Странный талант Винни

Герстенбергер Штефани

Глава 3,

в которой почти всё запрещено, и Генри предпочитает остаться с Карликом Носом

– Так что будем делать? Останемся или вернёмся?

Винни

и Сесилия стояли на пляже. Подвернув джинсы, девочки вошли по колено в воду, и Генри вместе с ними, но в резиновых сапогах. Дети держали совет.

– Возвращаемся, – уверенно произнесла Винни.

– Неужели? Это почему? Ты просто испугалась, да? – У Сесилии, видимо, началась пятиминутка плохого настроения, которая порой растягивалась на целый день.

– Этот коротышка Хьюго почему-то меня пугает, да он и сам предупредил, что здесь опасно. – Винни посмотрела на медленно синевшие в холодной воде ноги.

– Ерунда! Он так сказал, только чтобы от нас отделаться. – С этими словами Сесилия даже оттолкнула сестру. – Давайте останемся. Я хочу узнать, что творится в этом старом доме и что у них под куполом. Та штука на крыше не даёт мне покоя. Узнаем – и домой. Когда папа с мамой окажутся в Бразилии, они ничего не смогут нам сделать… А мы спокойно поживём в Лондоне целых три недели!

– Но им это не понравится!

– Господи, Винни, ты всегда такая осторожная, рассудительная и ужасно застенчивая! Тебе же нравится гулять и бегать на воздухе? Вот и побегай здесь пару дней! Я уверена, что в городке по соседству найдётся место, чтобы покататься на роликах, а ты как раз захватила скейтборд, помнишь?

«Хорошо, допустим, я осторожная и рассудительная – но уж никак не застенчивая! – подумала Винни. – Разве я кого-то стесняюсь?» Мысли одна за другой проносились в её голове. Вот только что она знала, чего хочет, а теперь совершенно запуталась.

– Ну да, море замечательное, и пляж тоже, но, может быть, нам всё же лучше вернуться в Лондон прямо сейчас, с родителями?

– Может быть, может не быть! – передразнила сестру Сесилия. Она терпеть не могла нерешительности, а слова «может быть», «немножко», «как-нибудь», «вероятно» просто выводили её из себя. – Если мы вернёмся в Лондон сейчас, родители второпях найдут нам какую-нибудь безумную няню и поставят нас перед фактом!

– Прошлые няни были довольно милые.

Довольно милые! Это выражение тоже никогда Сесилии не нравилось. Винни вздохнула. Она обычно чувствовала, что другим понравится, а что – нет. А вот насчёт себя такой уверенности у неё не было.

– Я не хочу няню! – вмешался Генри. – Вдруг она окажется злой колдуньей… уж лучше я останусь с Карликом Носом.

– Не называй его Карликом! И Носом! Это невежливо, и ему точно не понравится. Иначе не буду больше читать тебе сказки, – пригрозила Винни.

– А я считаю, что Генри прав! – усмехнулась Сесилия. – Нам нужно остаться здесь. К тому же мы ещё даже не видели нашу комнату!

Набежавшая волна вымыла песок из-под их ног. Генри попытался сбежать, высоко вскидывая ноги в синих сапогах, но Винни его поймала, вовремя метнувшись в сторону. Их младший брат боялся не только воды – он и песка касаться не любил. И земли. И деревья тоже недолюбливал. Ему вообще не нравилось на природе. Генри предпочитал сидеть за письменным столом, погрузившись в раздумья, рисовать, рассматривать картинки в книгах

или как-то иначе спокойно проводить время.

– Мы останемся, но только если наша комната действительно окажется уютной – договорились? – предложила Винни.

– Ну, тогда можно обо всём забыть. Неужели вы думаете, что они знают, что такое «уютный»? – состроила рожицу старшая сестра, указывая на группу остановившихся поодаль взрослых.

На пляж вышли мама, папа, бабушка и дедушка. Не хватало только Хьюго. Взрослые стояли вокруг расстеленного на земле пледа, на котором было разложено всё для пикника. Ветер сдул с вилок кусочки пирожных и посыпал песком сэндвичи с огурцами. Все четверо стояли, скрестив руки на груди, словно имели друг к другу какие-то претензии и теперь были очень недовольны.

– Это, по-вашему, уютно? По-моему, не очень, – заявила Сесилия.

– Давайте посмотрим на лодку, – предложил Генри, указывая на длинный, уходящий далеко в море причал, в самом конце которого был пришвартован большой тёмный трёхмачтовый парусник. На борту золотыми буквами сияло название – «Мэри».

– Нельзя, – коротко ответила Винни и покрепче сжала ручонку брата, чтобы у него не возникло глупых мыслей вырваться и побежать к кораблю. – Парусник принадлежит Хьюго, и нам туда нельзя. Вдруг ты оступишься и свалишься за борт – а плавать-то и не умеешь!

– Хьюго тоже не умеет плавать! – Генри топнул ногой так, что брызги полетели во все стороны, и тут же недовольно вскрикнул – видно, вода попала в сапог.

– Интересно, зачем ему такая большая лодка? – удивилась Сесилия.

– Он приплыл на ней сюда несколько лет назад, так сказал дедушка. С тех пор корабль и стоит там на якоре.

– Спорим, что он сбежал откуда-то – из цирка, например! – Глаза Сесилии загорелись любопытством.

– Только не вздумай его об этом спрашивать!

– Почему бы и нет? Или задавать вопросы запретили, а я и не заметила?

– Разве вы не поняли? Здесь всё запрещено, – вздохнул Генри, глядя на сестёр большими карими глазами.

– Вот именно! И потому нам здесь делать нечего! – сказала Винни.

– Ничего подобного! – тут же возразила Сесилия.

– А я не хочу жить в Лондоне без мамы и папы. – Глаза Генри наполнились слезами.

– Ну вот! Он плачет, и это ты виновата! – Винни кивнула на сестру.

– Я не люблю, когда вы спорите, – захлюпал носом Генри.

– Я ни с кем не спорю! – возразила Сесилия, откидывая со лба рыжие волосы.

Если надо поднять Генри настроение, от Сесилии помощи не дождаться. А сейчас Винни очень хотелось, чтобы младший брат успокоился и рассмеялся! Вдруг она почувствовала, как в груди набралось очень много воздуха и его никак не выдохнуть. Счастье, огромное как море, затопило её и грозило разорвать на части, потому что не помещалось внутри. Но откуда оно взялось? Просто так, без причины?

– Ты прав, Генри, спорить глупо. Самое главное – что мы вместе, здесь или в Лондоне. И мы всё равно нарушаем запреты, в любом случае. Не бойся, будет весело! – почти крикнула Винни. – Вот смотри! У меня есть жевательная резинка. Хочешь? – Она засунула руку глубоко в карман джинсов. Вообще-то Генри не разрешали жевать жвачку: мама опасалась, что он её проглотит и у него в животе всё слипнется. Взрослые иногда так смешно рассуждают! Генри радостно выхватил у Винни жевательную резинку. – И вот ещё – Сесилии!