Странник
Шрифт:
– Двадцать, – прошептала она, не понимая, почему это так важно.
– Ладно, идем. Расскажешь, куда идешь и зачем, – строго сказал мужчина и жестом указал в сторону лестницы.
Антракс кивнул и двинулся в указанном направлении, по-прежнему опираясь на посох. Хозяин, обойдя стойку, вышел к ним и отпер дверь у самой стены, пропуская пару в комнату.
Это было подобие кабинета, по крайней мере так для себя решила Лилайна, несмело шагая грязными ботинками по вымытому до блеска полу. Еще никогда
– Только учтите, что я ненавижу ложь, – сообщил хозяин постоялого двора, закрывая за собой дверь.
Он прошел вперед и с явным удовольствием упал в мягкое кресло, стоявшее у окна.
– И я хочу историю целиком; надеюсь, ты не начнешь мне рассказывать, что ты бедный плотник – рожа у тебя не ремесленническая, – хмурясь, добавил мужчина.
– Я эштарский солдат, – внезапно ответил Антракс.
Это настолько поразило Лилайну, что она почти с ужасом уставилась на мужа, поставившего у стены посох и бросившего там же мешок, а затем шагнувшего к старику, жестом указывающего на место напротив.
«Солдат?!» – не удержалась Лила от мысленного вопля.
Ее муж был кем угодно, но только не солдатом, но мужчина почему-то удовлетворенно фыркнул на это заявление и явно приготовился слушать, но вспомнив о девушке, обратился к Лилайне.
– А ты? Чего там стоишь?
Он внезапно хмыкнул.
– И правда не девочка – росточком маловата, а так… только ты же старше ее.
– Старше, – пожимая плечами, буркнул Антракс, словно не понимал намеков.
– И как тебя угораздило с ним связаться? – почти смеясь, спросил мужчина, вновь обратившись к светловолосой. – Иди сюда и расскажи, кто ты и откуда.
Лила несмело подошла, села возле Антракса, покосилось на него и не узнала. Он странно хмурился и смотрел в одну точку где-то на полу.
– Ну? – поторапливали ее нетерпеливо.
– Я Лила, – почти испуганно отозвалась женщина и тут же замолкла.
– Она почти ничего не помнит, – наконец, пришел ей на помощь Антракс.
– Да? Как так?
– Она служила у одного герцога в Эдифе, а во время войны в их замке у нас был лагерь. Меня, раненого, там и оставили, а она за мной ухаживала.
Лила удивленно уставилась на Антракса, благо этот взгляд не заметил слушатель, явно проникшийся историей.
– На службу я так и не вернулся, женился, а она…
Эштарец замолк, нахмурился, потом выдохнул и договорил:
– Она заболела. Совсем заболела. Пришлось все продать и уехать в Рок-Рен, там же теперь два ученика Фу-Диена, наш местный врач ничем не смог помочь.
Хозяин сочувственно покачал головой.
– И что, вам удалось попасть к самому Королю-Солнцу? Он же, говорят, бывает в больнице.
– Если бы, – почти
Он махнул рукой и договаривать не стал.
– Хорошо, что хоть к Велен-Лею попасть можно.
– Он помог? – взволнованно сказал хозяин.
– Помог, только после долгого жара она все забыла и… нам посоветовали уехать на север, чтобы с ней больше ничего не случилось. Жар, мол, может вернуться там на юге, вот мы и идем на север.
– А там что?
– Ну, уж что-нибудь придумаем, нам бы эту ночь пережить.
Хозяин вновь сочувственно покачал головой.
– А денег совсем нет? – спросил он тем же тоном, каким можно было спросить о погоде.
Антракс не ответил, а достал небольшой мешочек. Лилайна даже не поняла, откуда он его взял, и растерянно пронаблюдала, как муж вывернул на ладонь содержимое мешка. Там оказалось несколько медных монет и деревянная пуговица, от вида которой Лила растерянно моргнула. Что происходит, она не понимала.
Хозяина деньги мало интересовали, пуговица тоже, он с интересом осмотрел обожженную руку, на безымянном пальце которой не хватало фаланги.
– Ясно, – пробормотал он рассеянно, а потом протянул к эштарцу руку, убирая от лица волосы.
Вот теперь Антракс напрягся. Лилайна видела, как левая рука с монетами сжалась в кулак. Пальцы хозяина постоялого двора почти коснулись замазанной щеки, когда Лилайна, вмешавшись, схватила его за руку.
– Не надо, – прошептала она. – Ему больно, если трогать.
Мужчина удивленно посмотрел на нее, но руку все-таки убрал.
– Ты так заботишься о нем, это похвально, только ручки у тебя больно нежные, ты хоть что-то умеешь?
– Она все умеет, просто не помнит, ей всегда напоминать надо, как делать, а потом она быстро сама вспоминает, – пробормотал Антракс, спешно закрывая волосами правый глаз.
Ему внезапно стало противно. Он совсем не ожидал, что старые страхи вдруг возникнут болью в груди и дрожью в пальцах. Он даже пожалел, что решился уйти куда-то с открытым лицом. К прикосновениям и взглядам Лилайны он давно привык, но этому человеку он хотел сломать руку за одно желание прикоснуться к старым ожогам.
– Ладно, останетесь у нас на ночь, правда, ничего, кроме сарая, предложить не могу, но ужином накормлю, если поможете нам вечером, а то народу слишком много набежало.
Антракс коротко кивнул, явно соглашаясь, и методично стал складывать монеты в мешочек, перекладывая по одной, стараясь успокоиться, сосредоточившись на этом действии.
– Бина! – внезапно крикнул мужчина, а когда ему никто не ответил, швырнул в стену стоявшую на подоконнике медную статуэтку. – Бина! Дрянная девчонка! Сюда иди!