Стихотворения (1919), Маяковский Владимир Владимирович

Стихотворения (1919)

Маяковский Владимир Владимирович

Небывалей не было у истории в аннале факта: вчера, сквозь иней, звеня в «Интернационале», Смольный ринулся к рабочим в Берлине. И вдруг увидели деятели сыска, все эти завсегдатаи баров и опер, триэтажный призрак со стороны российской. Поднялся. Шагает по Европе. Обедающие не успели окончить

обед — в место это грохнулся, и над Аллеей Побед — знамя «Власть советов». Напрасно пухлые руки взмолены, — не остановить в его неслышном карьере. Раздавил и дальше ринулся Смольный, республик и царств беря барьеры. И уже из лоска тротуарного глянца Брюсселя, натягивая нерв, росла легенда про Летучего голландца — голландца революционеров. А он — по полям Бельгии, по рыжим от крови полям, туда, где гудит союзное ржанье, метнулся. Красный встал над Парижем. Смолкли парижане. Стоишь и сладостным маршем манишь. И вот, восстанию в лапы отдана, рухнула республика, а он — за Ламанш. На площадь выводит подвалы Лондона. А после пароходы низко-низко над океаном Атлантическим видели — пронесся. К шахтерам калифорнийским. Говорят — огонь из зева выделил. Сих фактов оценки различна мерка. Не верили многие. Ловчились в спорах. А в пятницу утром вспыхнула Америка, землей казавшаяся, оказалась порох. И если скулит обывательская моль нам: — не увлекайтесь Россией, восторженные дети, — я указываю на эту историю со Смольным. А этому я, Маяковский, свидетель.

С ТОВАРИЩЕСКИМ ПРИВЕТОМ, МАЯКОВСКИЙ

Дралось некогда греков триста сразу с войском персидским всем. Так и мы. Но нас, футуристов, нас всего — быть может — семь. Тех нашли у истории в пылях. Подсчитали всех, кто сражен. И поют про смерть в Фермопилах. Восхваляют, что лез на рожон. Если петь про залезших в щели, меч подъявших и павших от, — как не петь нас, у мыслей в ущелье, не сдаваясь, дерущихся год? Слава вам! Для посмертной лести да не словит вас смерти лов. Неуязвимые, лезьте по скользящим скалам слов. Пусть хотя б по капле, по две ваши

души в мир вольются и растят рабочий подвиг, именуемый «Р е в о л ю ц и я». Поздравители не хлопают дверью? Им от страха небо в овчину? И не надо. Сотую — верю! — встретим годовщину.

МЫ ИДЕМ

Кто вы? Мы разносчики новой веры, красоте задающей железный тон. Чтоб природами хилыми не сквернили скверы, в небеса шарахаем железобетон. Победители, шествуем по свету сквозь рев стариков злючий. И всем, кто против, советуем следующий вспомнить случай. Раз на радугу кулаком замахнулся городовой: — чего, мол, меня нарядней и чище! — а радуга вырвалась и давай опять сиять на полицейском кулачище. Коммунисту ль распластываться перед тем, кто старей? Беречь сохранность насиженных мест? Это революция и на Страстном монастыре начертила: «Не трудящийся не ест». Революция отшвырнула тех, кто рушащееся оплакивал тысячью родов, ибо знает: новый грядет архитектор — это мы, иллюминаторы завтрашних городов. Мы идем нерушимо, бодро. Эй, двадцатилетние! взываем к вам. Барабаня, тащите красок вёдра. Заново обкрасимся. Сияй, Москва! И пускай с газеты какой-нибудь выродок сражается с нами (не на смерть, а на живот). Всех младенцев перебили по приказу Ирода; а молодость, ничего — живет.

Комментарии

Потрясающие факты. Впервые — газ. «Искусство коммуны», Пг., 1919, 19 января.

Написано в связи с восстанием берлинских рабочих в январе 1919 года.

Анналы — летопись, хроника.

…триэтажный призрак со стороны российской. Поднялся. Шагает по Европе. — В основу этого образа положена первая строка «Коммунистического манифеста» К. Маркса и Ф. Энгельса: «Призрак бродит по Европе — призрак коммунизма».

С товарищеским приветом, Маяковский. Впервые — газ. «Искусство коммуны», Пг., 1919, 9 февраля.

Фермопилы — узкое ущелье, где произошла битва трехсот греков с персидским войском.

Мы идем. Впервые — двухнедельная газ. Искусство» (Вестник Отдела изобразительных искусств Наркомпроса), М., 1919, 1 апреля.

К работе в Наркомпросе Маяковского привлек А. В. Луначарский, нарком просвещения. Несмотря на полемику с Маяковским по ряду вопросов, Луначарский неизменно отзывался о нем как о «даровитейшей и энергичнейшей фигуре нашей культурной жизни».

В. Макаров.

Комментарии: