Странный приятель.2
Шрифт:
— …Так уж ничего и не придумал??? …Этакого?! — С усмешкой переспросил Ренки, словно бы и не обращая внимания на недовольный тон приятеля.
— И когда я должен был что-то «этакого» придумать?! — Взвился Готор, и даже врезал кулаком по фальшборту корабля. — Всего два дня на подготовку… Что я вам за это время должен был атомную бомбу из полешка выстругать?
— Ну, не знаю из чего делают эту твою атоом…ю бомбу. Но ведь ребят ты зачем-то отправил на королевские склады?
— Всего-навсего заказал лучшего артиллерийского пороха… Наш Киншаа, довольно
— Гы… Я же вижу, что у тебя уже есть какие-то мысли! — Весело заметил Ренки. — Когда ты этак вот недовольно хмуришь лоб, у тебя потом всегда появляются какие-то сумасшедшие идеи, которые, как ни странно всегда удаются. …Так что мы будем делать?
— Чего делать, чего делать… — Пробормотал Готор, глядя куда-то в сторону берега. — У Вобана воровать.
— У оу Баана? — Удивленно посмотрел Ренки на своего приятеля. — Кто это? Какой-то кредонский военачальник? Ты хочешь украсть у него какие-то планы? …Или… что???
— Точно. — Внезапно развеселился Готор. — Именно у этого оу, мы и украдем верблюда… или лучше слона! Он обидится, и вместе со всей своей армией убежит в Кредонскую Республику…
— Ну и пожалуйста! Можешь не рассказывать. — Обиделся Ренки, по интонация приятеля, догадавшись что опять ляпнул какую-то глупость. И отвернувшись, начал демонстративно смотреть в другую сторону.
***
— И что это значит! — Бушевал генерал оу Крааст, потрясая полученным только что посланием, и пугая двух своих адъютантов и ординарца-слугу. — Да что позволяет себе этот… (громкий голос генерала, опустился почти до шепота) мерзавец? Этот проклятый жрец, заимевший слишком много власти при Дворе?
…Где это вообще видано, чтобы жреца назначали руководить солдатами? Неужели он думает что эти его придворные штучки, тут сработают?
— Но… — Попытался было возразить один из адъютантов. — Ведь он написал что…
— Чушь! — Рявкнул генерал, подобно пушке посылающей во врага заряд картечи. — Ясно же, что таким образом, он пытается унизить меня! И вместо того, чтобы как и положено Военному человеку, прислать мне приказ об отставке. Он присылает ко мне двух сопливых лейтенантов, фактически обязав подчиняться их «советам»!
Любому понятно, что он не хочет начинать свою «военную карьеру», убрав с должности боевого генерала, и восстановив против себя всю армию… Да и боится связываться с партией Южных Графств, которая будет стоять за меня.
Он хочет чтобы я добровольно покинул место главнокомандующего, и тогда бы он смог назначить на него какого-нибудь шута из своих приспешников, а то и ищейку из Тайной Службы!
— Но ведь, вроде бы в прошлой кампании,
— Это еще один укол, от его жреческой милости! — Взвился генерал оу Крааст. — Стоило мне удачно закончить кампанию прошлого года, и все мои завистники немедленно начали распускать слухи, будто бы это два гренадерских полка, свершили некий немыслимый подвиг, пока армия генерал оу Крааста, отсиживалась за их спинами! И теперь, он мне присылает каких-то лейтенантишек, именно в мундирах 6-го гренадерского.
Представляю как он ухмылялся своей гладкой (голос генерал опять резко опустился до шепота), напомаженной рожей, составляя эту мерзкую бумажонку! …Только вот хрен ему! — Если он хочет убрать меня из армии, ему придется сделать это абсолютно официально! А уж этих лентенантишек, я встречу!
От ближайших портов, до тооредаанской армии осадивший Леригис, пришлось бы добираться не меньше недели. Так что посоветовавшись с капитаном корабля, второй лейтенант оу Готор, принял решение высаживаться со шлюпки, прямо на берег.
Увы, но прохождение полосы прибоя обернулось чистым кошмаром — мало того что они все промокли до ниточки, так еще и у Таагая, обычно чувствовавшим себя на кораблях вполне нормально — внезапно объявилась морская болезнь, и от него было мало толку. …А ведь издали, эта белая полоска вдоль берега, казалась вовсе не страшной. Но когда, вроде бы смешные волны, всего-то в полсажени высотой, начали швырять шлюпку меж острых камней — самонадеянность сухопутных вояк, сильно уменьшилась.
В общем — троица героев выбралась на берег, имея отнюдь не геройский вид, зато поднабравшись от матросов-гребцов, множества интересных словесных оборотов, как сказал бы оу Готор — «негативного оттенка».
Да еще и единственное место, где по мнению капитана вообще была возможна такая высадка, оказалась в нескольких верстах от военного лагеря, так что промокшим и изрядно перенервничавшим приятелям, пришлось тащиться пешком, да еще и тащить на себе изрядный груз своих вещей и некоего «оборудования».
Наконец, уже возле самого лагеря, они наткнулись на патруль 4-го мушкетерского, и были благополучно, отведены под конвоем к палатке командира, где их долго и бессмысленно промурыжили, выясняя кто они такие, да зачем приехали, и что вообще в столицах слышно, и… Кажется офицерам 4-го мушкетерского просто было очень скучно.
— А я-то думал, что это за офицеры в мундирах моего полка, болтаются за пределами лагеря, и требуют доставить себя к командующему! — Раздался знакомый голос, от входа в палатку. — Все нормально Маалк. — Обратился он к полковнику 4-го. Я знаю этих ребят. …И признаюсь, довольно рад их тут видеть!
Однако же… сраный небесный верблюд! Я конечно слышал, что в столице карьеры делаются быстро. Но вы ребята, похоже превзошли всех! Добро пожаловать на Зарданский берег. С чем прибыли?
— Здравия желаем, господин полковник. — Поприветствовали приятели своего бывшего командира. И достав, выданные Риишлее бумаги, передали их ему.