Странница
Шрифт:
Когда глаза Конвея привыкли к темноте, он заметил, что стены увешаны яркими знаменами. Некоторые из них были разорваны и имели многочисленные прорехи — жалкие свидетельства былой славы. Конвей решил, что это трофеи, оставленные в назидание прошлым и нынешним противникам.
Группу сопровождал представитель Капитана, встречавший их у входа в замок. На шее у него на белом шнурке висел какой-то странный предмет. Вскоре они увидели, что это свисток. Мужчина поднес его к губам, и по замку разнеслась трель — высокая нота сменилась еще более высокой, а затем тональность опустилась до прежнего
— Боцманская дудка, — ухитрилась прошептать она Конвею на ухо.
Мужчина взглянул в их сторону. Конвей и Тейт отпрянули друг от друга, словно школьники, которых учитель заметил за разговорами на уроке. Мужчина объявил:
— Мой титул — Бос. Я отвечаю за все в этом форте, включая людей, которые здесь служат. — В подтверждение его слов, семь человек, задержавшиеся на ступеньках, вошли в комнату и присоединились к Босу. Их примеру последовали еще несколько человек, находившиеся, по-видимому, сразу за дверьми главной комнаты. Они образовали два ряда перед Босом. Путаницы при построении не было, что указывало на обыденность процедуры. Бос продолжал: — Всех служащих у нас набирают из двух слоев подданных, которых вы называете знатью. На внутренних землях Коссиарами управляет Совет. Здесь в Гавани высшая знать называется Командой. Служащие здесь носят старинные титулы Команды. Я не буду знакомить вас с каждым из них. Но некоторых вы должны знать обязательно. Вот это — Пушки. Под его началом все вооруженные силы Коса. Рядом с ним — Кладовые. Он главный советник Капитана по снабжению и другим нуждам Коса. А это — Эммей. Он отвечает за законность и порядок. Остальные ведут дела в форте под началом Капитана.
Бос замолчал в ожидании, и Сайла начала представлять своих спутников. Она держалась очень напряженно, и ее друзья обменялись обеспокоенными взглядами. Однако, когда Сайла закончила, Тейт не могла себя больше сдерживать. Она спросила:
— У вас действительно есть пушки?
Мужчина с одноименным титулом недоуменно нахмурился:
— Что значит есть? Это я — Пушки. Конечно, это не имя. У нас отказываются от имени, когда получают такое звание.
Тейт молча кивнула. Видно было, что она так ничего и не поняла.
Снова заговорил Бос:
— Капитан распорядился приготовить для вас комнату. Он подумал, что вы захотите остаться вместе, поэтому комната одна, но она большая, и там есть раздвижные перегородки из дерева и кожи.
Сайла поблагодарила его, и Бос отпустил своих подчиненных. Затем он повел гостей за собой через внутренний дворик. Дворик во многом напоминал английский парк. В центре — насыпная горка, обсаженная белыми рододендронами. В южной части дворика виднелся фонтан, перед ним была врыта высокая колонна со ступеньками, которые вели к находившейся на вершине круглой наблюдательной площадке.
Тейт подтолкнула локтем Конвея.
— Слушай, что с Сайлой? Что на нее нашло?
— Понятия не имею. Она поменялась буквально в одну минуту. Наверное, что-то заметила, а остальные упустили это из виду.
Позади них раздался голос Додоя:
— Да, заметила. Когда говорил тот человек со смешным именем, она посмотрела на крышу перед замком. Что-то
Игнорируя его вопрос, Тейт спросила:
— Что же она там увидела? Что там было?
— Откуда я знаю? Она смотрела, не я.
Конвей сжал зубы. Увеличив шаг, он постарался оторваться от Тейт с мальчиком.
Они пересекли дворик и оказались на мощенной кирпичом дорожке, над которой двумя этажами выше нависали деревянные балконы. Конвей напомнил о подвесных переходах между крыльями зданий. Все единодушно выразили надежду, что им не придется вступить на них. Тейт наклонилась и потрепала Ошу и Танно.
— Ну, крошки, держитесь, — сказала она. — Нас могут ждать непреодолимые препятствия. Если хотите знать правду, то ваша мамочка даже не совсем уверена в себе. — Шутка получилась не очень веселой, на что указывал раздавшийся вежливый смех.
Недалеко от места, где восточная часть замка соединялась с крылом, вытянувшимся с севера на юг, Бос остановился и указал на массивную деревянную дверь.
— Капитан велел мне проследить, чтобы вы не испытывали неудобств. Он приглашает вас к себе после того, как вы отдохнете. Если хотите разделить с ним трапезу, то она начнется примерно в два дюйма.
Рука Сайлы замерла на полпути к двери.
— Дюйма?
— Два дюйма. Такое время. — Бос как будто объяснял что-то ребенку.
— Не понимаю.
— Дюймы. На трубке времени.
Сайла недоуменно покачала головой.
Приподнявшиеся брови Боса выражали удивление. Он пытался сдерживаться, но в его словах сквозило презрительное превосходство.
— В трубку времени наливается вода, а внизу есть отверстие, через которое она вытекает. Уровень воды показывает время. В сутках двадцать четыре дюйма. У нас у всех есть такие трубки.
— А у нас нет. — Конвей вышел на полшага вперёд, знаком велев собакам оставаться на месте. — Понимаете, мы слишком свободны, чтобы действовать в зависимости от того, сколько из чего-то вылилось воды. Но мы не желаем показаться невежливыми, а потому не могли бы вы прислать нам одну из таких штуковин.
— Это моя обязанность. — Тон Боса выдавал его истинное отношение к таким обязанностям. Обогнув все еще неподвижно висевшую в воздухе руку Сайлы, он отворил дверь. Звук боцманской дудки застал его гостей врасплох. Но находившиеся в комнате дети были к нему готовы.
Лица детей в возрасте от двенадцати до шестнадцати лет застыли, глаза смотрели с пристальным вниманием. Самый высокий из них, стоявший в конце шеренги мальчик обратился к Сайле:
— Мы в твоем распоряжении, Жрица Роз. Ждем приказаний.
Сайла повернулась к Босу, в голосе ее послышались угрожающие нотки:
— Что эти дети здесь делают?
— Это рабы. Ваши слуги, — ответил Бос.
Напряженно выпрямившись, Сайла пересчитала детей.
— Все четырнадцать?
На самоуверенном лице мальчика появилось явное смущение. Глаза перебегали от Сайлы к Босу. Тот, заикаясь, стал объяснять:
— По два человека для каждого из вас. Кроме мальчика. Четверо убирают комнату. Что-нибудь не так?
— Дело не в тебе. Где вы спите?