Страшное дело
Шрифт:
– - Неужели все это правда!
– - хрипел он.
– - Да как это? Что они выдумали-то? У-у, проклятые! Окаянные!.. Убить их мало!
Глаза его налились кровью, лицо исказилось, дыханье в груди шибко сперлось. Он грохнулся головой на стол и пуще прежнего затрясся и зарыдал, как малый ребенок.
Земляк испугался и стал его уговаривать.
– - Что ты, бог с тобой! Чего так убиваешься? Слезами горю не поможешь.
Андрей все плакал.
Выплакался Андрей, сделался поспокойней, отер он лицо и проговорил:
– -
Опять лицо его исказилось, крепко сжал он кулаки и встряхнул ими.
Земляк, увидав, какое действие произвели слова его, жалел уж о том, что и рассказал-то. Он долго сидел понурив голову, потом встал и начал собираться. Андрей, заметив это, проговорил:
– - Вот что, брат, скажи ты там, дома, чтобы жена ко мне беспременно на троицу приехала, я с ней тут поговорю.
– - Что ж, пожалуй, мне все равно, -- промолвил земляк.
– - Потрудись, пожалуйста.
– - Ладно, будь спокоен.
И земляк ушел, оставив. Андрея с горькими, тяжелыми думами.
Больше недели Андрей ждал жену. Первый раз в жизни пришлось ему переживать такие мучительные дни и ночи; то ненависть, то ревность и отчаяние охватывали его и терзали без пощады и жалости. "Как это могло случиться? Неужто добровольно баба пошла на это?
– - задавал он себе вопросы и ничего не мог на них ответить.
– - Если добровольно, -- думал Андрей, -- то что мне с ней делать тогда? Смерти мало ей за это, ведь это что: на первом году после свадьбы мужа на старика променяла! Чем я ей насолил очень? я ей слова грубого не говорил за все время, не то что… А любил-то как! О, проклятая, что она со мной только сделала!"
И Андрей придумывал, как бы ему проучить жену за измену. Но только он придумает какое-нибудь наказанье и представит его себе, как сейчас же ему сделается жаль и жены, и того счастья, которое ждало его без этого дела. И он невольно начинал находить извинения ей. "Может, она невиновата, -- размышлял он, -- может, он ее насильно заставил. Беспременно это так. Он все это, злодей! И что он только со мной сделал. Я ли ему не покорный сын был, я ли не старатель? А он…"
И вся злоба Андрея переносилась на отца и еще страшней его мучила.
Накануне троицына дня приехала Ольга. Увидал ее Андрей, и застучало в нем сердце. И радость, и гнев сразу поднялись в нем.
– - Здравствуй, Андрей Филиппыч, -- сказала Ольга и подошла к мужу.
– - Здорово, -- сквозь зубы тихо процедил Андрей и впустил жену в каморку.
– - Отпустил тебя свекор-то?
– - вдруг злобно и ядовито спросил он, весь дрожа от волнения и в упор глядя ей в лицо.
– - Чего ж ему не пустить? Слова не сказал, -- ответила Ольга, стараясь не встречаться с ним взглядом.
– - Как это он расстался? А я уж и не надеялся, --
– - Чего ж ему не расстаться? Я, чай, ему не очень приболела, -- отшучивалась Ольга, между тем внутри у ней холодело.
– - Толкуй, не очень, словно я не знаю, -- прохрипел Андрей и затрясся весь.
Уставилась Ольга на мужа и побледнела вся. "Узнал все, мелькнуло у ней в голове.
– - Теперь уж не жди милости. Царица небесная, пособи!"
И она решилась во что бы то ни стало, а отклонить беду. "Отопрусь, что ни будет", -- подумала она и как можно спокойнее спросила:
– - Что ты знаешь-то?
– - при этом она взглянула мужу в глаза как ни в чем не бывало.
– - Все знаю!
– - воскликнул он.
– - Ты думаешь, шило в мешке утаишь? Нет, матушка, не утаишь.
– - Какое шило? Что ты? Бог с тобой!
– - А такое, что я все знаю про твое дело со свекром… Полюбовницей его стала!..
– - Что ты? С чего это ты взял-то? Да очнись…
– - Что очнись-то? я не пьяный! нечего дуру-то строить! Признавайся!
И он, рассвирепев, замахал руками, застучал кулаками по столу, еле сдерживаясь, чтобы не наброситься на нее и не истоптать ногами.
Ольга догадалась, что беда собирается над ее головой, и не то от страха, не то от обиды затряслась, заплакала и, закрыв лицо руками, припала головой к столу.
– - Что нюни-то распустила? У! у!., проклятая!
– - проворчал Андрей и дернул жену за руку.
– - Скажешь, неправда это?
– - Ей-богу же, неправда, -- сквозь слезы, с отчаянием проговорила Ольга.
– - Из чего это ты взял? Если бы я знала, что ты обо мне думаешь, я бы не поехала, -- продолжала она, всхлипывая.
– - Думала, на радость приеду, а ты вот как меня принял.
– - А разве неправда?
– - уж не так уверенно допрашивал Андрей.
– - Знамо нет. И как это у тебя язык поворотился сказать, -- уж совсем смело заговорила Ольга.
– - Кто ж за меня заступится, бедную?
– - И она заголосила еще громче.
Андрей стоял как ошеломленный, гнев его спал; слезы жены растрогали его? "А что, как неправду земляк сказал? Позавидовали, может, люди, что хорошо живем, и наплели на нее, чтобы расстроить нас".
– - Ну, будет, не реви, -- проговорил Андрей более мягко.
– - А вот коли неправда, побожись на икону, тогда поверю.
Ольга, утирая слезы и всхлипывая, уставилась на икону, перекрестилась и сказала:
– - Вот, не слезть мне с этого места, не дожить до завтрашнего дня…
Голос ее прервался от волнения, но Андрей этого не заметил, ему хотелось верить, что она говорит правду, лицо его просветлело, он улыбнулся и сказал:
– - Ну, уж так и быть, давай помиримся, -- и подошел к жене.
Ольга бросилась к нему на шею и снова зарыдала, ей и стыдно было, и жаль Андрея, и рада она была, что пронеслась туча над ее головой…