Сто девять (116) Глава 12

Константин

Команда замерла в исступление, и только бородач не остановился, продол-

жая осторожно двигаться вперед.

Несчастный уже не орал, а тихо постанывал. Его тело не произвольно

содрогалось под напорами ненасытных ртов. Чавкающее хрюканье стало от-

четливо слышно даже на корабле, а вскоре раздался хруст ломающихся ко-

стей.

– Будьте вы, прокляты, итарово отродье!
– взревел бородач и занес саблю

для удара. В этот самый миг, его запястье оплел

кнут старпома.

– Не сметь!

Тело летуна дернулось и повалилось на землю. Барибала оказался возле бо-

родача и прижав того коленом к земле, одним ловким движением отобрал

оружие. Затем он повернулся к нам и, указав на одержимых, произнес:

– Напасть на них - значит умереть! Помочь жертве - значит умереть! Попы-

таться спасти - умереть! Варус, выпускай...

Летный отсалютовал и отпустил с цепи огромного пса, на котором будто на

гирлянде висели связки каких-то весьма вонючих плодов. Пленник припу-

стился прочь, а старпом задорно присвистнул.

Одержимые отвлеклись, и заводили носами, будто голодные волки. А уже

через мгновение, они на четвереньках помчались вслед за четвероногим.

Дождавшись пока одержимые не исчезнут в ночном сумраке, старпом подо-

шел к безжизненному телу летуна и повязал ему запястье красную ленту - в

знак воздушной традиции. Именно такой дар должен был принести мертвец,

попав на суд к воздушному покровителю Икару.

Утром мы отвязали концы и стали медленно набирать высоту, оставляя за

спиной прекрасный пейзаж опасного острова. Аборигены весело кричали,

улюлюкали, провожая нашу летающую крепость. С наступлением солнца их

неведомая болезнь исчезла без следа, оставив после себя лишь неприятный

привкус крови и багровые следы на песке.

* * *

– Чего застыл? Живо к капитану!
– рявкнул мне на ухо старпом и, смерив

меня лобным взглядом толкнул в спину.

Недавние воспоминания в одну секунду рассеялись, словно дымка над во-

дой и я поспешил в верхнюю каюту.

На мой неуверенный стук, послышался слегка хрипатый голос одноногого.

За долгий месяц путешествия, мне так и не удалось перемолвиться с ним сло-

вом. Райдер нечасто появлялся на палубе, проводя время в уединении, как

мой бывший наставник виртуоз Босвел.

– Проходи, садись, - холодно произнес одноногий.

Сам он расположился возле небольшого секретарского столика.

Прикурив трубку, капитан долго изучал какие-то пожелтевшие бумаги, а за-

тем не глядя на меня, поинтересовался:

– Та история, что ты рассказал мне... Могу ли я верить твоим словам?

– Мне нет выгоды врать, тэр, - не раздумывая ответил я.

– Стало

быть, ты действительно какое-то время был в услужение гнома-вели-

кана и даже умудрился побывать с ним в Ржавом городе...

– Так и есть, - кивнул я в ответ.

Капитан отложил исписанный лист в сторону. Затем глубоко затянулся и

выпустил наружу клубы сизого дыма.

– Ты говорил, его рука была механической. Верно? Точно ли ты запомнил:

правая, а не левая.

– Безусловно, - вновь откликнулся я.

Оказавшись возле стола, одноногий уткнулся в небесную карту, по которой

осторожно со скрипом передвигались металлические конструкции облаков и

воздушные караваны тянулись с запада на восток, создавая настоящий небес-

ный тракт, отмеченный тонкой красной нитью. Подобное чудо техники, со-

зданное искусными кранксами мне не раз приходилось видеть на материке,

но здесь, в свободных землях, где презирали технический прогресс и любое

изобретение механикусов, подобная вещь была явна в диковинку. Я искренне

удивился, но спросить капитана о ее происхождение так и не решился.

– Тебе знакома эта конструкция?
– одноногий указал на карту.

– Мне приходилось собирать подобный механизм, когда я служил у моего

учителя, виртуоза Босвела, - честно ответил я.

Капитан кивнул:

– Что ж, это хорошо. Видишь эти два полукружья?
– капитан обрисовал рукой

огромное пространство.
– Мы называем их Небесными океанами. Мир, кото-

рый живет по неведомым нам законам. Можно долго рассказывать о тех чу-

десах, что творятся в его пределах, но найти им хоть какое-то внятное объяс-

нение - невозможно. Направление ветра и общие ориентиры здесь не подда-

ются никаким законам, впрочем, как и все на свободных островах. Именно по

этой причине я пользуюсь механической картой...
– Правая линия широты ко-

торая должна была перемещаться вместе с движением корабля, внезапно

остановилась и, задрожала, будто струна.
– Гадский гоблин!
– прервав беседу,

прорычал капитан и, потеребив металлические крепления, пожаловался: -

Всегда заедает... Ну что ты будешь делать?

– Это все из-за пружины, она видимо совсем проржавела. Если желаете, я

могу посмотреть, - тут же откликнулся я.

– А сможешь?

– Да раз плюнуть, - откликнулся я и, не дожидаясь позволения, принялся

откручивать расположенные в углах крепления.

Управился я не так скоро как хотел, но в целом капитан остался доволен и

даже похвалил меня. Если бы он только знал каких усилий стоила мне эта ка-