Страсть Дариуса

Миллер Рейн

Он застыл, когда подумал о том, как сильно только что овладел ею, и запаниковал.

— Проклятие! Я был слишком груб с тобой. Мне очень жаль, дорогая! — Он оторвал взгляд от ее живота, почти лишившись чувств от страха. — Я причинил боль…

***

— ДАРИУС, я в полном порядке. Ты не причинил мне боли, и мне нравится, что ты любишь меня именно так. — Она снова притянула его к себе со своего живота и нежно поцеловала. — Еще очень рано, и нам некоторое время не придется беспокоиться об изменении наших привычек.

— Тем не

менее, я намерен заботиться о тебе и быть очень осторожным. — Он улыбнулся ей, но она уловила легкое сожаление в выражении его лица.

Марианне показалось, она знает почему.

— Дариус, ты не собираешься спросить меня?

Его глаза закрылись.

— Спросить, о чем, дорогая?

— О второй причине. Я же сказала, у меня есть две важные причины жить.

— Наш ребенок — одна из причин. — прошептал он, не встречаясь с ней взглядом. — Какая же еще причина, Марианна? — В его голосе слышался явный страх услышать, что бы это ни было, но выбора нет.

Его глаза оставались опущенными, когда она начала говорить.

— Дариус, мне нравится, что ты заставляешь меня чувствовать себя любимой. Нравится, что ты хочешь меня и говоришь, что я дорога тебе. Мне нравится, что ты отчаянно нуждаешься в моем теле. Мне нравится близость с тобой. Нравится, что ты хочешь, чтобы я была матерью твоих детей. Ты дал мне все это, даже когда думала, что не заслуживаю ничего из этого. И даже несмотря на то, что мне все еще может быть тяжело… избавься от чувства вины, я хочу попытаться забыть прошлое. Я хочу держаться за тебя и твою любовь, ради нас самих и нашего ребенка. — Она соединила их руки у себя на животе. — Ты лучший из мужчин, Дариус Рурк, и есть еще кое-что, что тебе нужно знать…

Она изменила свой голос, в ее тоне явственно слышалось требование.

— Посмотри на меня, Дариус. Ты хочешь посмотреть на меня.

Он поднял свои темные глаза, в которых сверкали серебряные искорки, и сосредоточился на ней.

— Я скажу тебе то, что ты хочешь знать. Ты хочешь знать это, Дариус. Ты знаешь. — Она решительно кивнула. — Скажи: «Марианна любит Дариуса всем своим сердцем». Ты хочешь сказать это, потому что это правда. Скажи мне, Дариус. Скажи эти слова.

Он слегка дрожал, его нижняя губа двигалась, отчетливо выделяясь на фоне резких линий челюсти. Этот прекрасный мужчина, ее мужчина, ее замечательный, любящий муж, трепетал перед ней, и осознание этого просто разрывало ее сердце на части… от еще большей любви к нему.

— Скажи это мне, — приказала она.

— Марианна любит… Дариуса всем своим сердцем. — Он выпалил это предложение на одном дыхании, его глаза заблестели.

— Это правда. — Марианна улыбнулась своему мужу со всей любовью, которую могла ему подарить, и почувствовала, как она излучает ее подобно сияющей ауре. — Очень сильно, потому что его легко полюбить.

— Она часто будет мне это говорить?

Марианна медленно кивнула.

— Не думаю,

что когда-нибудь устану слушать это. На самом деле, это то, что мне нужно, — сказал Дариус. — Мне нужно слышать это от тебя так же часто, как тебе нужно слышать это от меня. Возможно, мы должны быть завалены признаниями в любви.

— Справедливо.

Его глаза сверкнули, глядя на нее.

— Можно начать прямо сейчас.

Она наклонилась для поцелуя, прошептав ему в губы:

— Я люблю тебя, Дариус. Я люблю тебя.

Он обхватил ладонями ее лицо и прижал к себе.

— Ты совершенна, знаешь ли? Моя Марианна. Моя самая любимая… моя любовь, моя дорогая.

24 сентября 1837 года

Сегодня мне был преподнесен самый прекрасный подарок. Дариус такой замечательный и заботливый. Он сделал статую ангела-русалки, вырезанную специально для садовой стены. Дань уважения Джонатану, на которую я могу смотреть и думать о нем по-своему с нежностью, где бы он сейчас ни был. Он свободен… и в какой-то мере я чувствую то же самое.

М.Р

Эпилог

Благословение

14 апреля 1838 года

Вздрогнув, ДАРИУС проснулся. Марианны не было рядом с ним в постели. Боже, утихнет ли когда-нибудь паника от того, что ее нет рядом? Он сомневался в этом. Приподнявшись на локтях, он оглядел комнату в тусклом свете рассвета. Вот она. Закутанная в свою голубую шаль, она сидела в шезлонге перед камином. Девушка сидела очень тихо. Настолько, что он подумал бы, что она спит, если бы ее спина не была такой прямой, как стержень.

Он не сводил с нее глаз, вставая с кровати и надевая халат. Он мог видеть, как ее плечи едва заметно двигались в предсказуемом ритме, который следовал за ровным дыханием. Он медленно подошел к ней и опустился на колени на ковер у ее ног. Она держала глаза закрытыми, но он мог сказать, что она полностью проснулась. Ее руки покоились по одной на каждом бедре. Он опустил голову к ней на колени и почувствовал, как нежная тяжесть ее руки коснулась его, начав мягкий, ритмичный рисунок перебирания пальцами его волос.

В словах не было необходимости. Общение шло к их умам из их сердец, по крайней мере, ему так казалось. Дариус вложил всю свою энергию в то, чтобы насладиться этим драгоценным моментом с ней, потому что подозревал, время уже очень близко. Все было готово пару недель назад. Они вместе корпели над книгами и подготовились, собрав столько знаний, сколько смогли почерпнуть. Все, что оставалось, — это получить опыт и позволить природе идти своим чередом, как это делали женщины на протяжении тысячелетий. Однако он заботился только об одной. Его. Сейчас он не стал бы давить на нее. Она скажет ему, когда будет готова.