Страж
Шрифт:
– Так ты просто сидишь тут и читаешь?
– Да. Когда они мне позволяют.
Если учесть, что у него всего пять книг для развлечения, то трудно представить более скучное существование.
– Без обид, но тебе не кажется, что это как-то... жалко?
В его взгляде сверкнула сталь.
– Мне не нравится это слово.
Учитывая его тон, говоривший: «у-меня-руки-чешутся-вырвать-тебе-позвоночник», его ответ казался преуменьшением. Лидии очень хотелось понять, какое слово задело его за живое, чтобы
– Какое?
– Жалко. Я не жалок. – Голос переполненный гневом доносил смысл сказанного.
– Ладно. Я исключу его из своего словаря.
Закрыв книгу, он отложил ее в сторону. Страж встал, все еще пытаясь контролировать свой гнев. Когда он вновь заговорил, в голосе сквозили остатки ярости.
– Я оставил для тебя одежду в ванной.
– Спасибо.
Он, казалось, смутился, но это окончательно избавило его от злобы.
– Если тебе понадобится что-то еще, дай мне знать.
– Хорошо.
Зайдя в ванную комнату, Лидия обнаружила целый гардероб: платья из шелка, хлопковые и шелковые блузы, джинсы и обувь.
Стоило Лидии добраться до нижнего белья, и она не смогла сдержать улыбку.
«Красные стринги. Почему я не удивлена?»
Да потому, что он все-таки мужчина. Хотя и отказывается прикасаться к ней, подобное белье говорит об обратном. Мужчина покупает такое белье для того, чтобы увидеть его на своей женщине. Именно для этого стринги и придумали. И почему-то ей кажется, что их дизайнер приходится дальним родственником Маркизу де Саду.
«Ох, эта чертова полоска ткани – вечный источник дискомфорта».
А лифчики...
В пару стрингам, но толку от них никакого. Они едва прикрывали грудь. Мало того, что ткань просвещалась, так еще от каждого движения покачивалась, словно желе. И все же, Лидию удивило, что демон не забыл о нижнем белье. И судя по его виду, Страж основательно подошел к выбору.
Она подошла к душу и, включив воду, заметила, что одежда – не единственное дополнение. Перед ней стоял огромный выбор шампуней, кондиционеров и других туалетных принадлежностей.
«Так мой демон может быть заботливым и щедрым? Кто бы мог подумать?»
Покачав головой, Лидия сняла халат и зашла в душевую кабинку.
Сердце Сетха затрепетало, когда он услышал звук падающей воды. Она там голая...
Он понятия не имел почему, но ему хотелось увидеть ее в душе. До боли хотелось.
А еще больше он желал оказаться с ней под струями воды.
Почему?
Сам по себе секс неплох, но наслаждение никогда не длится долго, а после начинаются укусы, удары и прочие мучения. Быстрая разрядка, проблеск удовольствия, боль, и ему вновь велят убираться прочь.
Излишне говорить, что
С Лидией же он никогда не уходил в себя. Иногда он мог думать только о ее теле.
Нет. Он мог думать лишь о ней самой. Именно поэтому Сетх не расспрашивал ее, просто не хотел узнавать лучше. Достаточно того, что он и так о ней знает. Эти воспоминания будут преследовать Сетха до конца его бессмертной жизни.
Ему не нужна лишняя боль.
Пытаясь отвлечься, Сетх подошел к кровати, чтобы заправить ее. Но как только коснулся подушки, запах Лидии болью отдался в паху. В мгновение ока он затвердел, как скала.
Сетх отдал бы все на свете, чтобы почувствовать ее драгоценный аромат на своей коже. Чтобы она извивалась на нем, дразня своими темными волосами.
Он задышал быстро и прерывисто. Закрыв глаза, Сетх представил, как глубоко входит в Лидию, а ее дыхание щекочет его кожу.
Станет ли она кусать его, как Азура, или же будет царапаться, как демон?
Теперь ему уже все равно. Пусть с него хоть кожу сдирают, если только он сможет попробовать ее на вкус.
Сетх положил руку на пах и аккуратно потер, мечтая почувствовать Лидию. Лишь от одной мысли, что она может так к нему прикасаться, едва не кончил.
«Прекрати. Немедленно».
Последнее, что ему нужно, – чтобы его застукали.
Он не переживет такого стыда.
Дрожащей рукой Сетх разгладил подушку, потом натянул броню и нанес раскраску, прежде чем вернуться к чтению.
Когда ему наконец удалось выкинуть Лидию из головы, дверь в ванную внезапно открылась.
Подняв взгляд, Сетх уронил книгу прямо на пол.
Глава 9
Ошалевший Сетх уставился на Лидию, и по его телу словно расплылась раскаленная лава, устремившись прямиком к паху.
«На кой я ей это подарил?
И почему она выбрала именно это?!»
Красновато-бурое платье с глубоким вырезом облегало великолепные изгибы, да так, что подобное должно быть под запретом. Вдобавок наряд подчеркивал глаза цвета расплавленного золота, делая их еще ярче.
Словно она в этом нуждалась.
Член врезался в металлические пластины, причиняя боль. Резкую. Жгучую. Но даже этого оказалась недостаточно, чтобы он смог отвести взгляд от аппетитной груди, выглядывающей из V-образного выреза. Через шелковистый материал выступали набухшие соски, и Сетх мог разглядеть их контуры. В горле пересохло, рот наполнился слюной.
Он поднялся с кресла.
Лидия замешкалась, ощущая каждой клеточкой оценивающий ледяной взгляд. И этот взгляд... вселял страх.