Страна Нави
Шрифт:
Они вежливо обменялись парой фраз и остались высокого мнения друг о друге.
"Дети, знакомьтесь!" – слышала Марта и на уроке черчения, и на биологии, и на географии, и вот теперь на основах государственности Яви. Эти предметы она выбрала в первый день для ознакомления.
– Марта Крафт, – представилась она в который раз – и зевнула.
Мальчик по имени Тир, с которым она уже пересекалась на черчении, хмыкнул, заметив ее зевок, и позвал сесть за свою парту.
– Мне нравятся твои цветные косички, – проговорил он заговорщицки и дернул Марту за одну. – Ты как нарядная елка. И еще на весну
Марта комплимент не оценила и глянула на мальчика с прищуром. Тот скорчил рожицу и отвернулся обратно к учительнице.
Услышав слово "мобили" и не веря собственной удаче, к учительнице прислушалась и Марта. Они собирались разбирать озоновые пузыри, самую интересную особенность Яви!
В ближайшие полчаса Марта узнала уйму всего любопытного и важного. Она теперь имела представление о транспортной системе Яви, имевшей форму трех пересекающихся знаков бесконечности, об истории массовых экологических протестов, проходивших среди жителей в прошлом десятилетии, приведших к власти мэра и его экосторонников. Но главное, Марта наконец-то узнала, откуда берутся эти вездесущие озоновые пузыри!
– Мэр, – вещала учительница, – ввел в обиход систему, позволяющую с помощью любой жидкости и растворенных в ней микроэлементов расщеплять спрессованный мусор до состояния маленьких-маленьких частиц – молекул. Озон, таким образом, попадал в атмосферу в виде пузырей, а все остальные элементы сжигались, позволяя мобилям передвигаться на довольно большие расстояния без дозаправки. Это революционное нововведение вскоре привело к тому, что в Яви предсказуемо закончился весь мусор! Тогда в ход пошли партии спрессованных отходов соседних стран. Но действия, призванные снять напряжение между государствами, привели к обратному: на Яви теперь смотрят настороженно, а от нашего мэра ждут и дальнейших чудачеств.
– Ничего удивительного, – хмыкнула Марта.
В Путоране она вдоволь успела наслушаться анекдотов про "пузырчатого мэра". Об успехе и пользе его открытий было совершенно никому не известно. Озоновые облака…
– Теперь я понимаю, почему в Яви постоянно идет дождь! – воскликнула она.
– Да, дорогая, мы все за тебя очень рады, – буркнул скучающий полусонный Тир.
Внимание Марты от такой важной и интересной темы внезапно отвлек мальчик лет шести, незнамо как очутившийся по правую руку от учительницы. Девочка не помнила, как тот попал в класс, но теперь не могла сконцентрироваться ни на чем другом.
Мальчик имел растрепано-неряшливый вид, и своим курносым носом и шкодливой улыбкой давал понять, что от него можно и нужно ждать всевозможных проказ.
Он был одет в цветастый комбинезон и выглядел так, будто совершенно не понимал, что находится в храме знаний и дисциплины. Выглядывая из-за спины преподавателя, он корчил рожи поочередно всем и каждому ученику в классе.
Марта обернулась, но на лицах одноклассников не обнаружила ни единого следа веселья или раздражения, коих следовало бы ожидать в ответ на чудачества пацаненка.
Кто-то из учеников сосредоточенно слушал рассказ учительницы, а кто-то, устав к концу школьного дня, уже откровенно спал, развалившись на полпарты. Марта мимоходом пихнула этого сонного "кого-то" локтем, и Тир недовольно взглянул на девочку сонным взглядом.
– Не пихайся! –
Но Марта его не слушала, она смотрела на мальчика за спиной учительницы. Заметив, что за ним наблюдают, тот перестал кривляться всем подряд и теперь внимательно разглядывал Марту не по-детски смышленым взглядом. На губах его растянулась широкая зубастая улыбка в стиле Сэм.
Подумав, мальчик сделал пару маленьких шагов в сторону Марты и внезапно оказался прямо перед ее носом. Пробормотав что-то, что девочка расслышала как непереводимое "мучо густо", малыш легонько шлепнул ее по носу указательным пальцем и, смеясь, убежал из аудитории через открытую настежь дверь.
– Ты тоже это видишь? – изумленно прошептала Марта соседу.
– Видишь, – согласился Тир, разглядывая нос девочки. – Когда успела нос раскрасить? Кстати, очень миленько, красный идет новогодней елке.
Марта совершенно ничего не понимала. Чтобы окончательно не сойти с ума, она перевела отсутствующий взгляд в окно и нахмурила брови.
Там по глади залива тихо и неспешно плыл вдаль маленький парусник.
Глава 8
Марта, как и обещала, стала одной из лучших учениц в классе.
Конечно, это случилось не сразу. Свой авторитет перед преподавателями ей пришлось зарабатывать пару долгих недель. За это время она бесчисленное количество раз выступила перед учениками с докладами, выполнила десятки внеурочных заданий, заработала высший балл по черчению и всего лишь один нервный срыв.
Теперь среди сверстников она считалась авторитетом: девочки относились к ней с обходительным уважением, а мальчики явно побаивались.
Один лишь Тир упорно продолжал дергать Марту за косички, которые девочка так же упорно продолжала заплетать. Теперь в ее волосах можно было видеть не только ленточки разных цветов, но и заплетенные в косы полевые цветы – Марте нравилось сравнения ее образа с весной, но никак не с облезшей елью.
Родители девочки тоже были в восторге от внезапного преображения. И пусть с течением времени их отношения приходили во все больший разлад, в присутствии дочери они старались ссориться реже. Каждый день после школы Марту ждал любимый лимонник и поцелуй в щеку от гордой Сэм. Но та все равно чувствовала, что между родителями происходит некий идейный конфликт.
"Какой смысл изо всех сил стараться быть правильной и лучшей, – думала Марта в такие моменты, – когда они все равно найдут повод, чтобы быть чем-то недовольными и ссориться?"
А дело было в работе.
Семья Крафт переехала в Яви, потому что Саго предложили довольно хорошее место в разделе досуга государственной газеты Яви. Стиль письма Саго так сильно им понравился, что его буквально "выписали" из Путорана. От сотрудничества с "Историями Яви" Саго находился в полном восторге, мэра за его идеи считал чуть ли не небожителем и активно прививал свою точку зрения Марте. Та была не против. И хотя мэра ни один из них воочию пока не видел, оба с первых дней в Яви стали его ярыми поклонниками.