Странное предложение

Бонд Тиффани

Алексис рассмеялся.

– Хочешь бокал вина? Керри покачала головой:

– Нет, но я хочу знать, почему ты согласился на план Петроса. Мне нужно это знать, Алексис.

Алексис положил в рот кусочек хлеба.

– Прежде всего, мне было его жаль. – Он видел ее возмущение, но продолжал: – Честно говоря, я не думал, что ты на это согласишься. Насколько я понял, я должен был сделать тебе это дурацкое предложение, вот и все. Петрос хотел внука. – Он бросил салфетку на стол. – Скажу честно: я хотел тебя, любой ценой.

Керри

проглотила креветку, глядя на него. Она говорил о ней как о дорогом украшении, как о вещи, которой можно владеть.

– Понятно.

Ее голос был сдавленным, лицо – раздраженным.

– Я говорю правду. Я не думал, что ты согласишься на это. Та Керри, которую я знал, не должна была согласиться. Я надеялся, что ты не согласишься, и поэтому вел себя так отвратительно. – Он сделал глоток вина. – Когда ты согласилась и примчалась ко мне сломя голову, я окончательно убедился, что должен обладать тобой, но я уже так долго хотел тебя, что решил не торопиться. – Алексис улыбнулся. – И только тогда Петрос стал угрожать браком с Тео. Он знал, что я ненавижу его. И знал, что я не причиню тебе вреда. Я сказал, что женюсь на тебе ради твоего же блага. Если бы я хотел тебя обидеть, ты бы…

– Не отвлекай меня от еды. Дело сделано. Я ношу твоего ребенка, и, хочешь ты или нет, парень, но ты ответствен за него.

Алексис взял ее за руку.

– Давай не будем ссориться. Сегодня мы должны быть романтичными. – Он отпустил ее руку. – Кстати, о романтике. Что ты думаешь по поводу Марии и Гарри?

Керри пожала плечами, пожалев, что он отвлекся от темы.

– Я всего неделю назад видела, как они гуляли, взявшись за руки. У них, наверное, роман, ведь она уже взрослая, Алексис.

Почесав гладко выбритый подбородок, он спросил:

– Ты ведь знала, да?

– Что у них роман? – Керри кивнула. – Да, и я думаю, что она в него влюблена. Я никогда не видела ее такой.

Алексис хмыкнул и скорчил рожу.

– Это дорога в никуда, Керри. Он из Штатов. Как ты знаешь, это слишком далеко, чтобы поддерживать связь, а кроме того, они же совершенно разные. Он не может быть ей всегда интересен.

– Может, Алексис, ты больше других должен знать, что противоположное притягивает.

Когда пустые тарелки унесли и перед ними поставили очередное блюдо, он ответил:

– Чушь!

– Но мы такие разные.

– Разве? Я не уверен. Но мы нашли общий язык в постели. А когда мы вернемся в Грецию, я покажу тебе кое-что, и ты убедишься, что у нас много общего. А теперь ешь свой ужин, женщина. Я хочу потанцевать с тобой.

Алексис взял нож и вилку. Керри посмотрела на него и неуверенно сказала:

– Ты очень удачливый бизнесмен. А я? Единственный проект, над которым я работала, с треском провалился.

– Это не так, и ты это прекрасно знаешь. – Его глаза прищурились. – Твой самый большой недостаток в том, что ты чересчур легковерна. Тебе нужно было держать все под контролем, когда ты вложила деньги в проект.

Ты слишком доверчива. Вот причина, по которой я… – Алексис замолчал. Было бы неправильным сказать ей, что он ее любит: он пока не мог этого сделать, потому что не верил в любовь. Он не хотел говорить Керри неправду, только чтобы порадовать ее. – Вот почему я так к тебе привязан, – закончил он.

Керри внимательно смотрела на него.

– Думаю, мне не надо было заниматься танцами. Я всегда была слишком большой, чтобы стать балериной, а что касается хореографии, я была безнадежна. Провал.

– Ты не провалилась! Как ты сама сказала, время было выбрано неудачно. Это было чертовски хорошее ревю с паршивой музыкой. Я был там, видел его, и хореография была хорошая. Чертовски хорошая! А теперь, если ты не против, не надо больше самокритики. Будешь ты заниматься танцами или нет, это не важно – ты творческая натура. Не надо оглядываться назад. Будущее принадлежит нам, Керри. А теперь выпей немного вина, а после танца мы позвоним в больницу.

Музыка была медленной, но Алексис был в другом настроении. Во время танца он спорил с Керри, дразнил ее, смешил, шептал неприличные вещи ей на ухо, пытался ущипнуть за талию, а когда это не получалось, целовал в подбородок.

Когда зазвучала быстрая музыка, Керри умоляла отпустить ее, но он оставался глух к ее просьбам и кружил под мелодии шестидесятых годов.

Лишь позже, смеясь и задыхаясь, она убежала с площадки и рухнула на стул.

– Господи! Откуда у тебя столько энергии? – Она выпила полбокала вина. – Пойдем позвоним в больницу.

Керри протянула Алексису руку, и ее минутная озабоченность рассеялась, когда он ей подмигнул.

– С ним все будет о'кей, он боец, – успокоил ее Алексис. – Кроме того, я обещал ему дать постоять за штурвалом «Челленджера» в капитанской фуражке.

Керри улыбнулась:

– Правда?

– И многое, многое другое. Пошли, я расскажу тебе обо всем в нашем номере.

Глава 16

– Я не могу понять, почему Петрос не хочет поговорить со мной об этом. Он знает, что я в курсе, но не хочет даже признавать самого этого факта, – вздохнула Керри, когда они с Алексисом завтракали на террасе.

Керри осторожно посмотрела на Алексиса. За последние два с половиной месяца они почти не говорили о том, что узнали в Лондоне. Ребенок рос в животе у Керри, их взаимоотношения улучшались. Но она все время боялась, как бы их счастье не рухнуло.

– Может быть, он ждет операции. Мы же знаем, что он лгал насчет нее. Он ждет донорского сердца, а не шунтирования, – ответил Алексис, взял кофейник, налил две чашки и спросил: – А что ты собираешься делать сегодня?

– Джонатан попросил меня помочь ему с новым осликом, которому надо поплавать в море для укрепления мускулов. Мы с Джонатаном и Андреасом посадим его в лодку, а он поплывет назад.