Странник
Шрифт:
Водитель свернул налево, как только они переехали мост, миновав наиболее опасную пробку, и стал рулить в лабиринте улочек: по сторонам тянулись строения, по виду напоминающие гротескно большие гаражи. Большинство их было заперто, а сквозь ручки протянуты цепи, на которых висели замки. Людей не было видно, и даже тротуаров для пешеходов здесь не предусмотрели. Однако, когда они свернули за очередной угол, машина вынуждена была притормозить, так как улицу неспешно пересекала грязная собака, глядевшая на них как на
— Еще раз налево или проедем под мостом? — спросил сержант.
Брайони наклонилась вперед, к ветровому стеклу, и присмотрелась к тяжелой кирпичной арке, маячившей впереди.
— Еще раз налево. Тщательно проверим этот квартал, прежде чем пересекать линию железной дороги. Не многие из этих домов заслуживают того, чтобы стучаться в дверь, но мы должны проверить все. Остановитесь вон там, на следующем углу, у зеленого забора.
Забор оказался щербатым и прогнившим, между планками у основания скопились груды мусора.
— Я выйду, если хотите, — предложил констебль. — Обойду кругом.
— Я тоже, — ответила Брайони. — Вы с этой стороны, я с той.
Капли неослабевающего дождя мгновенно просочились сквозь плащ, ей стало холодно, руки отяжелели. За забором был лишь пустырь, никаких строений. Брайони пошла назад, в надежде услышать какой-нибудь звук или заметить признак человеческой деятельности. Если здесь кто-то был, хоть кто-нибудь, оставался шанс, что люди видели почтовый фургон, проезжавший мимо. Поскольку здесь в принципе редко ездили, такая машина должна была бросаться в глаза.
Ничего. Она вернулась к машине и позвала констебля, но он ответил:
— Все в порядке. Я побуду здесь. У меня более надежная экипировка, инспектор.
Он, конечно, был прав. Плащ-накидка, непромокаемые ботинки, шлем были частью его формы. Они свернули за угол, двигаясь вперед на малой скорости, миновали кучку лавок с заколоченными окнами. Какое поразительно мрачное, отталкивающее место. Объехав два квартала, они вернулись за констеблем и увидели, что он стоит посреди дороги и смотрит на землю.
Брайони вышла из машины, и он показал ей свежие следы шин в той точке, где автомобиль наехал на поребрик и прокатился по мокрой траве, окаймлявшей улицу.
— Он очень спешил, — коротко прокомментировал полицейский.
Следы шин ненадолго появились и на следующей улице, затем свернули к гаражу с запертыми дверями. Поскольку гараж был встроен в какой-то склад, оставался шанс, что есть и другой вход в него, изнутри здания. Должно быть, оттуда легче попадать в дом, не отмыкая каждый раз тяжелый навесной замок. Но обход здания показал, что ворота гаража были, вероятно, единственным входом. С одной стороны тянулся высокий забор, отступавший от стены меньше чем на полметра.
Брайони вернулась к фасаду, внимательно осмотрела замок.
— Как думаете,
— Это займет некоторое время, если у вас нет под рукой подходящих инструментов, — ответил сержант, внимательно осмотрев замок и потратив, на взгляд Брайони, слишком много времени на то, чтобы просто покрутить его, заглянуть в отверстие для ключа и поковырять там перочинным ножиком. Она переминалась с ноги на ногу и поминутно глядела на часы.
— А ты тут откуда взялся? — бодро воскликнул констебль.
Сонного вида голубь пролез сквозь дыру в заборе, перья его был смяты и встрепаны. Но он был сухой. Совершенно сухой.
— Он сидел внутри здания, — заявила Брайони. — Там должно быть отверстие в стене или что-то подобное. Констебль Беллингем, спуститесь и проверьте.
Полицейский послушно опустился на землю и пролез под забором, с трудом протискиваясь в дыру, так что видны были только ботинки. Потом он попросил фонарь.
Когда констебль вылез назад и встал на ноги, лицо его раскраснелось от усилии, он тяжело дышал.
— Машина там внутри, инспектор, фургон. Красного цвета.
— Правильно, — кивнула Брайони. — Спасибо, констебль. Прошу вас, вернитесь к нашей машине и передайте эту информацию по радио. Оставайтесь там до приезда суперинтенданта Макриди. — Она строго посмотрела на сержанта, чтобы избежать возражений с его стороны, и продолжила: — Мы с вами должны проникнуть в помещение. Немедленно.
Сержант оказался человеком покладистым. Он вынул из бардачка машины небольшую металлическую коробку, достал оттуда долото и отвертку, а затем снял одну из асбестовых панелей с деревянной рамы.
— А не быстрее будет просто сломать это? — спросила Брайони.
— Нет, мэм. По крайней мере, не моими инструментами. Тут нужна кувалда. Вот и все. Готово.
Он забрался внутрь, и девушка последовала за ним.
Дверцы в задней части фургона не были заперты, и когда они открыли их, в нос ударил острый запах. Формальдегид. Брайони молниеносно осмотрела внутреннее пространство машины, удостоверилась, что там нет тела, и двинулась дальше, к внутренней стене гаража, фонарем освещая себе путь и пытаясь отыскать проход в основное здание.
Дверная рама оказалась крепкой и тяжелой, низко сидящей на земле, так что основание двери находилось сантиметров на десять ниже уровня бетонного пола. Эта дверь тоже не была заперта, но за ней сразу шла высокая ступенька вниз. Пол с другой стороны двери состоял из плохо подогнанных деревянных досок, некоторые вообще отсутствовали, другие требовали ремонта и выравнивания. Повсюду зияли опасные дыры, в которые легко могла провалиться нога. Это была пустая, необитаемая комната. Ни отделки стен, ни нормального потолка. Луч света тонул в темноте, уходящей вверх, под крышу.