Страна мыслителей
Шрифт:
– А не пошел бы ты к черту, – проворчал Бин.
Я вздохнул, – Мне что-то не хочется ни в ка¬кой ад. А вот тебе придется туда спуститься. – И с этими словами я не спеша подошел к нему – куда он мог деться – и сунул ему револьвер прямо в его крысиную рожу. – Говори, сука.
– Проти! – нехотя буквально сквозь зубы про¬цедил Бин. Видно он был не настолько уж и трус¬лив , этот малый.
– Абрам Проти?
– Ну да.
Абрам Проти был большой шишкой. Он занимал высокую ступень в иерархии мафии. Особенно здесь, в Нью-Йорк Сити.
–
Бин выглядел вконец отчаявшимся.
– Да не ломай ты себе головы, парень, – успо¬коил я его. – Проти и сам все поймет.
– Саливан, – послышалось из трубки, которая все еще болталась где-то за столон, – Саливан.
– Мистер Саливан, – поправил я. Последовала небольшая пауза и затем...
– Мистер Саливан!
– Так-то лучше.
– Голубчик вы мой, – произнес немного знакомый мне тонкий, почти детский голосок Проти.
– Мне надо обязательно поговорить с вами.
– Минутку, – сказал я и повернулся к Бину, -дай-ка сюда телефон
Тот тяжело вздохнул и протянул мне аппарат и трубку. Я уселся в кресло, положил револьвер на подлокотник и приставил трубку к уху.
– Саливан слушает.
– Саливан, похоже вы запросто нейтрализовали двух моих лучших людей. И за это я еще больше стал уважать вас.
– Если эти двое ваши лучшие люди, то что можно сказать об остальных да и о вас тоже?
Рики попытался было возразить на мои слова, но у него опять вырвалось из горла лишь что-то нечленораздельное. Бин же и не думал оправды¬ваться. Он только зло таращился на меня. Видно я по-прежнему ему не нравился.
– Пес с вами, Саливан, шутите, сколько вашей душе угодно, я и на это согласен закрыть глаза. Только давайте поговорим хотя бы раз начистоту.
– Так говорите.
– Э, нет, только с глазу на глаз, мистер Са¬ливан .
– Тогда приходите ко мне.
– Мальчик мой, если я приду к вам домой, то со мной обязательно придут еще три—четыре чело¬века. Это мои телохранители. А мне хотелось бы избежать, насколько это возможно, излишнего шума. Ведь мой девиз: не дави, пока не убедишься, что иначе нельзя.
– И что же тогда делать?
– Приходите ко мне.
– Так вот вы чего хотели с самого начала.
– Ну в общем – то, да.
– Тогда, почему вы лично не позвонили мне и не попросили зайти к вам в гости, а прислали ка¬ких-то двух хлюпиков? Вы надеялись, что они сумеют втолковать мне, какой большой босс господин Проти, и что шутить с ним отнюдь не следует?
– Да ладно вам, Саливан. Вы же не красная де¬вица , чтоб дуть губки по пустякам. Приходите и точка. Жду.
– Теперь ты точно можешь снимать с себя мерку для деревянного камзола, – сказал Рики, все еще лежащий на полу.
– Нет, так не пойдет, уважаемый мой господин Проти. Я не сделаю этого. Вы придете сюда сами, Проти, а ваши телохранители останутся на улице. Я жду вас через двадцать минут. Если это вас не устраивает, я отправлю ваших подручных в одних кальсонах на улицу. –
– Рики, да он, кажись, тронулся, -сказал Бин, – так говорить с боссом?! – Сказав это, он пристально взглянул на меня. Теперь в его взгля¬де сквозила не только злоба, в нем проблескивало и нечто такое, что вполне можно было принять за затаенное сочувствие.
– Ну, это мы еще посмотрим, чья возьмет.
– Да чего тут смотреть, – снова подал голос Рики, – единственное, что тебя ожидает в ближай¬шем будущем, Саливан, так это приятное времяпровождение в обществе акул, когда ты станешь оче¬редной статуей на дне бухты. Делается это весьма просто. Для этого достаточно забетонировать твои миленькие ножки всего лишь до колен. И уж поверь мне, даже с таким грузом ты ни за что не всплы¬вешь обратно.
– Да, – задумчиво процедил Бин, – уж точно, не всплывет: цемент и акулы обламывали и более крутых ребят.
– Ах вы, засранцы, чем стращать меня, подумайте лучше о себе. Вот возьму, не сдержусь, да и прострелю ваши тупые башки.
И пока они обдумывали, шучу я или не шучу, я, сделав обманное движение, еще разок врезал Бину теперь уже правой. И вновь Бин буквально влип в стену.
– Вставай, – приказал я Рики.
Тот не сразу, с трудом поднялся на ноги. Его все еще пошатывало.
– Мою обойму.
Рики сунул руку в карман своего пальто и про¬тянул мне обойму.
– Молодец, – сказал я и с чувством пожал ему руку.
От неожиданности он вытаращил глаза.
– Рики, сынок, – ласково промурлыкал я, – уважь папулю, подойди вон к тому стулу, где лежит моя пушка и принеси ее. Только без глупостей. Не то папа снова рассердится.
Рики не шевельнулся.
– Мой револьвер! – рявкнул я.
– Дерьмо, – сказал он глухо, и то-гда я снова врезал ему.
Зря я ударил его в живот. Он был на редкость крепкий малый. К тому же толстое пальто знач-и¬тельно смягчило силу моего удара. Так что ожи¬даемого эфф-екта не только не последова-ло, более того, Рики сам попыт-ался ответить мне левой. Но я был все же сильнее. Я париров-ал этот удар и не дав противн-ику опомниться молниеносным-и короткими ударами обеими руками в диафрагму, наконец-то, сбил его с ног. Покончив с Рики, я решил взглянуть на Бина. Оказывается, он уже пришел в себя и попытался тайком добр-аться до своего ре¬вольвера , все еще валявшегося где-топод столом.
– Продолжай, не стесняйся. Ты, пожалуй, ближе к нему, чем я.
Но он почему-то дал задний ход.
– Эх вы, – продолжал я, – а еше лучшие парни Проти. Интересно бы было посмотреть, чего стоят тогда худшие. – С этими словами я ткнул Рики по почкам. Тот охнув перевевернулся на спину, дер¬жась рукой за живот. – А ты, – приказал я Бину, – живо сюда и этот револьвер.
Бин нехотя повиновался и передал мне револь¬вер . Я взглянул на часы.
– Итак, ребята, у вас есть тринадцать минут, чтобы убраться отсюда. Потом я позвоню в полицию и с удовольствием сообщу ваши приметы.