему его попросила. Без толку! Тогда уже, конечно, начала кричать. А этот… как начал шипеть на меня! Где это видано, чтоб какая-то страхолюдина питомцев у законных хозяев воровала?!
Совпадение формулировок заставляет меня улыбнуться.
Эмпатическая проницательность подтверждает, что она говорит правду.
— Так, животное вернуть его владелице, — командую я.
— Но!.. — порывается пришелец.
— Не обсуждается.
Нехотя, тот передаёт шипящий комок девушке и, насупившись, произносит:
— Конечно, своих-то сородичей покрывает. Это потому что я здесь чужой?
— Нет, это потому что здесь ты — идиот. Добыча твоя — не дикое животное, а питомец, сбежавший из её дома. Питомцев мы не едим.
— Да? Вы просто не умеете их готовить. У нас похожих особей едят за милую душу.
Игнорирую сказанное и добавляю:
— С воровством у нас строго, очень строго, поэтому в следующий раз убедись, что собираешься сожрать не чьего-то хомячка, а дикое животное. А лучше и вовсе иди за периметр фактории и там спокойно охоться.
Тот недовольно кивает, а я обращаюсь к хозяйке питомца:
— А ты следи за котом и купи себе переводчик.
— Спасибо, Егерь.
Девушка прижимает к себе Снежка и, конечно, по-женски оставляет последнее слово за собой:
— Мы не звали к себе домой всех этих образин. Это пусть они учат нормальный язык! — и тряхнув длинными волосами, уходит.
Толпа потихоньку рассасывается, а я тяжело вздыхаю и говорю Терри:
— Постарайся сгладить конфликты, которые возникнут в период первоначальной адаптации. Если что, обращайся за советом к Робин. В Уайтклэй мы это всё уже пережили. Она подскажет что и как.
— Хорошо, как скажешь.
Терри оглядывается по сторонам и раздражённо добавляет:
— Просто эти дурни уже забыли, каково нам жилось, когда Самеди здесь хозяйничал. Вот тогда были реальные проблемы. Еды нет, арканы нет, вещи отбирают, бьют, насильничают. А сейчас… увидели десяток пришельцев и считают, что это конец света. Уж я им мозги прочищу. Постараюсь, — смутившись, добавляет он.