Странный мир
Шрифт:
На площадке появляется множество людей, образуется толпа. Гостей трогают руками, словно желая убедиться, что они настоящие. Гвалт, слёзы у женщин. Короче, то столпотворение, которого хотел избежать местный начальник, успешно состоялось.
Самый обычный речной теплоход, следовавший по Каме, оказался посреди морского простора. Ни берега, ни спутников системы позиционирования. Эфир пуст. Что делать капитану? Понятно, что нужно искать ближайший берег, но где он расположен, неизвестно. Начнись мало-мальски серьёзный шторм, и всё. Речные суда на морском просторе чувствуют себя крайне неуютно. Пошли на юг и вскоре добрались до каменистых неприветливых
Немало нервов ушло на то, чтобы утихомирить пассажиров. Скандалы и истерики оставили в памяти людей неизгладимый след. Все требовали, то объяснений, которых не было, то доставки к месту назначения, путь к которому оказался неизвестен, то полноценного питания и удобств, которые обязана предоставить команда. А команда не подвела. Сплаванный коллектив поддерживал порядок и своего командира.
У пассажиров нашлось охотничье ружьё и воздушка, так что первые партии разведчиков ушли в поиск не совсем безоружными. Из подручных средств соорудили несколько плавсредств и началось рыболовство. Окрестные горы не изобиловали растительностью, однако зелёные долины встречались. Отыскали оливковые деревья, ячмень рос на возвышенных местах. Среди камней отыскались небольшие ручейки. Дичью эти места не изобиловали, хищники не беспокоили.
Люди постепенно перебрались из кают и кубриков в построенные из камня дома, развели огороды. Дефицит дров с лихвой покрывался отсутствием холодов. Четыре жизни унесла дизентерия, один парень насмерть расшибся, упав со скалы. С координатами определились по контурам береговой линии — карты у них нашлись существенно лучшего качества, чем те, которыми пользовались южане, а вдоль берега они прошли и на запад и на восток. Искали людей. Тщетно.
Ребята сидят в тени виноградной лозы за столиком из судовой столовой на лавке из салона третьего класса. Итак, они отыскали почти двести человек, живущих совсем неплохо. Сыты и не мёрзнут. Капитан присматривает за тем, что творится во всех девяти посёлках, разместившихся на клочках плодородной почвы, разбросанных в горах. Пойманная рыбаками рыба и собранный урожай распределяются так, что никто не голодает. Соль выпаривается, крыши не протекают. Люди помогают друг другу, дети рождаются.
На будущее уже присмотрены места, годные для расселения растущего населения вдоль морского побережья. Однако нет у этой общности перспективной цели, не сформулировано сверхзадачи. Пройдут годы, они разберут до последнего кусочка свой теплоход, и металлические изделия станут передаваться от отцов детям. Дольше всего сохранятся книги из судовой библиотечки, по ним будут учиться читать. Возможно, содержание какой-то из них, например, Барона Мюнхгаузена, ляжет в основу местной религии.
Спокойно течёт неспешная беседа. Славке некуда торопиться. Моторист и многодетная семья сисадмина из Нижнего уже попросились с ними. А большее количество пассажиров везти рискованно. Саженцы готовы к погрузке. Семена культурных растений, что были у них с собой, переданы местной администрации. Есть нормальный контакт. А следующим рейсом сюда следует привезти команду разведчиков. За хребтом лежат равнины, страдающие от жары и отсутствия влаги, но в редких зелёных долинах этих гор вполне можно жить, и искать полезные ископаемые.
Ни за власть над этими людьми, ни за право этого сообщества на самоопределение борьбы не будет. Капитан просто выполнял свой долг — долг перед экипажем и пассажирами. Ему, конечно, первому бы следовало покинуть эти места, чтобы попасть в лапы настоящего врача.
Иван уже побродил по окрестностям. Действительно, жить здесь не так просторно, как в их степях. Скалы, кручи, безжизненный камень. Потом — густо заросшая долина. Ходить тут непросто. И животный мир проявляет себя крайне сдержанно. Вездесущие птицы — вот, пожалуй, и всё, что бросается в глаза. Хотя, окажись в тутошних местах эти беспокойные островитяне… ха! Тут бы сейчас ручьи журчали. Вот ведь ложбинка, так и просится, чтобы плотинку соорудили. Соберётся дождевая водичка, зазеленеет травка на берегу. А эти парни ещё бы и водяное колесо приладили и запустили от него ткацкий станок.
Пятеро детей на борту двенадцатиметровой лодки — это очень существенный груз. Значение имеет не масса, а подвижность. Уже через час ходу паруса убрали и запустили, наконец, двигатель. Это галдящее и шныряющее повсюду воинство необходимо в кратчайший срок доставить на берег, а то все с ума сойдут от бесконечных вопросов, воплей и беготни.
Вышли затемно, ещё при лунном свете, скорость очень приличная. Сева полагает, что вечером добегут до Маяковки. Славка задумчив.
Вот ведь как выходит, как только начали проводить разведку на большие расстояния, стали встречать людей. Едва оборудовали медпункт в «княжестве» — надо хлопотать о таком же в Синоповке. Здесь, конечно, всё намного проще. Народ, хоть и расселился на десятки километров, но не разбрёлся. Действуют сообща. К покинутому сисадминовым семейством дому прилаживают загончик для гуанако. Ждут медика. Рипа обязательно наведается, всех осмотрит, оставит фельдшера. Семьи со старшими детьми будут переезжать на север, чтобы не росли чада неучами. А сюда придётся подвозить зерно и медикаменты. И тушоночку, ням-ням. И окорока копчёные да капустку морскую.
Конечно, с точки зрения стратегии, в первую бы очередь забрать народ постарше, помастеровитей. Но кораблик тесноват. Опять же, как-то еще воспримут бывшие пассажиры и члены команды своеобразие обычаев, что сложились в Приднепровских землях? Есть у них, конечно, посёлок «островитян», куда уходят недовольные, но возить людей через море, чтобы пополнять ряды неконструктивной оппозиции, удовольствие сомнительное.
Так он всё-таки и не понял — продолжать поиски других групп, или погодить? Наверное — погодить. Проверить сначала, выдержит ли их своеобразная культура столкновение с массой новых людей. Доброжелательных, намеренных дать детям образование, но всё ещё живущих в представлениях той старой жизни.
С капитаном — Игнатом Петровичем, потолковали откровенно. С тем, что основную массу людей из Синоповки нужно вывозить, он согласен. И список «личного состава» предоставил полный. Так что Тинка быстренько разработает график, и заснуёт шхунка через море. Вспомнилась младшая жена. Вот почему так, второй раз он двоежёнец, а этот вариант его не напрягает, так как первый? Привык? Нет, пожалуй. Скорее, дело в том, что его женщины — подруги. Помогают друг другу во всём. Затейницы. Так его измотали, когда провожали!
Виктория занимается перемешиванием навоза. После победы её воспитанников над леопардом она приняла решение — до наступления зимы выполнять самую грязную работу до тех пор, пока… короче, безалаберность должна быть наказана, а действия, связанные с получением селитры ни у кого не вызывает энтузиазма.
«Реактор» размещается в десяти километрах к западу от ранчо и из удобств оборудован только навесом. Воду подвозят. Последние дни устойчивый восточный ветер отгоняет благоухание перерабатываемого материала на запад.