Страсть дракона
Шрифт:
Аккуратно, двумя пальцами он приподнял край истрепанного платья и глаза его хищно зажглись, пройдя взглядом по высокому бедру.
– Любить, - прорычал Хорст.
Но в этот момент неожиданный хлесткий шлепок заставил Кейдена отдернуть руку. Отмахнувшись от его руки, словно от назойливой мухи, она зябко подоткнула вокруг себя шелковую тряпку. И все равно не проснулась.
– Ну что ж , подождемс, - ухмыльнулся дракон и укрыв ее сверху своей рубахой, прилег рядом с ней.
***
Мужчина был до пояса обнажен. И лежал так близко, что
Убедилась, протерла глаза. Еще раз убедилась. Ущипнула себя за руку, ойкнула и уставилась в небо, где все также парили неведомые мне птицы. Постепенно я осмысливала открывшуюся мне беспощадную правду. Я находилась в чужом мире, и проспала неизвестно сколько рядом с незнакомым мужчиной. Красивым, надо признать, но совершенно же незнакомым.
Странный мир и странная стала я . С завидным постоянством я стала здесь просыпаться рядом с незнакомцами.
Незнакомец крепко спал. Пока. Это плюс. И был одет. Почти. Я покосилась на его высоко и мирно вздымавшуюся грудь. Это второй плюс. И я тоже оказалась одета. Это, конечно, утешало. Но не сильно.
Но я даже примерно не представляла, кто мой сосед и как его зовут. Я не знала, как отсюда выбраться. И это огро-о-омный минус.
Придирчиво оглядела свой потрепанный наряд на предмет целостности его частей и со стоном откинулась на траву.
Убью! Выберусь отсюда и лично убью ту рыжую, которая обеспечила мне такое приключение.
Мужчина пошевелился, что-то сонно пробормотал, и я, опасливо покосившись на него, осторожно отодвинулась.
Еще раз посмотрела на того, кто лежал рядом. Резкие, даже во сне суровые черты лица. Почему- то подумалось: а всегда ли они такие суровые? Острые скулы, четко очерченные губы, к которым вдруг захотелось прикоснуться. Твердая линия подбородка, легкая щетина, густые темные волосы, и длинные ресницы, которым, раз увидев, немедленно начинаешь завидовать. Вот зачем мужчине такое богатство? Судя по сильным рукам, рельефным мышцам, широким плечам и нескольким шрамам – явно не хлюпик. Да что там хлюпик? Просто опасный. И красивый.
Красивый... Не то что тот, "блохастый".
Не выдержала. Посмотрела туда, где странно топорщились штаны. Полюбовалась, смутилась, рассердилась и решительно отвернулась.
Все-таки правильно бабуля говорила, любопытство меня до добра не доведет и точно однажды погубит. Вместо того, чтобы глазами хлопать и незнакомцев рассматривать, давно пора искать выход. Пока красавчик не проснулся.
Я потихоньку перевернулась на живот, встать мне не удалось – предательски дрожали ноги. Но встать на четвереньки мне удалось и я поползла. Только бы не хрустнула ветка. Только бы…
И тут на моей ноге сомкнулись крепкие, просто-таки стальные пальцы.
— Стоять!
Самым постыдным образом взвизгнула от неожиданности, и меня резко рванули назад, подхватили за талию и с размаху впечатали в твердое, показавшееся каменным тело. Еще и руками сверху оплели
Встретилась взглядом с темными, почти черными глазами и замерла, не дыша.
– Как зовут мою кошечку?
Я возмущенно засопела и попыталась выпутаться из железных объятий. Но мужчина так прижал меня своими руками, что я почувствовала, как грохочет его сердце. Или что там, под его мускулами могло издавать такие звуки?
– Имя? – настаивал он.
А я подумала – какой он большой! Я полностью возлежала на нем, а глаза мои оказались прямо над его губами. Наверное, такими твердыми. И мягкими. И вкусными?
– Ну, вкусными их еще никто не называл.
И я вспыхнула. Вот почувствовала, как жар залил мои лицо, шею грудь. Я что, сказала это вслух?!
– Вы читаете мои мысли? – на всякий случай спросила я.
– Болтаешь много, - и его рука легла мне на голову, огромная ладонь прижимала меня настойчиво, а приоткрывшиеся в усмешке губы были все ближе и ближе.
– Я не привыкла целоваться с незнакомыми мужчинами, - я все еще не оставляла попыток вырваться.
— Замечательная привычка, — кивнул он серьезно. И только на дне черных глаз теплыми огоньками плясали смешинки.
– Имя? – его губы, шевельнувшись, коснулись моих. Что-то невероятное происходило внутри меня. Крутило , ныло.. – Имя или поцелуй!
Он не спрашивал, а настаивал!
– Мари, - прошептала я и неожиданно оказалась на траве. А его крепкое тело беспощадно прижало меня , не давая пошевелиться. Его прерывистый вздох - и горячие губы прижались к моим. Наглые, горячие и настойчивые. Не давали мне думать. Дышать. Только стон. Глухой стон вырвался из моей груди.
– Ты будешь моей, Мари.
Вздохнула и перевела дыхание. Мысли путались…
– Нет.
— Вот как? — низкий тягучий голос окутал меня облаком неги, скользнул по коже шелком, вызывая жаркий озноб. — Значит, нет? Какое неожиданное и смелое заявление, безрассудная моя... кошечка…
Нет, ну неожиданное может быть, но почему сразу смелое? Совсем не смелое. Вдоль позвоночника неслись табуном мурашки, тугая пружина в животе готова была развернуться и разорвать меня на мелкие кусочки. И…. я совсем, ну вот просто совсем не была уверена , что "нет". Скорее даже "да".
– И почему же? – его язык обвел по контуру мои губы, а когда я собралась ответить и приоткрылась, ворвался и стал безобразничать, терзать, жалить, а потом ласкать, уговаривать…
– Я невинна…
– Оу, вот это недостаток!
И почему мне показалось, что он вдруг замурлыкал? А я обиделась. Я так давно и упорно скрывала от всех эту "тайну", что сейчас обиделась. И что, ему трудно меня немного поуговаривать?
– И чего же ты хочешь, ведьмочка? – он перекатился, увлекая меня за собой, на бок. Не дав мне возможности даже шелохнуться, он закинул мою ногу себе на бедро. Его колено так туго прижалось к самому секретному местечку… А рука обожгла своим жаром ноющую грудь. Его взгляд не отпускал меня.