Странные игры
Шрифт:
Выстрел. Тихий плевок. Плюх, бах, шлёп, и шипение. Успешно: лишившись сенсоров, противник должен был ослепнуть. Удар робота прошел мимо: не надеясь, что тот, ослепнув, тут же остановится, шпион одним движением обошел его справа... И именно поэтому увидел, как лазерный луч второго Джокера пробивает грудь Марии.
И как она падает замертво.
Как? Почему? Она ведь практически бессмертна. Сигма-зомби способны выдержать и не такое: тот же Робин сохранял функциональность даже в виде ползающей руки. И тем не менее, под лучом лазера
Где-то на задворках сознания мелькнула мысль об обмане, но всякие мысли убил сильнейший яд, имя которому эмоции. Чезаре уже не думал, что нужно сперва добить раненного противника. Вместо этого он бросился на того, кто стрелял в Марию, открывая беглый огонь из больверка и надеясь, сократив дистанцию, зарубить его калибуром.
Вот только раненый о нем не забыл. Луч лазера резанул по запястью, и правой руки с больверком кардинал лишился. Форсаж заглушил боль, и он даже не остановился, но без необходимости уворачиваться от выстрелов Джокер легко блокировал удар короткого клинка. Чезаре проскочил у него между ног с намерением ударить в спину, но робот попросту развернулся в поясе на сто восемьдесят градусов. И тут...
Ба-бах!
Мощный разряд молнии попросту снес голову Жестяного Джокера. Чезаре знал это оружие: именно так работал Громовержец, больверк Марии. Громкий и агрессивный, но вместе с тем изящный - как сама Мария.
Не вставая, девушка перевела ствол на второго робота. Попасть было несложно: когда оба лишились сенсоров, они больше даже не пытались уворачиваться. Как будто не знали, что делать в таком случае.
Парой ударов добив своего противника, Чезаре подбежал к девушке.
– Ты напугала меня, - укоризненно сказал он, уцелевшей рукой обнимая ее за плечи.
– Ну, ты же знаешь, что я не могу умереть от такой мелочи, - свистящим шепотом ответила Мария, но все же обняла его в ответ.
– Не знаю, - возразил мужчина, - Мало ли, какой фактор мы могли не учесть... Вон, вспомни, что было после убийства Рейлиса. Да и ЭМИ - хорошо, обнаружили на примере Робина, а не твоем...
Мария подалась вперёд и коснулась губами его щеки. Шпион заметил, что губы девушки несколько похолодели. Сказывались кровопотеря и остановка сердца.
– Не надо так сильно за меня волноваться, - прошептала она, прижимаясь головой к его груди, - Я не хочу... Не хочу превращаться в жертву гиперопеки...
– Я постараюсь, - серьезно ответил Чезаре.
Он подумал о том, чтобы поцеловать ее в ответ, но припомнил, что при отсутствии кровообращения у сигма-зомби нарушается передача ощущений. Поцеловать девушку так, что ей не понравится? Нет уж. Вместо этого он взялся за осмотр раны.
– У тебя прострелено легкое, - сообщил шпион, - Сейчас я принесу регенерин.
– А твоя рука?
– спохватилась девушка, видимо, вспомнив, что этого универсального лекарства у них было всего две порции.
– Вколю
Паладинке его спокойствие явно не понравилось, но она промолчала. Тем более что хоть боли она при остановленном сердце и практически не чувствовала, разговаривать с пробитым легким ей явно было очень тяжело. Под действием регенерина легкое начало стремительно зарастать, но сердце само собой не запустилось.
– Сделать тебе искусственное дыхание?
– улыбнулся Чезаре, вводя себе наноботов.
– Давай сначала разберемся, как мы будем выбираться отсюда, - покачала головой она.
Шпион оглянулся на свой мотолет, с которого только что взял аптечку, после чего присмотрелся к мотолету Марии.
– У моего сломана рама. А у твоего прострелен двигатель. Но у твоего рама более-менее цела, а у моего цел двигатель.
– То есть...
– То есть, мы можем собрать из двух сломанных мотолетов один целый, - кивнул мужчина.
Он мысленно порадовался, что мотолеты не влезали в проектор целиком. Не имея опыта по их сборке из запчастей, он вряд ли рискнул бы разбирать их, чтобы собрать заново. А так - он понял, что это хоть и не сказать чтобы просто, но вполне реально.
– И как мы это сделаем?
– спросила Мария, взглянув на него чистыми глазами человека, не испорченного техническим образованием.
Чезаре вздохнул и начал разбираться, с чего следует начать.
– Тебе придется подержать вот здесь, - указал он, - Чтобы я мог открутить болты. А то сама понимаешь...
Он помахал обрубком. Хотя Чезаре никогда не был амбидекстром, за этот год он терял правую руку так часто, что привык работать левой. Но в данном случае одной руки будет недостаточно.
Эльвира Мендоза склонилась над картой и напряженно хмурилась. Все навалилось одновременно. Нашествие местных тварей, активизировавшиеся повстанцы, вмешательство сразу нескольких внешних сил. У нее просто не хватало козырей: лучшие силы - Джокеров и Миру - она отправила решать вопросы, связанные со Спящими и прочими дагонитами. Киборга-убийцу, Кокушибио и ее протеже-магичку держала в резерве для борьбы с внешними силами. И в результате ей не хватало войск, чтобы выставить против Картокана.
– Эль президенте! Эль президенте!
– размахивая рукой, подбежал к ней молодой офицер, - Эль президенте... Джокеры уничтожены.
Эльвира резко обернулась.
– Как уничтожены?
– удивилась она.
Идеальные машины убийства, за которые она отдала японцам половину годового бюджета Панау... уничтожены какими-то щупальцемордыми зомби?
– Физически, эль президенте!
– поклонился офицер.
– Хм...
– потёрла женщина подбородок, - А остались сведения о том, кто их уничтожил?