Странное предложение

Бонд Тиффани

В больших комнатах были мраморные камины и самая изысканная мебель итальянских и французских мастеров. Оригинальные скульптурные карнизы и расписанные потолки заставили Керри раскрыть рот от изумления. Греческие вазы, французские статуэтки, оригинальная живопись… Она не осмеливалась ни к чему прикасаться, чтобы случайно не опрокинуть.

– Зови меня Алисия, дорогая, – сказала бабушка Алексиса, прервав ее размышления. Показывая Керри интерьеры, она рассказывала: – Я мать матери Алексиса. Елена, моя дочь, была

прекрасным невинным цветком, когда встретила Спиро. Увы, боюсь, он оказал на нее плохое влияние. Она вышла за него замуж против нашей воли, и единственное, что было хорошего в ее замужестве, – это мои внуки.

Керри смотрела в пространство, спрашивая себя, не повторяется ли история заново. Не станут ли дети единственным положительным итогом ее замужества?

Алисия шла вперед, не обращая внимания на Керри.

– Спиро трагически погиб вскоре после рождения Марии в ситуации, которую можно было бы предотвратить, если бы не его собственная глупость. Детям нужны родители. Оба родителя!

Керри взяла старушку за руки и пожала их.

– Мне очень жаль! Вы, наверное, очень любите своих внуков, вы должны чувствовать их боль.

Алисия улыбнулась. Годы научили ее скрывать слезы. Внук был для нее спасением, ее надеждой на будущее.

– Спиро упал за борт своей яхты. Он и так был безрассуден, а в тот момент еще и пьян.

– Это очень печально.

– Меня больше всего волнует, как это подействовало на Алексиса. Детям нужны их отцы точно так же, как и их матери.

Керри чувствовала себя неуютно, глядя вниз с балкона. Вдали была видна подходящая к причалу «ракета».

– Алексис никогда не говорил о своем отце.

– Я знаю. – Алисия улыбнулась и продолжала: – Твой отец был не таким. Он был прекрасным человеком, я его хорошо знала, но боюсь, что Петрос его совсем запугал.

Керри улыбнулась.

– Могу вас успокоить: я знаю, что для Петроса самое главное работа. И хотя я не согласна со многими из его принципов, все равно очень его люблю.

Алисия похлопала Керри по руке.

– Конечно. Ты будешь моему Алексису прекрасной женой, и я уверена, что подаришь ему кучу здоровых детей, и надеюсь, что скоро. Я старею и хочу увидеть правнуков прежде, чем покину этот мир.

Она взглянула на Керри, приподняв бровь, и улыбнулась.

Керри едва дышала.

После короткой экскурсии Алисия заявила, что пора возвращаться к гостям.

– В конце концов, это твоя помолвка, моя дорогая. Нельзя лишать гостей возможности увидеть пару года, и к тому же вы должны объявить дату вашей свадьбы. Я слышала, что это будет скоро…

Керри чуть не задохнулась от возмущения. Алексис должен будет объясниться! Это было абсолютно нелепо, ведь он даже не спросил ее об этом. Скоро? Уф!

Спускаясь за Алисией по мраморной лестнице, Керри увидела, что Алексис разговаривает с невысокой

гречанкой. Она была одета в длинное красное платье со свободными складками и стояла у белой колонны в вызывающей позе, совсем близко от Алексиса. Гречанка откровенно с ним флиртовала. Пара смеялась и выглядела очень счастливо. Волна какого-то сильного и незнакомого чувства нахлынула на Керри. Как смеет эта стерва прижиматься к ее жениху таким непристойным образом? Как она смеет смеяться с ним?

– Не волнуйся так, Керри. Это Марианна Стетандрос, и, как бы она ни хотела вернуть моего внука, в его жизни нет места для нее. Ты единственная, кого Алексис когда-либо любил, – сказала Алисия, улыбнувшись при виде такой ревности.

Керри покачала головой, не доверяя словам старой женщины.

– Не могу в это поверить. Когда я была девочкой, ваш внук ненавидел меня. Он считал меня испорченным ребенком, – горько усмехнулась Керри.

– Наверное, ты была очень испорченной. Он редко ошибается в юных проказниках.

Керри, покраснев, согласилась:

– Думаю, что да.

– Я, конечно, старая женщина, и он не всегда говорил мне о своих чувствах, но я знаю, что мой внук любит тебя и любил всегда. Он даже сам этого не знает, вот и все. Он не распознал это чувство, а кроме того, ненависть сродни любви. Вспоминай об этом, когда вы ссоритесь. – Алисия покачала головой, видя недоверие в глазах Керри. – Иди к нему. Иди и спроси, любит ли он. Может быть, тогда он спросит об этом себя. Чего ты боишься? Ты же выходишь замуж, разве не так? Я знаю, что ты его нежно любишь, – это написано у тебя на лице.

Керри казалось, что Алисия не права, говоря о чувствах Алексиса. Но что бы он ни наговорил ей, он сделал это очень убедительно. Вот и все.

Улыбнувшись, она сказала:

– Конечно, Алисия. Я только припудрю нос. Это не заняло много времени, и, глядя на свое отражение в зеркале, Керри вдруг увидела, как в комнату, сверкая глазами, вошла Марша. «Она же не приглашена!» – удивилась Керри.

– Думаешь, тебе удастся увести у меня Алексиса, мерзкая ирландская девчонка?! – низким угрожающим голосом проговорила Марша. – Подумай хорошенько! Алексис будет всегда любить меня, и я не остановлюсь ни перед чем, чтобы он на мне женился. Я тебя предупредила!

Керри улыбнулась, хоть и была удивлена таким открытым нападением.

– Знаешь, я всегда считала, что Алексис все решает сам. Он не позволит женщине манипулировать собой – ни тебе, ни мне. Ты можешь считать, что знаешь его очень хорошо, но если это так, объясни мне, пожалуйста: почему обручальное кольцо ношу я, а не ты?

Марша фыркнула и подошла ближе:

– Он просто использует тебя, идиотка! Ему от тебя не нужно ничего, кроме секса. В твоих интересах покинуть остров, пока с тобой ничего не случилось!