Стоит только расхотеть
Шрифт:
— Ладно, прости, привычка… С тобой не буду, обещаю. Кстати, я услышал про твой недосып, и мне неловко, что заставил тебя столько работать. Обещание расплатиться с тобой в силе. Так что выбирай, что тебе по душе — я все исполню, ты меня спасла и я раб твой… — он молитвенно сложил руки на груди.
Вика задумалась. Чего бы она сейчас хотела больше всего? Пожалуй…
— Своди меня в театр. Я очень давно там не была.
Черкасов ожидал чего угодно, но только не этого! Видимо растерянность была написана у него на лице слишком явно, потому, что Вика прыснула со смеху. Похоже, ее «давно»- ничто, по сравнению с Димкиным.
— Вот, например, в театре Комиссаржевской идет очень хороший спектакль «Безымянная звезда». Пойдем в субботу? Только, чур, ты платишь!
— А пойдем! — неожиданно развеселился Димка.
5
В 6 часов вечера в субботу Дима заехал за Викой в общежитие. Ему это было в новинку — идти в театр. За все свои 23 года Черкасов там ни разу не был. Билеты они взяли еще в четверг, и то еле успели — Димке пришлось заплатить почти двойную цену. Он подумал, что «Безымянная звезда» — этакий театральный блокбастер, на который просто так не попасть. Надо признать, что его сильно позабавил такой поворот событий: Черкасов ведет девушку в театр! Да, узнай его друзья об этом, они бы сильно удивились. Но ничего не попишешь: сам обещал сделать все, что Вика попросит.
Он не стал подниматься к ней в комнату и остался в машине. Вика не заставила себя долго ждать. Уже через пять минут она вышла из общежития. И тут Черкасова ожидал сюрприз: оказалось, что Вика тоже может выглядеть хорошо. В черных свободных брюках и темно-синей блузке, застегнутой под горло, с распущенными волосами она совсем не походила на привычную матрешку в мешковатой толстовке и джинсах. Он даже подумал, что полненькие девушки тоже могут быть привлекательными.
— Ты чего так пристально смотришь? Что-то не так? — Вика уже успела сесть рядом с ним и пристегивала ремень безопасности.
— Нет, просто ты сегодня выглядишь замечательно- восхищение в его голосе было абсолютно искренним, но она не поверила:
— Черкасов, мы же договаривались, что все свои томные придыхания и пылкие взгляды ты оставляешь для красоток, а у нас- чисто деловые отношения. — это было сказано так категорично, что Дима едва сдержал улыбку.
— Я сказал чистую правду, и придыхания здесь не при чем. Ты настолько не похожа на обычную себя… — он поперхнулся словами, понимая, что сказал глупость.
— Вот и не забывай, что рядом с тобой ботан Вика Астахова, а не Синди Кроуфорд! — его окатил колючий взгляд.
— Злюка! Ладно, не обижайся. Мир? — Дима протянул руку. Вика строго посмотрела на него, но руку пожала.
— Ладно, что с тобой поделаешь… Мир. А теперь поехали, не то еще опоздаем.
— Как скажете, босс. — Дима шутливо склонил голову и включил зажигание.
В театре этим вечером было полно народу. Диме даже показалось, что не приедь они заблаговременно, мест бы им не досталось. Но вот прозвенел третий звонок, погас свет и поднялся занавес. Первые полчаса Дима с трудом улавливал смысл происходящего, но, постепенно, увлекся и даже испытал сожаление, когда спектакль окончился. Все-таки театр- штука волшебная!
— Ну как, понравилось тебе? — спросила Вика, когда они подошли к машине.
— Да- Дима рассмеялся — ты знаешь, проняло. Вроде и история банальная, и герой-лох, и героиня-вертихвостка, а есть в ней что-то такое… завораживающее.
— То
— Да нет, если серьезно, по-моему основная мысль пьесы: не надо мечтать о несбыточном. Ибо как там сказано? «Звезды никогда не сходят со своих орбит».
— А мне кажется, наоборот. Основная мысль здесь о том, что в жизни обязательно нужно быть немного идеалистом: верить в мечты, в себя, в любовь, наконец… Ведь Мира и Марин были счастливы, пока были вместе.
— А ты, значит, идеалистка и веришь в любовь? — Вика смутилась под его пристальным взглядом. Что она могла ему ответить? Что любовь бывает только в книжках, которые ей читать не интересно, потому что Вику ее с «тараканами» в голове никто так не полюбит? Что в свои 22 года она ни разу не посмотрела в сторону парней, потому, что едва ли они могли заинтересоваться такой серой мышью, как она?
— Скажем так, я не исключаю ее существования. Просто кому-то везет найти свою любовь, кому-то нет. Да, общем, не важно, идеалистка я или нет… К пьесе это отношения не имеет. А знаешь, когда я училась в школе, мы часто выбирались всей семьей в театр на выходных. Мама, папа и мы с младшим братом. Ехали в Питер из Тихвина на машине, чтобы посмотреть спектакль, а по дороге домой обсуждали постановку… Вот как мы с тобой сейчас. — «Ну да, Астахова, зачетная попытка сменить тему разговора, и, главное, как непринужденно получилось!» — раздраженно подумала она, искренне надеясь, что Димка не станет докапываться до ее комплексов. К счастью, Черкасов сосредоточено смотрел на дорогу, погруженный в свои мысли. Повисло неловкое молчание, и, чтобы его нарушить, Вика спросила:
— А тебя, разве, родители в театр не водили? — спросила и тут же пожалела. Лицо Димы стало непроницаемо-холодным. Он неопределенно хмыкнул, и долго молчал. Вика уже было решила, что он не хочет разговаривать, но Димка неожиданно ответил:
— Да, отцу, знаешь ли, не до того было. Он ковал благополучие семьи — голос его стал ядовитым. — Ты, наверное слышала о Викторе Черкасове? Так вот он мой отец.
— Не может быть! Тот самый Черкасов? — удивилась Вика.
— Да, представь себе, тот самый — невесело усмехнулся Димка. — И работа у него-превыше всего.
— А мама? — Вика сидела как на иголках, не зная, что сказать, чтобы отвлечь его от неудобной темы.
— Мама? Мама-замечательный человек. Хочешь, я тебя с ней познакомлю? Прямо сейчас? — Дима резко крутанул руль и развернул машину, ударив по газам. Вика взвизгнула.
— Ккуда мы? — она подумала, что Черкасов был, определенно, не в себе.
— Увидишь! — прошипел Димка
Через двадцать минут белая «Тойота» остановилась у ворот Волковского кладбища. Дима вышел из машины.
— Пойдем, — коротко бросил он растерянной Вике и потащил ее за руку по кладбищенским дорожкам. После нескольких минут блужданий они остановились перед черным мраморным памятником. На нем была изображена удивительно красивая женщина. Она смотрела с портрета загадочным колдовским взглядом, точь-в-точь какой бывал у Димки, когда он пытался очаровывать Вику и улыбалась его улыбкой. Под портретом было выбито: «Черкасова Анна Михайловна. 18.05.1965 — 01.06.2002». Дима оперся на кованую ограду и прошептал: «Здравствуй, мамочка!».