Стилет

Роббинс Гарольд

Ваникола плыл к центру изгиба бассейна, где резвилась молодежь. Их голоса доносились до Чезаре. Инстинктивно его рука опустилась на талию. Он почувствовал стилет в ножнах, спрятанных в плавках, и тут же отдернул руку.

Один из телохранителей встал и что-то прокричал Ваниколе. Тот неловко приподнялся на матрасе и, едва не свалившись в воду, перевернулся и лег на живот. Телохранитель сел на место.

Чезаре взглянул на Барбару. Она продолжала спокойно лежать. Он быстро поднялся, глубоко вдохнул и нырнул в воду. Его глаза были напряжены, когда

он вынырнул из глубины в центре бассейна.

Барбара села, услышав всплеск от его прыжка.

— Чезаре! — позвала она.

Но он уже плыл, лишь пузырьки указывали его путь. Она прищурилась и улыбнулась. Иногда он вел себя, как мальчишка. На протяжении трех дней он тренировался в этом бассейне, плавая под водой от одного борта до другого. Она взглянула на часы, висевшие на стенке домика. Было без двенадцати четыре. Она начала собирать вещи. Время подпирало, им пора уходить.

Барбара только что успела сделать последний штрих губной помадой, когда голова Чезаре появилась над бортиком бассейна рядом с ней. Когда он набирал воздух в легкие, его рот исказила странная гримаса. Он смотрел на нее невидящими глазами.

— Получилось на этот раз? — спросила она, улыбаясь.

— Да, получилось, — ответил он, вылезая из бассейна. Ее голос дрогнул.

— Чезаре!

В его глазах промелькнул страх. Рука опустилась на стилет. Тот был на месте, в ножнах. Он посмотрел на нее, затем, следуя за ее взглядом, — на себя. Поймал халат, который она перебросила ему, и обернулся им. Теперь она смеялась, пока он приближался к ней.

— Чезаре, ты как мальчишка. Как только возбуждаешься, это сразу видно, — поддразнила она его.

Он ухмыльнулся без всякого смущения. Затем взял ее за руку и поднял на ноги.

— Разве я не говорил тебе, что мы, сицилийцы, очень основательные люди? — рассмеялся он.

Барбара подхватила свою пляжную сумку, и, все еще смеясь, они отправились в отель.

В пляжном домике зазвонил телефон. Стэнли вскочил.

— Следите за ним, пока я отвечу на звонок, — бросил он другим агентам.

Они молча согласно кивнули и вышли из домика. Самый молодой из них осмотрелся и заговорил с другими.

— Сюда бы прийти, когда свободен от работы.

Остальные усмехнулись.

— Не потянешь. Здесь все безумно дорого.

Подошел Стэнли. Впервые за несколько дней он улыбался.

— Все в порядке, ребята, — сказал он. — Пускай вылезает. Вечером мы доставим его в Нью-Йорк.

Все тут же поднялись и повернулись к бассейну. Над ним разнесся голос Стэнли:

— Сэм, все в порядке! Выходи! Твои десять минут истекли.

Но для Сэма истекли не только десять минут. Сэм Ваникола лежал мертвым на проколотом матрасе, медленно идущем ко дну. Его лицо прижалось к пластиковому днищу, глаза уставились в воду. Последние воспоминания покинули его мозг. Он уже никогда не вспомнит появление ухмыляющегося лица Чезаре из глубины бассейна за мгновение до того, как его сердце разорвалось от боли.

Глава 9

Шоссе “Саншайн-стейт” бежит на

север от Майами к Форт-Пирсу мимо болот и топей, мимо цитрусовых рощ, которыми усеяно Атлантическое побережье Флориды. В начале зимы ночами раз за разом накатывает густой туман из остывающего моря и, смешиваясь с дымом в насыщенных выхлопными газами низинах, образует плотную пелену, которая цепляется за дорогу, как стеганое одеяло за перину.

Мощный двигатель автомобиля с откидным верхом работал с полной нагрузкой. Барбара протянула руку и включила радио. Салон машины заполнила музыка. Барбара, сидя за рулем, вглядывалась в то, как сильный свет фар разрезает первые волны тумана.

— Идет туман, — сказала она. Чезаре кивнул.

— Хочешь, чтобы я поднял верх? — спросил он.

— Давай еще немного проедем, — ответила она. — Мне пока удобно.

Несколько минут они ехали молча. Музыку, льющуюся из динамика, прервал голос диктора:

— Двадцать три часа. Передаем новости из Майами.

Чезаре посмотрел на Барбару. Она вела машину, полностью сосредоточившись на лежащей перед ней дороге.

Диктор продолжал:

— В связи с убийством сегодня днем Сэма Ваниколы в плавательном бассейне отеля “Сен-Тропез” в Майами-Бич правительство объявило в Нью-Йорке о полном крушении дела против четырех руководителей так называемого Синдиката.

Было выявлено, что каждый раз орудием убийства служил стилет. Стилет, как правило, представляет собой оружие мести; он широко применялся в Италии еще во времена Борджиа. К нему любили прибегать убийцы того периода в связи с тем, что его своеобразная форма вызывает внутреннее кровоизлияние, в то время как сама поверхностная рана закрывается, когда оружие вынуто из жертвы. Полиция и ФБР придают большое значение этому факту и используют все имеющиеся в их распоряжении средства, чтобы обнаружить зацепки, которые привели бы их к установлению личности убийцы или убийц. Тем временем в Вашингтоне...

Чезаре потянулся и выключил радио.

— Новости в наши дни предельно однообразны, — сказал он со смешком. — Все время убийства и преступления. Неужели они не могут найти никаких других тем?

Барбара никак не прореагировала. Ее глаза были устремлены на дорогу.

Он снова рассмеялся.

— Очнись, соня. Ты же ведешь машину.

— Я не сплю, — ответила она.

— Это приятно знать, — улыбнулся он. — Я чувствую себя увереннее.

Ее голос прозвучал несколько задумчиво.

— А я все думаю.

— О чем? — спросил он.

— О мужчине, который умер в бассейне. Хотелось бы знать, кто из них. Видела ли я его или он видел меня?

— Странная мысль, — сказал он. — Почему ты об этом думаешь?

Ее глаза все еще были прикованы к дороге.

— Возможно, если бы мы поговорили друг с другом, то я могла бы его предупредить. Не, знаю.

Он коротко рассмеялся.

— О чем бы ты могла его предупредить? Ты же не знала, что должно было произойти.

Она взглянула на него. Ее взгляд был внимательным и обеспокоенным.