Странная девочка
Шрифт:
Он знал, что Дэн всерьез увлекается музыкой.
Его родной дядя владел небольшой студией звукозаписи и разрешал племяннику проводить там по вечерам репетиции. Группа Парфенова называлась «Левый айсберг» и играла в стиле припанкованного хип-хопа.
– Так я чего говорю! – продолжать гнуть свое Парфенов. – Ты же, Миха, на басу рубишь прилично! Попробовал бы сыграть с нами, а?
– Парфен, ты же знаешь, меня стиль ваш ломает конкретно! – напомнил Фрид. – Если б регги или блюз, на крайняк… А то – хип-хоп! Не мое это!
– Да какая, блин, разница! – начал горячиться Дэн. – Музыка –
Видя, что приятель колеблется, Дэн привел последний неотразимый аргумент:
– Слушай, ну выручи, а? Мы ж друзья, типа! Надо будет – и я тебя выручу, ты же знаешь!
– Да знаю я… – махнул рукой Фрид. Он понял, что отвертеться от репетиции ему никак не удастся. – Короче, во сколько встречаемся?
– Ну, мужик! – обрадовался Дэн. – Давай я в шесть сам за тобой зарулю!
– Ладно… – согласился Фрид и двинул домой.
Когда Мишка подошел к перекрестку, пешеходам загорелся «красный». Фрид остановился. Мимо проехал семьдесят девятый автобус, почти пустой. И тут Мишка вспомнил недавнее происшествие, когда поддатые фанаты цеплялись в автобусе к той странной незнакомке. Мишка понял вдруг, что очень хочет снова увидеть удивительную девчонку с огромными серыми глазищами. «Да где ж ее искать теперь? – подумал он. – Город-то огромный. И народу в нем – немерено…» Сделав над собой усилие, он постарался выбросить из головы мысли о незнакомке.
…Репетиция группы «Левый айсберг» началась с того, что Денис объявил:
– Так, парни! Вот это – Мишка! Он будет играть пока вместо Свирина на басу.
– Здорово! – протянул Мишке руку коренастый, узкоглазый Хасан Мирзоев. – Я – Хасан, барабанщик!
– Снегирь! – представился второй участник группы, клавишник Федор Снегирев, белобрысый, худенький и вертлявый паренек.
– Да вы чего, парни? – изумился Фрид. – Я ж у вас на репетициях был раза четыре – ну осенью еще! Забыли, что ли? Меня Дэн знакомил уже с вами!
– Ну-ка, ну-ка… – задумался Снегирь, заморгав светлыми ресницами. – А, у тебя еще патлы были, как у хиппана! – вспомнил он.
– Ну да! – подтвердил Мишка. – Я просто волосы теперь в «хвост» собираю. – Он повернулся к ребятам вполоборота, демонстрируя этот самый «хвост».
– Ну короче! – строго произнес Дэн. – Ми-хон, хватит трепаться, бери гитару! Давайте, парни, работать!
– А пивка для настроения? – поинтересовался Снегирь. – По чуть-чуть?
– Снегыч, мы ж договорились! – возмутился Парфенов. – Никакого пива на репетициях! Мы работать собрались или чего?
– Ладно, ладно, не кипятись… – пошел на попятную Снегирев. – Я ж просто так спросил.
Через несколько минут репетиция началась. Песня, с которой ребята начали, называлась: «Я – урод». Дэн показал Мишке его партию:
– Ну, смотри, Михон! Тут идет такой риф: бэм – бэбэм – бэмэм, восемь раз по четыре такта. Потом – модуляция. Ну чего, въехал?
Мишка кивнул:
– Начали, разберемся в процессе!
Денис с гитарой в руках подошел к микрофону Хасан сел за ударную установку, а Снегирь занял место за клавишами синтезатора «Ямаха».
– Раз, два, три, четыре! –
Мишка заиграл свою партию, сперва коряво, то и дело не попадая в ноты. Но потом все уверенней и уверенней. Снегирь накладывал на ритмический рисунок атональные рваные аккорды. Вступила ритм-гитара Парфенова – своими отрывистыми всхлипами она вклинивалась между аккордами синтезатора.
Дэн, дождавшись нужного момента, запел, вернее – принялся энергично декламировать в микрофон:
На улице с утра паршивая погода;Я слышал, твой отец назвал меня уродом.Твою мать моя рожа ужасно раздражает;Твои предки на тебя постоянно наезжают:«Ну почему ты связалась вот с этим уродом?Ну почему ты связалась вот с этим уродом?С твоим-то лицом, при твоей-то фигуреМогла бы и получше найти, в натуре!»– …Стоп! – скомандовал Парфенов. – Хас!
– Ну? – отозвался Хасан, продолжая по инерции выстукивать ритм, хотя остальные инструменты уже смолкли.
– Гну, блин! – рассердился Дэн. – Да перестань ты долбить! Сколько раз тебе повторять? Акцентируй слабую долю!
– А я чего делаю, по-твоему?! – Хасан вытаращил, насколько это возможно, свои узкие глазки. – Я и акцентирую!
– Да ни фига ты не акцентируешь! Вот смотри! – Дэн стал согнутым пальцем постукивать по микрофону: – Надо делать так: тын, тын, пыть, тын, тын, пыть! А ты делаешь – ум-ца-ца, ум-ца-ца!
Они заспорили. Мишка, откровенно скучая, присел на краешек стула, зевнул. «Только время тут зря теряю!» – мелькнула у него мысль.
Потом репетиция продолжилась. В конце концов, после десятка прогонов, ребята решили передохнуть.
– Пацаны, приколитесь! – вдруг сказал Дэн. – Я тут тему новую нащупал. Ну, для новой песни.
– Давай показывай! – оживился Снегирь.
Денис отложил гитару, достал из сумки помятую тетрадь.
– Называется «Странная девчонка»! – сказал он.
– Как?! – изумленно переспросил Фрид.
– «Странная девчонка»! – повторил Парфенов. – А в чем дело? Тебя название не устраивает?
– Да нет, нормальное название, – пожал плечами Мишка. – Это так, личное… Я тебе потом расскажу.
Денис бросил на Мишку короткий удивленный взгляд, со вздохом открыл тетрадку и начал читать. С первых же слов Фрид застыл как завороженный.
Я видел тебя один только разНа левой тусовке у левых друзей,Но мне не забыть сияния глазИ гладкой, как бархат, кожи твоей.Я думал, любовь – это просто прикол,Что никакой любви не бывает.Твердят пацаны: «Что ты в ней нашел?»А я говорю: «Я и сам не знаю…»