Столик в стиле бидермейер

Баганова Мария

Все трое смотрели на меня: Наталья Анатольевна и Настя с детским ожиданием чего-то чудесного, Артем Сергеевич с недоверием. Наверняка прикидывал, сколько я сейчас запрошу за эти подлинники.

– Да, они у меня. Я так понимаю, что принадлежат они вам, Наталья Анатольевна.

– Наверное, только я совсем не представляю, что могу с ними сделать.

«Вот об этом не беспокойтесь, вам подскажут!» – чуть не вырвалось у меня. Я достала с полки энциклопедию. Между ее листами были заложены два пожелтевших листочка.

– Возьмите. Они ваши.

– Значит, наша прабабушка все-таки была замужем? – недоуменно пожала

плечами молодая женщина. – Почему же тогда?..

Ответ я знала.

– Я тут недавно живу, – начала я. – Но мне уже все уши прожужжали печальной повестью о закате рода Зябужских. Жил-был папаша-старообрядец, и было у него три дочери. Прямо как в сказке.

– Да. Как в сказке, – грустно произнесла Наталья Анатольевна. – Давайте дальше я сама расскажу. Воспитывал Зябужский своих дочерей строго, но в то же время и от времени отставать не хотел. Послал он меньшую дочку учиться куда-то то ли за границу, то ли поближе, а она возьми да загуляй с немцем. Девушка она была правильная, просто так любить себя не могла позволить, молодые заключили брак в протестантской кирхе, а до церкви, как оно было положено по тогдашним законам, почему-то не добрались. Потому брак их по российским законам действительным не считался. До церкви не добрались, а ребеночка сделать успели. Вот от этого-то папаша, старообрядец, пришел в негодование и убил собственную дочь.

Наталья Анатольевна на минуту замолчала.

– Бабушка мне рассказывала, что старик Зябужский гонялся за дочерью с ножом по всему дому, она пряталась, прикрывая собой маленького сына. Затем заперлась в библиотеке. Взломав дверь, старик настиг ее и потребовал покаяться во грехе. Но Анастасия каяться отказалась. Будучи вне себя от ярости, Зябужский заколол дочь ножом, и, пробив грудь красавицы, острие вонзилось в лакированную поверхность изящного столика. Я часто пыталась себе представить, какой же длины должен был быть этот нож. Прямо не нож, а тесак какой-то.

– Да, – согласилась я. – А отметина действительно существует. Сама видела.

– Странно, что столик этот каким-то чудом уцелел.

– Уцелел. Небольшой, круглый, с чудной бисерной вышивкой посередине. Скол уже покрылся патиной и почти не портит общего вида.

– Вы, пожалуйста, этот скол не выправляйте, – тихо попросила Настя. – Легенда есть легенда.

– Столик не мой, но я передам вашу просьбу, – пообещала я.

– Итак, сын Анастасии остался жив, – продолжила Поршнева, – младенца старик Зябужский убивать не стал. До такого злодейства он все-таки не докатился. Судить его не успели: революция накатилась, да он и сам вскоре скончался апоплексическим ударом. А ребеночка вырастили. Сначала растили оставшиеся сестры вдвоем, потом, когда одна из них умерла, а другая вышла замуж, – растила его вместе с мужем. Мальчик вырос, женился, у него родился сын. Потом война, он ушел на фронт и погиб. Но сыночек выжил, несмотря на жуткие условия жизни, не все дети умирали. Тоже вырос, тоже женился, появилась на свет дочка, то есть я. Лет пять назад я приезжала сюда посмотреть на место, где некогда стоял дом моих предков. Заходила в библиотеку, смотрела книги. Оставила записки, что-то надиктовала, подарила фотографии.

«Из-за этих фотографий Варю и убили», – подумала я, а вслух произнесла:

– Все правильно. Посмотрите, в энциклопедии сказано: православным дозволялись браки с протестантами,

католиками, мусульманами и иудеями. С буддистами – нет, так как последние считались язычниками. Для признания брака законным было необходимо обязательное венчание в православной церкви. А ваша прабабушка со своим мужем до церкви не дошли, они обвенчались в протестантской кирхе. Вот свидетельство о браке. А вот выписка из метрической книги о рождении их сына.

– Ну и что все это значит?

– А то, что хотя их брак не был законным в России и в глазах старообрядца Анастасия была блудницей, этот брак вполне был бы признан в Швейцарии. То есть ваш дед, ваш отец, вы и ваша дочь – вы все являетесь теми самыми «законными» наследниками, которым Степан Павлович завещал свои деньги.

– Именно так, – величественно подтвердил Артем Сергеевич.

– Теперь вы богаты. Вы – законная наследница состояния своего прадеда. Ваша бабушка была рождена в законном браке. По крайней мере в Швейцарии он будет признан законным. Собирайте все свидетельства о рождении – ваше, мамино – и вперед.

– Мне сказали, что из-за этих документов кого-то убили? – спросила Наталья Анатольевна. – Артем Сергеевич говорил про прежнюю библиотекаршу. Нам с Настей очень жаль. У нее остались родственники?

– Дочка. Но она вполне взрослая и обеспеченная.

– Это ужасно! – покраснела Наталья Анатольевна. – Как подумаю, что убийца ухаживал за моей Настенькой… Я как узнала, всю ночь проплакала.

– Маме даже плохо было, – кивнула Настя.

«Маме было плохо! А тебе-то каково: узнать, что твой жених – преступник?»

– Настя, а вы как все это перенесли? – спросила я.

Девушка опустила глаза:

– Перенесла. Знаете, я ведь думала, что он меня на самом деле любит.

– Наверное, мне тоже следует повиниться, – вступил Артем Сергеевич. – Я ведь сначала ухаживал за Настей по расчету. Да, не стоит теперь это скрывать. Это было только первое время. Собственно, по расчету я Настю нашел. Прежде чем отдать документы, я снял для себя копию. В бюро переводов мне быстро помогли во всем разобраться.

– Я заходила туда, – подтвердила я. – Мне сказали, что заказчиком был пожилой мужчина. Только тогда я искала переводчика с голландского, Андрей мне голову заморочил…

Лофицкий кивнул:

– Я даже не думал скрываться. Также не скрываясь, я решил детальнее изучить вопрос. Приехал в вашу деревню и записался в библиотеку. Милая библиотекарша с радостью показала мне все… Я выписал для себя адрес Настеньки и решил с ней познакомиться.

– А я-то радовалась, – поджала губы Наталья Анатольевна. – Не было ни гроша, да вдруг алтын: сразу два жениха.

– Да, сначала я ухаживал за Настей по расчету, – с вызовом повторил антиквар, – но это не преступление. Это было только вначале. Я не слишком ценю в женщинах так называемую новомодную «сексуальность». А Анастасия – очень милый и образованный человек. Не начни Карина свои грязные игры, мы бы уже поженились и, я уверяю, – жили бы неплохо.

– Скорее всего она сделала это спонтанно, из-за скандала, который Андрей устроил дома, – вставила я. – Карина никогда не любила Надю, всегда ей завидовала и хотела расстроить ее семейную жизнь. Но одновременно она хотела получить много денег. Карина любила рисковать, решила устроить аукцион и просчиталась: Андрей вышел из себя и убил ее.