Странные игры
Шрифт:
– Рад слышать вас в добром здравии, синьора президент, - заметил кардинал, после чего обратился к Еве, - К сожалению, проекторы на Панау уничтожены. Однако я уже запросил планер с проекторами из альма-матер. Насколько стабильно состояние раненых?..
– Они достаточно стабильны, - ответила девушка, - Но ходить не может никто из них.
– Тащить их сможем, - ответил Чезаре, - Вопрос, пережил ли транспорт этот взрыв...
Он выглянул наружу и увидел, что очень даже пережил. Блекджек даже
– Старая добрая модель, - сообщила она, - Минимум электроники, максимум механики.
– Удобно, - усмехнулся профессор, - Но тем не менее, нам стоит поторопиться, пока студенты не решили, что атомный взрыв - это слишком тихо и мирно для них.
С этими словами он направился туда, откуда слышался голос Евы.
– Мария, неси Софью. Я понесу Адама, - распорядился он, после чего уже тише добавил, - А то еще начнет фантазировать на предмет "санитарки"...
Как назло, его собственное воображение в этот момент нарисовало образ Марии в коротком белом халатике, но он отогнал эти мысли. Не время сейчас. Нужно сосредоточиться на деле.
В восемь рук они быстро перетащили раненых на борт. Софья, судя по всему, получила тяжелое сотрясение мозга; однако учитывая, что она состояла в банде Хатунен, преподаватель сомневался, что это была такая уж страшная травма для нее. А вот Адам был плох. Несколько проникающих ранений в корпус. Судя по характерным хрипам, задето легкое. Бывший тентаклевый монстр бормотал бессвязный бред и в целом, смотрелся страшно... Но время у него еще было. Если следить за его состоянием и при этом поменьше трясти, дотянет до прибытия проекторов. Иначе труп.
А Мендоза благодаря регенерину смотрелась гораздо лучше. С первого взгляда можно было даже решить, что белая рубашка с открытым животом и стягивающая живот алая повязка - это всего лишь такое оригинальное стилистическое решение. При втором взгляде, однако, становилось ясно, что первоначально рубашка была длинной, а повязка белой.
Только регенерин спас президента Панау от мучительной смерти.
– Каково расстояние отсюда до вашего бункера в сравнении с храмом?
– осведомился Чезаре.
– Он намно-о-ого дальше, - ответила Блекджек.
– В таком случае, нет смысла тащить Адама с Софьей туда. Я установил точку сбора на месте храма; под присмотром жриц они продержаться до прибытия планеров и первыми получат медицинскую помощь.
Ева благодарно кивнула. Все же, хотя "демонов Максвелл" именовали братом и сестрой скорее условно, они были очень привязаны друг к другу.
– Вы двое, останьтесь с ними. Я хочу, чтобы там были не только новички и местные, но и более-менее проверенные люди.
– Пусть Балу остается, - неожиданно возразила Ева, - А я могла бы собрать всех, кого разбросало здесь.
Чезаре
– Главная беда в том, что из-за взрыва мы полностью лишились связи и не сможем координировать свои действия. Я полагаю, что в такой ситуации логичнее не разделяться без необходимости. И так из-за недостатка координации мы сейчас имеем то, что имеем.
– Да, но ведь те студенты, которые тусят сейчас, как раз страдают именно из-за отсутствия координации!
– ответила девушка, - Я могу быть как раз курьером, который прояснит для них ситуацию и передаст последний приказ начальства.
– Можете, - согласился преподаватель, - Если, конечно, по пути не случится еще какая-нибудь пакость, в чем я сомневаюсь. Впрочем, если вы все равно готовы рискнуть: передайте им, что нынешняя ситуация - следствие атак на Дагона, самовольно предпринятых Тайамом Рокиа и Хесусом Эдуардесом. И четкая демонстрация того, что бывает при следовании принципу "пофиг на организацию, главное жахнуть". Пусть выжившие собираются на руинах храма Дагона. На местности сориентируетесь без электроники, или лучше набросать карту?..
– Лучше карту, - подумав, ответила она.
Достав блокнот и ручку, Чезаре быстрыми движениями стал набрасывать план местности. Его рисунки были схематичны и полностью лишены художественности, но достаточно точны: благо, он сверялся с модулем памяти. Что-то он видел сам. Что-то узнал от "соек", выпущенных последними выжившими из тех, кто пошел за ним в эту страну. В некоторых местах он ограничился планом местности до землетрясений, помеченным знаком вопроса.
– Художник из меня тот еще, - заметил он, закончив, - Но - вот.
– Спасибо, - сцапав листок, Ева перемахнула через бортик. Покачав головой ей вслед, кардинал обернулся к Мендозе:
– Готовы выслушать, о чем следует говорить... И в особенности о чем следует молчать?
Изложить план вкратце не получилось: Чезаре вообще очень плохо умел быть кратким. Да и несмотря на регенерин, рана Мендозы явно болела, что тоже не добавляла взаимопонимания. Но тем не менее, она практически не возражала против его плана. И он закончил объяснять ключевые детали как раз когда они приблизились к месту назначения.
– Возьми левей, - приказала эль президенте, после чего указала в сторону двух деревьев, - Там дальше... должна быть хижина... но её что-то нет...
– Там каменные здания рушились, чего говорить о хижинах?
– хмыкнула Мария.
Хижина при ближайшем рассмотрении нашлась. Точнее, куча мусора, когда-то бывшая хижиной, а ныне укрывавшая собой металлический люк. Пока Чезаре искал кнопку для связи с теми, кто оставался в бункере (должна же тут быть предусмотрена связь?), паладинка потянула на себя люк.