Странный брак
Шрифт:
ГЛАВА СЕДЬМАЯ
Пирошка была охвачена смятением. Большая радость неожиданно омрачилась глубокой тревогой: "Боже мой! Бедного Бутлера могут схватить, а то, не дай бог, еще и застрелит его этот ужасный человек со страшными усами, этот Ишток. Дева Мария, пресвятая богородица, помоги ты мне, придумай за меня что-нибудь!" Пирошка чувствовала, что должна спасти Бутлера. Но как? Кому она может довериться? Она лучше умрет, чем откроет кому бы то ни было свою тайну. Может быть, написать ему?
Пирошка еле дождалась возвращения домой и тотчас же помчалась в сад посоветоваться со своими цветами, что росли повсюду вдоль дорожек, а главное, с тем, который был спрятан у нее на груди. Она достала цветок и долго любовалась им, потом перевела взгляд на ручей: вот кого нужно благодарить, это он принес на своих волнах белый кораблик с искоркой.
Ах, если б кораблик мог поплыть обратно!.. Что скажешь ты на это серебристый ручеек?
Ручей журчал и отвечал что-то, но разве поймешь — что? А ведь он, наверное, давал хороший совет! Пирошка сорвала гвоздику и бросила в воду. Маленькие бурунчики кругами заходили вокруг цветка, потом подняли его и — что тут будешь делать! — понесли старым путем, вниз, прочь от сада, на простор полей.
Вскоре пришел садовник с граблями и большими ножницами. Это был честный немец из Кашши, которого, как рассказывают, абауйский губернатор прогнал за то, что он посадил рассаду каких-то южных растений на крыше погреба. Сам же губернатор уверял, что садовник будто бы посылал своим возлюбленным букеты из самых редкостных хозяйских цветов. Впрочем, это уж не такая большая провинность, и Хорват взял его к себе, считая, что с годами этот человек излечится от своего единственного порока.
Пирошка окликнула садовника:
— Дядя Мюллер, вы ведь очень умный, не правда ли? (Тот кивком головы подтвердил, что она не ошибается.) Могли бы вы сделать так, чтоб этот ручеек потек в обратном направлении?
Садовник подумал немного.
— Конечно, могу. Если пересечь поток запрудой, то вода потечет вспять.
— Ну так сделайте это!
— Зачем?
— Чтоб я видела.
— Мне некогда сейчас заниматься подобными играми, барин увидит — осерчает.
— А если я вас очень, очень попрошу. — Она умоляюще сложила ручки.
— Сейчас я этого не могу сделать, разве что в воскресенье.
— А я хочу сейчас! (Пирошка топнула ногой, нахмурилась и воинственно подбоченилась.) Я приказываю, черт побери! (Этому девочка научилась от поварихи.)
Садовник от души расхохотался и восхищенно посмотрел на барышню, думая про себя: "Как она сейчас хороша!"
— А, так вы не боитесь меня? Знаете что, дядя Мюллер, я принесу вам мешочек отцовского табаку.
Этого было достаточно, перед таким аргументом душа садовника не могла устоять. Если бы Мюллеру посулили алмаз величиною с гусиное яйцо, его все равно не удалось бы подкупить: алмаз в конце концов только камень. А вот табак… табак другое дело! Табак — растение, а все растения близки душе садовника.
— Ну что ж, ладно, барышня!
Он притащил доску, несколько камней и ловко соорудил запруду.
— Спасибо, дядя Мюллер, теперь вы можете идти!
У запруды вода стала быстро прибывать. Заметив, однако, что путь ей прегражден,
Пирошка нацарапала карандашом короткую записку: "Берегитесь, не ходите больше в лес рубить вместо меня деревья, потому что вас там схватят".
Потом она достала кораблик, спрятанный в осоке, вложила в него записку, а сверху прикрепила белоснежную гвоздику.
— Ну, а теперь отправляйся в путь, кораблик! Пресвятая богородица, помоги ему!
Пирошка спустила его на воду, и поток, торопясь и журча, понес его к саду Берната. Девушка же, словно совершила преступление, со всех ног бросилась к дому.
Ей и в голову не могло прийти, что отец ее, прогуливаясь в это время вдоль зеленой стены боярышника, мог спросить у садовника, подстригавшего кусты, видал ли он Пирошку.
— Она играет внизу у ручья. Я только что сделал по ее просьбе запруду.
— Запруду? Какую запруду?
— Ей очень захотелось, чтобы вода в ручье потекла в обратном направлении.
— Гм! — промычал старый барин и, оставив садовника, отправился к ручью: "Ага, вода действительно течет вверх, и по ней плывет белый бумажный кораблик. Черт возьми, что еще выдумала маленькая плутовка? Где же она?"
— Пирошка! Пирошка! — позвал старик и быстрыми шагами поспешил к кораблику.
Тем временем граф Янош чувствовал себя как на иголках. Сердце нашептывало ему, что что-то должно произойти: то ли письмецо перебросят через стену, то ли цветок (это будет означать "да"); если ничего такого не случится — значит, "нет" Если же к вечеру у стены появится Мартон Апро, кузнец, чтобы заделать отверстие в стене более частой решеткой, сквозь которую не мог бы проскользнуть бумажный кораблик, ясно станет, что послание попало в руки отца. Весь день граф Янош провел у ручья, возле решетчатого отверстия, ожидая какого-либо знака. И вдруг — что же он увидел? Нечто такое, чего и представить себе не мог: сердито ворча и обдавая берега брызгами белоснежной пены, вода в ручье потекла вспять. А вот показался и белый кораблик. Янош заметил его, сердце молодого человека разрывалось от счастья. На кораблике лежала белая гвоздика, на которую успела усесться маленькая глупая пчелка.
Бутлер прочел записку и всунул цветок в петлицу своего сюртука. А на другой день, когда вода опять потекла в своем обычном направлении, юноша послал новый кораблик с новой запиской. Он благодарил Пирошку за предупреждение и обещал, что больше не будет рубить березок в Бернеше, но все же пойдет туда, чтобы иметь возможность хоть издали видеть ее.
На третий день из сада Хорвата прибыл кораблик с ответной запиской, в которой объяснялось, что врач прописал Пирошке для укрепления ее здоровья срубить сто березок, а если она при помощи какой-либо уловки станет уклоняться от этого, то нанесет ущерб лишь самой себе..