Страж
Шрифт:
Он сделал это ради Лидии. Для нее он сделает все, что угодно. Без вопросов. Ей достаточно лишь позвать, и он придет. И плевать на любые на последствия.
Сердце Солина бешено колотилось. Он вошел в покои, из которых давным-давно был изгнан.
Мадок, старейшина Онероев, свирепо посмотрел на него, но вскоре на его лице отразилось полнейшее неверие. Как и все чистокровные Ловцы Снов, Мадок обладал исключительной красотой, поэтому смертным тяжело было вынести его истинный облик. Черные как смоль волосы коротко острижены, а
Мадок поднялся на ноги. Опершись кулаками о стол, он наклонился вперед, всем своим видом демонстрируя враждебность.
Будто он нуждался в намеках.
– Солин? – сказал Мадок низким и приглушенным голосом, словно подумал, что перед ним мираж.
Солин не отреагировал на сомнение в голосе Мадока. Сейчас не время для ссор.
– Да, ад замерз. – Только в этом случае он мог прийти и просить Мадока о помощи.
Изогнув бровь, Мадок снисходительно посмотрел на него.
– Зачем ты здесь?
Да уж, каждый знает, что, даже заключив в Греции перемирие столетия назад, они никогда не слыли друзьями.
И никогда не доверяли друг другу.
Слишком долго сражались по разные стороны баррикад.
Солин стал напротив, в такой же позе, что и Мадок.
– У нас проблема.
Это заявление развеселило Мадока. Фыркнув, он протянул с грубой насмешкой:
– У нас?..
Солину безумно хотелось стереть самодовольное выражение с лица придурка. Но в этот раз он обойдется без кулаков. Слова произведут намного лучший эффект.
– Помнишь о ключе к Олимпу?
Все они требовали этот ключ у Солина.
Веками.
Они перепробовали все, чтобы найти и уничтожить ключ, а Солин всеми силами защищал его.
Ключ содержит то единственное, что способно убить Олимпийцев и уничтожить все живое. Кровь трех рас, незаконно осужденных и наказанных Аполлоном, Зевсом и Мойрами.
Кровь, смешанную с кровью атлантской богини, проклявшей их за убийство единственного сына и заточение ее в атлантском аду. Аполлими – богиня все разрушения. Она поклялась, что придет час расплаты, и чудовище из прошлого вернется, дабы наказать богов за бесчисленные прегрешения.
«Приведите ко мне Аполлона и эту тварь Артемиду, или этим ключом я восстановлю справедливость и отомщу за моего невинного сына, которого Аполлон растерзал, как животное…
Объединив в себе все то, что вы так отчаянно жаждали погубить, ключ преодолеет все преграды. Кровь людей, наказанных вами, станет для вас ядом.
В день расплаты мой смех будет слышен в покоях Зевса, и весь греческий пантеон, умирая в жутких муках, почувствует на себе мой гнев.
Хи сати, акрам джустия!
Да здравствует справедливость королевы!»
Больше
Но от судьбы не уйдешь.
И даже самый лучший план в конечном итоге обречен на провал, а планировщика будет поджидать теплое местечко в аду.
«Хи сати, акрам джустия!»
Лицо Мадока побелело, соревнуясь с белизной рубашки. Он догадался, что последует за этим вопросом.
– Речь идет о том ключе, который ты поклялся, что уничтожил? Ну и что с ним?
– Думаю, ты не особо удивишься, узнав, что я солгал. Ключ не уничтожен.
Мадок выругался.
– Что с ключом?
Боль вновь резанула душу, а страх пересилил ярость. Если он скажет правду, они убьют Лидию. В противном случае она умрет от рук Стража.
Дамоклов меч навис над головой. Но одно он знал точно – со Стражем невозможно торговаться или вести переговоры. Солин пытался, но все слова пролетали мимо ушей ублюдка.
«Хоть в этот раз не предавай меня, Мадок».
Прежде всего, греки – его семья. Мадок благоразумен. Иногда. Как и Солин, он побывал в руках Нуара и знал о пытках не понаслышке.
В конце концов, ничего не могло опровергнуть горькую правду, которую осознал Солин.
Боги, против которых он боролся веками, стали его единственной надеждой на спасение Лидии.
Единственной надеждой.
Солин глубоко вздохнул и сквозь зубы ответил Мадоку:
– Поклянись рекой Стикс, что не уничтожишь ключ, когда я расскажу, где его найти. Брат поклянись, что вместе со мной будешь защищать его.
– Ты знаешь, что я не могу, – горько рассмеялся Мадок.
– У тебя нет выбора.
Мадок презрительно усмехнулся.
– Я…
– Если ты не поклянешься, – прорычал он, прерывая Мадока, – вы все погибнете. Абсолютно все. Ни один греческий бог не выживет.
Челюсть Мадока напряглась.
– Я не стану заложником твоего шантажа, и тебе отлично известно, как Зевс относится к угрозам.
Солин беспечно повел плечами, хотя ни о каком спокойствии и речи не шло.
– Тогда ты погибнешь в муках… как Д’Алериан и М’Ордант.
Эти двое вместе с Мадоком веками возглавляли совет Онероев.
А потом Нуар настроил Скоти против своих собратьев. Ему почти удалось уничтожить всех Ловцов Снов.
Почти.
Они до сих пор не пришли в себя после того нападения. Мадок один из немногих пленников Нуара, которому удалось сбежать. Он, Дельфина, ставшая их ключом к спасению, и Зет – Скотос, служивший Нуару, теперь командовали Ловцами Снов. Хотя Дельфина и являлась их главой, но в этом деле Солин мог положиться только на Мадока.