Странник
Шрифт:
– Господа, – Андраник тоже поднялся со стула, – я вас, пожалуй, оставлю – дела, а господин подпоручик уделит вам, дорогой Лев, минут двадцать.
Козырнув, Андраник, направился к выходу.
– Гарегин Егишевич, – с трудом выговорил Лев, – вы русский офицер?
– Нет, Лев Давидович, я подпоручик болгарской армии. Окончил офицерскую школу Дмитрия Николова в Софии.
– Вы прекрасно говорите по-русски…
– Это не удивительно – я ходил в русскую школу в Нахичевани, потом – в гимназию в Тифлисе, два года учился в Петербургском университете на юриста.
– Вы не закончили курса?
– Пришлось
– Как же, как же – процесс против членов партии Дашнакцутюн. Петербургский следователь Лыжин, насколько я знаю, преуспел в подлогах и лжесвидетельствах. Почти всех оправдали.
– Оправдали… Но и курса закончить не дали.
– Гарегин Еги… Егишевич, скажите…
Военный улыбнулся.
– Зовите меня Нжде.
– Нжде? – Лев сделал пометку в блокноте. – Это ваше болгарское имя?
– «Нжде» по-армянски – «странник»…
* * *
«Зеленую милю» достроили в октябре. Можно было приезжать на оформление собственности и начинать обживать «дальнюю дачу». Но Андрей не торопился – хотелось все-таки снова попасть в зимнюю сказку, а не портить себе впечатление осенними дождями. В конце декабря интернет показал устойчивый снежный покров на склонах Пирина. Можно было продавать машину и собираться.
Что брать с собой? По контракту подрядчик сдавал шале полностью меблированным. Оставалось позаботиться о разных бытовых мелочах – белье, посуда… Наверняка, все можно было купить на месте, но самолет прилетал в Софию вечером, когда магазины уже закрыты, а надо было на чем-то спать и хотя бы иметь с собой кружку для утреннего кофе. Работу пока никто не предлагал, времени было достаточно, и Андрей, чтобы занять себя, принялся составлять длинный список вещей для новоселья. Оказалось, для того, чтобы провести первую ночь на новом месте, человеку необходима масса вещей – постельное белье, подушка, одеяло, полотенца, чашка, ложка, чайник, фен, тапочки… Потом ездил по магазинам, чего раньше терпеть не мог. Теперь же ему доставлял удовольствие «бытовой маркетинг».
Он донимал продавцов вопросами о потребительских свойствах белья и посуды, чувствуя себя вредным экзаменатором перед первокурсниками, сравнивал цены, делал пометки в списке. Когда к покупкам прибавилось горнолыжное снаряжение, гора вещей посреди комнаты вызывала просто животный испуг. В самолет с таким объемом могли просто не пустить. Кто-то из друзей посоветовал купить вакуумные мешки для упаковки. Андрей поразился эффективности этого изобретения. Огромное синтепоновое одеяло и подушки вместе с простынями еле влезли в объемный пакет. Но когда при помощи пылесоса он удалил из мешка воздух, то объемный тюк превратился в плоскую лепешку. Так же были упакованы одежда и полотенца. В итоге все поместилось в большой чемодан.
Андрей особо не афишировал свое приобретение, но незадолго до отъезда заехали в гости Миша с Таней. Оказалось, что они отправили детей в зимний лагерь в Финляндию и теперь искали компанию для поездки в горы. Не откладывая дело в долгий ящик, Андрей позвонил в «Зеленую милю» и договорился об аренде квартиры для них.
* * *
Друзей удивило название аэропорта – «Враждебна».
На улице уже стемнело, так что полюбоваться пейзажами не получалось. Андрей с Мишей переглянулись и достали из пакета бутылку клюквенной водки, купленной в Duty Free. Таня почистила апельсин. Минут через сорок все трое уже крепко спали под веселую болгарскую музыку, льющуюся из динамиков микроавтобуса.
Несмотря на поздний час, на месте их встречал директор комплекса. Маленький, крепко сбитый, очень похожий на водителя, который их привез. Выяснилось, что это его родной брат. «Боян», – представился он и стал помогать разгружать вещи. У порога новой квартиры Андрей остановился и на полном серьезе спросил у Бояна:
– Кота нет?
– Здесь нет кота, – пожал плечами тот. – У вас аллергия?
Уставший Андрей не стал ничего объяснять про русские обычаи и открыл дверь. Посреди комнаты на столе красивым натюрмортом были скомпонованы: бутылка вина, штопор, два бокала, открытка «Добро пожаловать!» и горящая свеча. Видно было, что его ждали.
– Wow-effect? – подмигнул он директору.
– Sure, – гордо кивнул тот. – Enjoy your stay.
Уходя, он повернулся и неожиданно добавил по-русски: «Штопор потом верните…»
* * *
Нотариус Снежана, у которой регистрировалось право собственности, хорошо говорила по-русски. В шкафу у нее в кабинете красовалась огромная коллекция дисков Высоцкого и Окуджавы, а на столе лежал томик Бродского. По правилам на оформлении присутствовал переводчик, который говорил по-русски намного хуже нотариуса, но у него, как объяснили Андрею, «была лицензия».
– Вы сказали, что вас зовут Андрей, – заметила Снежана, – но в документах указано другое имя – Андраник.
– Да, по паспорту я – Андраник, но все зовут меня Андреем.
– Какое интересное имя. Русское?
– Нет. Меня так назвали по настоянию моего деда-армянина.
Потом ему долго читали по-болгарски правоустанавливающие документы. Переводчик что-то бубнил по-русски. Андрей успел задремать.
– Последняя формальность, – сказала нотариус, – надо заполнить декларацию и подтвердить происхождение денег.
– Какую декларацию?! Меня не предупредили. Я бы справку о доходах взял.
– Ничего страшного, – рассмеялась Снежана, – просто напишите на этом бланке: «Собственные средства, накопленные за 10 лет». И все.
Этим же вечером новоиспеченный владелец зарубежной недвижимости (и, соответственно, болгарский налогоплательщик) давал банкет в честь радостного события. По телефону был заказан столик в любимой механе «Барякова къща». Когда четырехчасовая баранина уже была съедена, а официант принес вторую бутылку ракии, Миша с Таней переглянулись и заявили: «Слушай, а нам здесь хорошо!» Андрей удовлетворенно кивнул, мол, конечно – хорошо. И баранина нежная, и ракия как слеза…