Сто баксов на похороны
Шрифт:
– Да, – сказал он, – похоже на правду. Этого мы не учитывали. А зачем ты в отказ ушел? Ведь все против тебя. И свидетели. Вы там светились.
– Бабки брали. Ты моей скажи, чтоб курехи да жрачухи притащила. А то как по первой ходке, – Зубов усмехнулся, – или гастролер – у других на хвосте.
– Скажу, – записывая что-то на листе протокола, кивнул следователь.
– Слышь, – вздохнул Зубов, – дай хоть парочку сигарет.
– Вот. – Следователь достал из бокового кармана пиджака
– Пару сигареток зажилил, – взяв «Приму», усмехнулся Зубов.
– Ну возьми, – продолжая писать, кивнул следователь.
– Ты это, – вытряхнув из пачки «LM» почти половину сигарет, встрепенулся Зубов, – не забудь написать, что я сам чистосердечно признался. – Услышав в его словах что-то похожее на издевку, следователь поднял голову и взглянул на Зубова. Тот, усмехнувшись, подмигнул ему. – Чистосердечное признание смягчает наказание.
– Мутишь ты… Подписывать будешь? – спросил следователь.
– Я даже когда из утробы материнской вылез, за свое рождение не расписывался. – Зубов рассмеялся.
– Оставь «LM», – буркнул следователь. – Или скажу контролеру.
– Я же тебе признался, – напомнил Зубов. – А насчет росписи, – он дернул плечами, – никогда у вас не расписываюсь. Только за передачу или освобождение.
– Хрен с тобой! – написав: «От подписи отказался», махнул рукой следователь. Нажал кнопку вызова конвоя.
– Не забудь Инке сказать, – снова напомнил Зубов, – насчет передачки. Я тебе приятное сделал, ответь взаимностью.
– Знаешь, – сказал Шарик, – по-моему, ты зря с Саидом не договорился.
– Тебя это вообще никак касаться не должно, – холодно проговорил Михайлов. – А следовательно, и интересовать тоже. Понял?
– Как не понять! – Шарик усмехнулся.
– Ты вот что сделай, – как ни в чем не бывало проговорил Михайлов. – У тебя же есть знакомые в Тамбове? Я говорю о милиции. Съезди туда и узнай, что там против Шевцова имеют. Там вроде какая-то авария была, и Вячеслав с приятелями имеют к ней отношение. Узнай подробности и, самое главное, насколько Вячика и остальных это касается. Подробностей я не знаю.
– Хорошо, – согласился толстяк. – Сегодня же отправлюсь в Тамбов. Но, надеюсь, ты понимаешь… – Не договорив, он сделал характерный жест пальцами.
– Разумеется, – усмехнулся Константин Федорович. – Сейчас об этом даже дети знают. Деньги я дам, приличную сумму. Но ты отчитаешься за каждый потраченный доллар.
– Разумеется.
– И еще, Лева, мне нужно узнать об одном человеке. На предмет его сотрудничества со мной. Это там же, в Тамбове. Вот его адрес и анкетные данные. – Вытащив из бокового кармана пиджака конверт, протянул его Льву.
– Сделаю. –
– Ты просто узнай, подходит ли он мне.
– Все сделаю, – кивнул Шарик.
– Понятно, – держа у уха сотовый телефон, кивнул Альберт Александрович. – Это точно? – Выслушав ответ, довольно улыбнулся. – Это неплохой подарок Корину. Он знает подробности?
– Он их ждет, – усмехнулся мужской голос в телефоне.
– Не торопись ему сообщать, – засмеялся Альберт Александрович.
– Мне кажется, что он хочет их использовать…
– Предпочитаю точность, – недовольно прервал его Альберт. – Выходит, что Вячик лучший? Если это так, то сюрприз для Костика будет вдвойне неприятен.
– Я бы не сказал, что Вячик, Мага, Хаджи и Филин лучше.
– Подожди. Несколько дней назад у Корина были люди Папы. С чем они приезжали?
– Точно не знаю. Там был Уютный.
– Понятно, – проворчал Альберт. – Значит, тебя от подобных сделок держат на расстоянии. Постарайся выяснить.
– Постараюсь, – буркнул собеседник.
– Ты чем-то недоволен? – нахмурился Альберт.
– Я все узнаю, – ушел от ответа собеседник, – и сразу свяжусь с вами.
– Здравствуй, – входя, сказал Алексей.
– Здравствуй, – вздохнула открывшая дверь Виктория. – Я думала, ты больше не придешь. – В ее глазах он увидел благодарность.
– Как я мог не прийти? – укоризненно проговорил он. – Ведь тебе сейчас… – Не договорив, махнул рукой. – Вносите.
Отступив в сторону, Алексей пропустил двух рослых парней с сумками в руках. Вика удивленно смотрела на него.
– Некоторое время меня не будет, – сказал Алексей, – и я решил снабдить тебя всем необходимым. Ведь сейчас у тебя с деньгами не… – подыскивая слово помягче, замолчал.
– У нас всегда было не очень хорошо, – необидчиво призналась Вика. – Поэтому Коля и… – Она всхлипнула и быстро ушла в комнату.
– Все на кухню, – велел Алексей.
Парни прошли вперед. Он чуть слышно выматерился. Достал сигарету, закурил. Парни вернулись без сумок.
– Ждите в машине, – буркнул Алексей.
Они вышли. Алексей, в несколько глубоких затяжек докурив сигарету до середины, пошел в комнату. Уткнувшись в положенные на край стола руки, Вика тихо плакала.
– Перестань! – Он подошел к ней и положил руки на плечи.
Вздрогнув, она обернулась и тихо попросила:
– Не надо, Леша. Мне знаешь как плохо… Я не могу забыть Колю. Я люблю его. Мне кажется…
– Вика, – тихо перебил он ее, – перестань. Ведь Колька мертв. Ему все равно, что с тобой. Собственно, и всегда так было.