Стокгольм
Шрифт:
— С радостью, — девушка заливается румянцем, осторожно улыбаясь, и я не могу сдержать ухмылки.
Грей, ты же и вправду пригласил её не о возможной работе говорить. Хоть себе не ври.
***
— И как вы поживаете с Тедди?
— Благодаря твоим мудрейшим советам, хорошо. Он спит со мной, я купил колыбель. Как твои поиски работы? Может, ты немного расскажешь о себе, а я придумаю, как помочь тебе?
— Я обычная, Кристиан. Подрабатываю на вечерних курсах кулинарии. Я обожаю готовить, но ненавижу мыть посуду.
Чёрт возьми, женщина, тебе зеркало подарить? „Обычная“. Кто испортил тебе самооценку?!
— Знаешь, я думаю… — телефон в кармане джинсов вибрирует, и я виновато пожимаю плечами, отходя от до сих пор спящего Тедди и Аны.
— Что случилось? Рос, ты же знаешь, что Теодор спит в это время!
— Грей, тащи свою задницу в офис, если не хочешь, чтобы азиаты „обули“ тебя.
— Проблемы не могут подождать до завтра?
— Ты вообще видел договор, или сразу отдал его юристам?! Господи, Кристиан…
— Я сейчас приеду. Всё. Не кипятись.
Чёрт. Недосвидание с Аной и Теодор.
А это и к лучшему!
— Прости, Ана, мне пора. Бутылочка у Тедди в ногах в термосе, где мы живем, ты знаешь. Позвонишь из фойе, Тейлор тебя встретит. Подгузники в сумке, как и салфетки.
— Кристиан?.. Кристиан, ты с ума сошел! Ты даже не знаешь меня!
— До вечера!
— Грей, ты безответственная скотина!
— Я знаю…
На ходу отправляю смс Тейлору, ощущая себя если и не победителем во всей этой ситуации, то точно выигрывавшим этот раунд.
„Мисс Стил с Теодором в кофейне на Дэнни Уэй, проследи за ней. Вернусь вечером, сделай так, чтобы она задержалась с ним до моего возвращения“.
========== Часть 7 ==========
Я жутко вымотался, не смотря на то, что меня не было около двух часов. Слишком большое напряжение, я уже и забыл, что что-то может идти не так, настолько не так.
И мисс Ана Стил замечает меня почти сразу же, как только я появляюсь в гостиной. Смотрит мне в глаза, искренне желая убить взглядом, и вытирает слезинку, вызывающую удивление даже у нее самой.
— Ты самый ужасный человек из всех, что я когда-либо встречала! — до неприличия милая в гневе Ана топает ножкой, вручая мне Теодора, и хватает свою сумку с пола. — Своим эгоизмом ты разрушаешь жизни людей и даже не замечаешь этого! Поверить не могу, что тебя хоть кто-то может любить, и что судьба подарила тебе Тедди!
— Ана?..
— Я ни капли не удивлюсь, если и сына ты просто отобрал у несчастной, ведь это же ты! Мать никогда не бросит ребенка… Но тебе же надо! Чертов эгоист!
Девушка уносится из моей квартиры со скоростью света, я даже не успеваю сообразить и что-нибудь ответить ей, а ответить есть на
— Тейлор! Это что только что было? — секьюрити появляется из неоткуда, пока я так и продолжаю стоять ошарашенный посреди гостиной. О, чёрт…
— Мисс Стил уволили, сэр. Она не могла оставить одного Теодора, и не могла взять его с собой, меня она не видела.
Я, конечно, ей очень сочувствую, но…
— Подготовьте комнату рядом с детской для мисс Стил, Тейлор. Это даже лучше, чем я планировал.
А еще я ублюдок. Увы и ах…
***
Я думал, это будет легче. Я и вправду так думал. А в итоге получил еще и от сестры, когда через несколько дней приехал к дому Аны и хотел извиниться.
Миа громко причитала, буквально отталкивая меня от двери квартиры, за которую у Аны просрочена рента, и велела не попадаться даже ей на глаза. Раздражает.
Господи боже. Да, я эгоист, и поступил я плохо! Но не я же её уволил, если уж на то пошло.
Именно поэтому субботний день мы проводим вдвоем с Тедди, а не вместе с его теткой. И мама занята сегодня…
— Да, Теодор, с женщинами нам не везет, — малыш улыбается, дергая ручками и ножками, и я немного завидую этому комку счастья в полосатом боди. Ему всё равно, у него есть я, и я с ним стараюсь быть рядом все двадцать четыре часа в сутки. — Интересно, насколько нормально моё желание постоянно целовать тебя? Я даже не злюсь за испорченный светло-серый костюм, ты оценил это?
У него глаза Лейлы.
Мама говорила, что они со временем могут потемнеть, приобрести другой оттенок, но я никак не думал, что Теодор будет кареглазым. Пока янтарные, но будут как у неё, почти черные. Волнует ли это меня? Немного. Глупо утверждать, что мне всё равно на вечное напоминание о том, что Лейла предала нашего ребенка и поимела меня. Но от этого Теодор не перестанет быть моим сыном, а я его единственным родителем.
Удобно устраиваюсь на подушке и кладу Тедди рядом с собой, просто любуясь им. Хоть бы не уснуть… Мой маленький, смешной мальчишка.
Никогда не думал, что я смогу любить кого-то настолько сильно, по-настоящему любить. Одной своей улыбкой Тедди заставляет меня жить. Почему это так поздно дошло до меня, что вот она, самая большая ценность в мире?
— Ладно, про поцелуи никто не узнает, Теодор. А нормально ли то, что я вообще с тобой постоянно разговариваю? Но ты точно лучший собеседник за всю мою жизнь, — целую его в живот, и он смеется, дергая меня за волосы.
И громко портит воздух, похоже, нещадно намекая, что я как собеседник „так себе“, и я с усталым стоном падаю обратно на подушку.