Стрела Габинчи
Шрифт:
Клаус достал крейцер и положил на ящик.
– Если обману, деньги останутся у тебя.
– Ха! Давай дубинку! – сразу согласился гном.
– Ну что, Ригард, ты у нас по торговле главный. Может, собьешь цену за три горки?
Ригард посмотрел на кашевара, проследил за его ужимками и за тем, как он разговаривал с покупателями.
– Стойте тут, сейчас все будет.
И двинулся к навесу, меняя походку и двигаясь вразвалку между стоявшими возами.
По пути Ригард о чем-то спрашивал у возниц, осматривал лошадей и товар
– Хорошо пахнет твоя каша!
– Бери больше, ваша милость, не прогадаешь! – бодро ответил тот.
– Почем продаешь?
– Крейцер горка.
– Ух ты, хорошая цена! – похвалил Ригард, настораживая кашевара.
– Хорошая или нет, а люди берут, – сказал тот, кивая в сторону мужиков, евших кашу, сидя на возах.
– Вот и я говорю – цена хорошая, чем выше, тем больше прибытка в торговле.
– А чего тебе мой прибыток? Ты лучше свой считай.
– Я свой и считаю, – ответил Ригард и огляделся, словно присматриваясь к месту. – Хозяин мой здесь четыре навеса поставить хочет, с кашей, с похлебкой, с рыбой жареной, которую с Каркуша привозить будут, ну, и пиво продавать станет. Народу-то вон сколько! Велел поехать посмотреть, вот я и приехал. Хотя в другом месте тоже неплохое местечко, но здесь, кажется, все же получше…
– Да как вы тут навес ставить будете, если это место мне выдал сам ключник лорда Роборна?!
– Э, да мой хозяин водит дружбу с самим секретарем лорда, а это повыше ключника будет. Ну да это и не мое дело. – Ригард махнул рукой.
– Эй, твоя милость! Так ты скажи ему, чтоб в другое место шел! – спохватился кашевар. – Ты же сам сказал, что другое не хуже!
– Может, и не хуже… – пожал плечами Ригард и сделал вид, что раздумывает. – Каша-то хорошая у тебя? – спросил он как бы между прочим.
– Хорошая! Очень хорошая – бери сколько хочешь, угощаю!
– Ну ладно, человек ты, я вижу, неплохой – скажу, чтоб в другом месте навес ставили… Сколько в этот горшок вмещается?
– Пять горок!
– Вот и положи сюда пять горок, да ветчинки сверху – я пожирнее люблю. Ну и ложки, что ли, дай – три штуки…
47
Когда Ригард вернулся с горшком каши, Клаус и гном обсуждали конструкцию новой рукоятки для ножа.
– Ну, кто тут каши просил?
– Ого! Вот это горка! – произнес удивленный Клаус. – И сколько ты отдал за это богатство?
– Нисколько…
– Как это?
– Ты умеешь рыбу силками ловить, а я с торгашами разговаривать. Меня мамаша всегда на закупки посылала. Делайте стол, что ли…
– Сейчас будет стол! – отозвался гном и, быстро свернув раскладную крышку, закрыл ящик, а потом набросил сверху кожаный фартук.
Ригард поставил на «стол» горшок и подал гному ложку.
– Приступай, приятель. Тебя как зовут?
– Буртифул.
– А меня
– Большое вам спасибо, а то я уже два дня ничего не ел.
– А тебе спасибо за рукоятку, – ответил Ригард, рассматривая новую деревянную ручку на ноже, стянутую шнурком из сыромятной кожи.
– Когда она подсохнет, будет еще крепче, – сказал гном и, впившись зубами в кусок ветчины, одновременно зачерпнул ложкой кашу.
– М-м, а каша-то ничего, – заметил Клаус, попробовав блюдо.
– Я о такой уже давно мечтал, – признался Ригард. – А ты давно в этих краях, Буртифул?
– Две недели. У меня брат в Слимбурге, передал мне письмо через земляков, так пишет, что люди хорошо покупают кованые ножи и гвозди.
– И ты отправился к брату в Слимбург?
– Нет. У нас так не принято…
Гном сунул в рот слишком много каши и зажмурился – каша была горячей.
– У нас так не принято… чтобы один гном к другому, преуспевающему родственнику, навязывался. Хочешь разбогатеть – делай все сам, родственники помогать не будут.
– Сурово, – заметил Клаус. – А чего тебе дома-то не сиделось?
– Работа кончилась. Раньше мы работали в большой мастерской господина Сагитубула-Лимикула. Почти тысяча гномов на него работали, оружие для людей делали. Большие мечи, большие арбалеты. А он поставлял это оружие за горы, где-то на юго-востоке… – Гном махнул рукой куда-то в сторону и снова взялся за ложку. – Там долгая война была – целых двадцать лет. А потом то ли замирились, то ли кто-то кого-то победил, но война закончилась, и оружия больше не нужно. Господин Сагитубул-Лимикул так и сказал всем гномам: «Спасибо, еды больше нет», пришлось разойтись по домам. Первый год все ждали, все надеялись, что люди опять воевать начнут, но так и не дождались. И вот я здесь, в поисках пропитания.
– А где ты выучился по-нашему говорить? – поинтересовался Ригард.
– Наша страна, Латифлузия, совсем рядом – двести миль всего. И в городах у нас многие говорят по-вашему, а фабричные гномы – так все подряд. Только деревенские, которые на рынок приезжают, те по-своему лопочут и еще на фабричных ругаются, что, дескать, не соблюдают язык предков.
– А правда, что гномы в землянках живут?
– Нет, что вы! – отмахнулся Буртифул. – Мы давно уже строим красивые здания, как дома у людей. А уже под ними делаем уютные теплые комнаты.
– А дома тогда для чего? – удивился Ригард и переглянулся с Клаусом.
– В верхнем доме у нас кладовые и мастерские, а в нижнем мы сами живем.
Посчитав, что одну горку каши он уже съел, гном облизал ложку и положил на стол.
– Не скромничай, ешь дальше, – сказал ему Ригард. – Тут целых пять горок – нам с тобой по две, а Клаусу и одной хватает.
– Вы так добры ко мне, – с чувством произнес гном и, сложив на груди натруженные ладошки, поклонился.
– Да ладно, мы же не последнее отдаем, у нас сегодня изобилие.