Странный мир
Шрифт:
Робин снова поворачивается к микрофону.
— Шестнадцатый — всем. Нас пытаются уничтожить. Детям, кормящим и беременным женщинам прятаться. Остальным действовать по обстановке. Желательно обойтись без жертв.
Вот и настал момент открытого противостояния. Генри Ричардсон, кажется, почуял угрозу устоям здешнего общества и сумел организовать массированную войсковую операцию, дабы прочесать леса, наполненные заразой инакомыслия. Умный человек разобрался во всём за три месяца, как только оказался среди агров. Почуял чуждую идеологию и не пожалел сил на то, чтобы поднять на уши всех: политиков, бизнесменов, духовенство
Семейство уже влезло в камуфляжки, подгоняет амуницию. Восьмилетняя Бетти умчалась первой. Её место среди воспитанников детского садика. Малыши, конечно, ловки, как обезьянки, но в присмотре нуждаются, а одной воспитательнице за шестерыми разом уследить непросто. Так что младшие школьники разбирают шантрапу по одному на брата, или сестру. Средний, Колька, тоже помчался. Ему к мамкам с самой мелюзгой, тоже задача не из простых. Груднички вообще могут заголосить в любой момент. Старший сын, Морис, вместе с матерью приводят радиоаппаратуру в нужное состояние. Кое-что необходимо отключить и спрятать, кое-что — слегка замаскировать, так чтобы неприятелю было легко это найти.
А вот и сообщение о том, что егеря миновали каштанник. Пора! Перестроил частоты, перевёл связь по общей волне на компактную рацию, притороченную за спиной. Подключил несколько дополнительных громкоговорителей и микрофонов, проверил. И в кусты.
Егеря — бойцы обученные. В лесу не новички. Окружили флигель так, что ни одна травинка не шелохнулась. Трое метнулись к входу, двое заскочили внутрь… и вышли. Наверное, там никого не оказалось. Поданы условные сигналы. Из-за деревьев, окружающих постройку выходят командир группы и Генри Ричардсон собственной персоной. Пребывание в детском садике агров явно пошло ему на пользу. Походка стала легче, кожа выглядит посвежевшей. Активный режим и здоровое питание сделали своё дело.
— Итак, майор, несколько остывших кострищ, это всё, что мы здесь разыскали, — слова бизнесмена отлично доносятся до ушей Робина, воспринятые микрофонами и переданные по радиоканалу. — Остаётся полакомится яблоками, полюбоваться миганием огоньков рации, выставленной словно на экспозиции, и вернуться восвояси. Я ведь предупреждал генерала, что войсковая операция ничего не даст. Эти люди, несомненно, дикари…
— …хищные звери, — встревают в монолог динамики голосом Робина.
— Билли, Конрад! Выяснить, откуда доносится голос! — командует офицер, вскидывая ружье на звук.
— Дайте ребятам передохнуть, прогулка по свежему воздуху была утомительна, — не унимаются динамики. А солдаты, вышедшие на открытое пространство уже спят. — Майор, Паркер! Экс-летенант Моун приветствует Вас. Присаживайтесь за стол, угощайтесь. Яблоки Вас не разочаруют.
Сэр Генри, вместо того, чтобы через несколько дней занять своё место за партой, Вы решили разгромить школу? Боюсь, Ваше отношение к учёбе не найдёт понимания у остальных учеников.
— Робин, перестаньте играть в прятки! И вообще, что происходит?
— Войсковая операция, насколько я понял. И, поймите меня правильно, если Вы чего-то хотите, делайте. Но не вынуждайте к этому других, —
— Вы, грязный дикарь, боитесь показаться и вступить со мной в честное единоборство… — рычит майор.
— …по своим правилам играйте сами. Еще бы на дуэль вызвали, — это уже Натин. — Сорвали занятия в детских садах, нарушили режим кормления младенцев, Ваши солдаты истоптали питомники, переломали ветви деревьев. Вы, хоть представляете себе, что бы они натворили, встреть по пути кого-нибудь.
Майор словно приходит в себя. Противник будто растворился в небытии, солдаты спят.
— Простите, а что будет с моими егерями?
— Проснутся и уйдут. Без оружия, конечно. А вот другим может повезти меньше. Среди нас встречаются и не очень добрые люди. Могут воспользоваться их беспомощностью. Пальцы склеить смолой, или фуражки к волосам прилепить. Детишки бывают демонически изобретательны с теми, кто разрушает предметы их забот. Да и взрослые могут осерчать. Если хоть кто-то дошел до школьного здания и выбил хоть одно стекло, уйдёт отсюда приклеенным к камню. Пока кожа на ладонях не сменится — от ноши не избавиться.
Генри Ричардсон кивает.
— Паркер, дикарь говорит с тобой по радио, которого у нас ещё не делают. Мы пользуемся приёмниками, изготовленными этим аграми. И слушаем новости нашей страны, которые они для нас приготовили.
Прогноз погоды. Рекомендации о сроках оптимального проведения сельхоз работ в этом году, каким культурам стоит уделить больше или меньше внимания. «Штормовые предупреждения» и тому подобное. Где сейчас зона устойчивых ветров, и каких и где зона штилей.
Но про новые сорта, в комплекте с указаниями, где и как добыть семена или рассаду этих растений. Есть и информация интересная широким кругам. Гигиена и санитария, новые медицинские препараты, сообщения о новых строительствах или стихийных бедствиях, о возникновении рабочих мест или закрытии разорившихся предприятий. Мы уже давно и довольно плотно срослись с нашими врагами.
И живут они чуть не вдвое дольше нас.
Тем не менее, Робин, я не желаю довольствоваться на обед печёной на огне дикой свёколкой, ходить босиком и разбираться в травках. Мне нужен полноценный обед с приправами и десертом, я желаю разъезжать в собственном экипаже с собственным кучером, и разбираться в причинах своих доходов, или с теми, по чьей вине я их недополучил.
— Можно подумать, Вас кто-то от этого удерживает.
— Напрямую нет, но в городах нанимать работников становится всё труднее. Они требуют высокой платы, и заменить их некем, потому что люди перетекают в этот лес. А те, кто возвращается отсюда, довольствуются столь малым, что развивать производство просто не имеет смысла. Падает спрос на всё. И люди перестают интересоваться деньгами.
— Спасибо за добрые вести, Генри. Может, действительно, ну его, это богатство. Травинки с былинками Вам неинтересны, но сейчас в Гималаях ведутся изыскания трассы для эстакады, с которой планируется запускать спутники в ближний космос.
— А какая планируется прибыль?
— Представьте себе, в любой точке земного шара Вы знаете свои координаты и можете связаться с домом. Это, правда, будет доступно только нашим правнукам, но вдруг и мы доживём?
— Вы, возможно. Но меня интересует только то, чем я сам смогу воспользоваться, — к Ричардсону вернулось самообладание.