Странник
Шрифт:
Стив Латем, которого Донна называла протеже Макриди, производил совершенно иное впечатление. Он предложил ей сигарету, и Брайони заметила, что пальцы у него слегка дрожат. Потом Латем убрал пачку в карман и откинул волосы со лба. «Нервы» — так сказала бы ее мать про такого человека, но, по крайней мере, он был намного любезнее и элегантнее Пелгрейва и Макриди. Судя по виду, костюм куплен в модном бутике, а идеально подходившая к нему рубашка выглядела бы просто великолепно, если бы Латем удосужился ее погладить. Брайони отметила также, что он не побрился. Скорее всего, утренний вызов застал Стива в постели, поэтому он и не успел в лабораторию, когда Макриди изучал сцену преступления. Ну, что же, если и он подвержен человеческим
Макриди жестом пригласил всех сесть.
— Пелгрейв, займитесь сбором показаний и координацией всех действий согласно обычной схеме, включая и изучение орудий преступления. Латем будет отвечать за работу по исключению подозреваемых и вместе со мной займется построением общей стратегии. Уильямс… Инспектор Уильямс в первый раз работает с нами. Я решил включить в команду женщину, поскольку убежден, что в некоторых областях деятельности женщины обладают гораздо большими способностями. — Он сделал паузу, словно приберегал нечто напоследок, для неотразимого удара, слегка приподняв бровь, обвел взглядом всех троих офицеров, а потом продолжил: — Короче, возьмете на себя опросы свидетелей и записи.
Брайони отреагировала слишком быстро:
— Что вы имеете в виду, когда говорите «записи», сэр?
— Исследования, архивная работа. В общем, все в этом духе.
— Я полагаю, что значительную часть такой работы могут сделать сотрудники архива. Но я рада буду побеседовать с тем, кто нашел тело. Я думаю…
Макриди оборвал ее на полуслове:
— Мы с Латемом сами проведем опросы по первому списку, а этот человек возглавляет список, но если вам интересно, можете присутствовать. Полагаю, это будет полезно, всегда неплохо поучиться. Мы подготовим список лиц второй очереди, которых нужно опросить, а пока займитесь старыми документами. Поскольку очевидно, что наш преступник убивал и раньше, необходимо проанализировать записи по нераскрытым убийствам в районе Большого Лондона в течение предыдущих восемнадцати месяцев. Не исключено, что потом придется расширить круг поисков, но благополучно сошедшие преступнику с рук убийства, осуществленные одним человеком, обычно происходят в пределах ограниченного географического ареала и в течение полутора лет. Обратите особое внимание на использование формальдегида. Сейчас он довольно редко применяется в анатомических лабораториях, зато производит сильное впечатление, не правда ли? Это даст нам начальную ниточку для выявления схожих случаев, связанных с нашим делом.
Повисла пауза. Стив Латем подался вперед, медленно выдыхая дым через ноздри:
— Возможно, убийца пользуется формальдегидом, чтобы удушить жертву. Наливает его на платок, закрывает нос и рот, это очень просто. Вряд ли возможно произвести столь тонкую работу на активной и сопротивляющейся жертве. А как еще удержать человека?
— Формальдегид? — переспросил Пелгрейв. — В химчистках и на некоторых фабриках его применяют для обработки тканей. Раствор формальдегида раздобыть не так уж трудно. Еще он входит в состав многих продуктов бытовой химии, чистящих веществ. У нас был несколько лет назад случай бытового отравления — женщина стирала простыни таким препаратом. Дрянная штука. Вызывает сыпь, астматические приступы, тошноту. Та пожилая дама семь недель мучилась, прежде чем умерла. Врачи до самого конца не могли определить симптомы.
Стив перебил его:
— Но если мы имеем дело с массовыми убийствами…
Макриди прервал его:
— Это не массовые убийства, Латем. Массовые убийства — это когда взрывается бомба. Мы же говорим о серийном убийце. Этот термин сегодня часто употребляют в Скотленд-Ярде.
— Как бы это ни называлось, сэр, — вступил Пелгрейв, — такое дело требует огромной работы всего персонала участка. Любопытствующие типы будут постоянно требовать от нас информации,
— Решение всех этих проблем я передаю в ваши опытные руки, Пелгрейв. Если вам понадобятся дополнительные силы, обращайтесь ко мне, и я затребую полицейских из других участков и отделов.
Латем сделал глубокую затяжку и прикурил новую сигарету от почти уже догоревшей.
Глава 3
Полицейский участок на Вайн-стрит вновь открыли совсем недавно, и сделано это было в спешке, чтобы срочно разгрузить центральное подразделение Вест-Энда, поскольку там не справлялись с потоком особо важных уголовных дел. Во всяком случае, такие ходили слухи. Но участок Вайн-стрит выглядел настолько непривлекательно, что лучше бы ему оставаться закрытым: спрятавшийся в узком тёмном проулке, освещенный казенными лампочками без абажуров, с грязно-желтыми стенами и коричневым линолеумом на полу. Буквально за утлом сияли электрические огни площади Пиккадилли, казавшейся совершенно иным миром — миром Лондона, за последние пять лет преобразившимся до неузнаваемости.
Когда Брайони после обеда вернулась в общий кабинет, там никого не было. Случайно подобранная, плохо сочетающаяся между собой мебель смотрелась довольно странно — словно здесь выставили на продажу собрание старьевщика. И, конечно, ей выделили самый плохой стол — привилегия новичка — массивный, с заедающими внутри ящиками и столешницей, покрытой ядовито-зеленым коленкором. Стул, громоздкая штуковина на тяжелых колесах, был для Брайони слишком низким. Она выкатила его на середину комнаты и пнула так, что стул отъехал в дальний угол, где высилась гора пустых картонных коробок и рулонов оберточной бумаги, на которой делали наброски и схемы во время совещании. Брайони взяла под мышку один из рулонов и обошла кабинет, проверяя все остальные стулья, пока не нашла самый подходящий. Его-то она и перекатила за свой стол. Немного оберточной бумаги — и зеленый коленкор исчез из вида, а у Брайони появилась удобная поверхность для записей и пометок.
Она уселась поудобнее и позвонила в архив центрального подразделения Вест-Энда.
— Итак, давайте коротко сформулируем задачу, — невозмутимо заявил голос на другом конце. — Вы хотите получить информацию по всем нераскрытым убийствам, начиная с января тысяча девятьсот шестьдесят девятого года. В каком районе?
— Я же сказала: всю информацию.
— Что? По всему Центральному Лондону? Вы шутите?
— Нет, не шучу. Я исполняю распоряжение суперинтенданта Макриди, занимающегося расследованием убийства. Он велел запросить именно те дела, которые я назвала.
— Ну и когда вы хотите их получить? Это же чертова куча папок. Некоторые дела занимают по три коробки.
— Мне не нужны все дела сразу…
— Послушайте, не могли бы вы четко сказать, что именно вам нужно? Мы, знаете ли, очень заняты. Сейчас как раз идет реструктуризация всех документов. Я целое утро таскал ящики, на которых даже не имеется этикеток. И у меня нет настроения играть в загадки-отгадки.
— Послушайте, я пытаюсь вам объяснить…
— Мне не нужны объяснения, дорогуша. Знаете, что, вы там сперва сами разберитесь, что вам нужно, а уж потом звоните нам и посылайте запросы!
В этот момент вошел Латем, и Брайони быстро завершила разговор.
— Какие-то проблемы?
— Да этот чертов архив.
— Все ясно. У них там сейчас реструктуризация, и бардак еще хуже нашего. Я зашел сказать тебе, что мы собираемся провести допрос Колина Олдройда — того парня, что нашел тело, — минут через десять, комната семь, дальше по коридору. Он только что закончил писать заявление — бедняга выглядит совершенно раздавленным. Парень довольно бестолковый, но не будем судить строго. Кстати, а как тебя зовут? Не могу же я обращаться к тебе «инспектор Уильямс».