Стихи
Шрифт:
Успокаивает приятная подзадержавшаяся осень. Я ежедневно гуляю, чаще всего вечером. Слышен гул моря. А в парке совсем темно, но я знаю на ощупь каждую дорожку.
Зрение мое заметно сдает, поэтому читаю мало. Чаще стихи, чем прозу. Да что-то приметного нового не видно — Галя пролистывает все журналы.
Сейчас вот перечитываю Баратынского в новом издании и, как всегда, изумляюсь и потрясаюсь…
У меня напечатан цикл стихов в 10-м номере «Др[ужбы] народов». Видимо, главный мой козырь — раскованность среди поэзии умелой и манерноватой.
Готовится к сдаче в «Сов[етском]
Будьте здоровы.
Ваш Д. Самойлов
А[лексей] И[ванович] писал мне, что получил много писем после смерти Элико. Ваше — самое лучшее.
1 Приводим дарственную надпись: «Дорогой Лидии Корнеевне многострадальные «Времена» от любящего ее Д. Самойлова. 9.11.83 Пярну».
114. Д.С. Самойлов — Л.К. Чуковской
27 ноября 1983"
Дорогая Лидия Корнеевна!
Вчера узнал о суде над Дачей. Радуюсь решению1. Будет ли протестовать Литфонд? Лучше бы ему успокоиться, ведь свое отношение к Вам он выразил. И это ему зачтется. А Вас и Люшу — поздравляю!
Книга воспоминаний о А. Я[кобсоне], конечно, дело хорошее. У меня есть несколько страничек и стихи. Довольно много и интересно написала Галя. Но боюсь, что все это не пойдет, ибо мы оба пытались описать живого Толю — равнодействующую многих сил. Сборник же, скорей всего, будет вдовий, как воспоминания покойной Ю.Д.2 Приступают к созданию книги уже не в первый раз. Ко мне уже однажды обращалась Ю.Д. Но, видимо, ничего тогда не получилось.
А муж Ю[ны] Д[авыдовны], по-моему, тоже славный3.
У нас установилась, было, зима. Но вдруг снова все потекло. Сыро, ветер дует. Самая неуютная пора. Втянулся в работу и за это время напереводил разного, в том числе «Пьяный корабль» Рембо. Переводился он много раз (Бродский, Антокольский, Мартынов, Кудинов). Лучше других перевод Бенедикта Лившица. Но издательство хочет нового. Надеюсь, мой перевод никому не помешает.
Как всегда, когда работаю, утрясается душа, и даже стихи стали пошевеливаться. Появилось ощущение какой-то новой раскованности в стихе. Поглядим.
Простите, что пишу беспорядочно. Главной целью было поздравить Вас и Люшу.
Привет и поздравление от Гали.
Сегодня 18 лет Варваре. Пашка болеет. Обычные наши дела.
Будьте здоровы.
Ваш Д.С.
1 На этом заседании первая судебная инстанция (районный суд г. Видное) отклонила ходатайство Литфонда о выселении семьи Чуковского и его музея из переделкинского дома.
2 Юна Давыдовна Вертман (1931–1983), преподавательница литературы, режиссер, приятельница А. Якобсона. Ее «Странички о Толе» см. в сб.: Анатолий Якобсон. Почва и судьба. Вильнюс — Москва, 1993, с. 302–313.
3 Упомянут Василий Евгеньевич Емельянов, муж Ю.Д. Вертман.
115. Д.С. Самойлов — Л.К. Чуковской
27 декабря 1983
27.12.83
Дорогая Лидия Корнеевна!
С Новым годом. Желаю Вам всего доброго, а особенно —
Получил от Ники книгу Марии Сергеевны1. Книга замечательная. Ранние стихи очень чистые, но немного стесненные. А с 40-х — постоянный подъем, свобода, открытость, вдохновение. Успех книги бесспорный. Труднее будет литературоведам, когда начнут вставлять Петровых «в ряд». Кто она? Поэт какого поколения, какого десятилетия? Но это, впрочем, их забота.
Предисловие Арсения вялое. Мало мыслей и… любви.
Я сейчас пытаюсь написать несколько страниц воспоминаний о М.С. Странная дама — вдова Дейча — предложила мне написать эти страницы чуть не за два дня. Сборник, для которого они предназначены, издается в Армении, и составляла их Дейчиха целый год. Я ее сильно отчитал по телефону. Но все же засел за писание. Пишется очень трудно, потому что характер М.С. состоит из очень тонких переходов от необычайной мягкости к необычайной же твердости. А писать просто рецензию на «Предназначение» не хочется.
К тому же пришлось прерваться — поездка в Ленинград. Там я пробыл три дня. Дважды выступал, и еще целый день таскали меня по друзьям. Алексею Ивановичу не позвонил, ибо днем это невозможно, а вечерами я был занят. Да и страшно было звонить. Светская беседа была бы нелепа, а для подлинного общения не было сил. Ведь поездка моя после болезни была пробная, и я далеко не был уверен, что ее сдюжу.
После московской поездки довольно много работал. Написал несколько стихотворений новыми для меня ритмами. Поскольку сам в них не очень уверен, оставил их в столе отлеживаться. Вдруг отлежатся до чего-то путного. За неимением журнала посылаю Вам верстку стихов, напечатанных в «Др[ужбе] народов».
В Пярну никак не окончится осень. Петр и Павел исправно болеют. Варвара готовится (или делает вид) к поступлению в Финансово-статистический ин[ститу]т.
Галя порой приходит в отчаяние от регулярности супно-котлетного производства.
Еще раз — с Новым годом.
Ваш Д. Самойлов
27.12.83
1 М.С. Петровых. Предназначение. М.: Советский писатель, 1983.
116. Л.К. Чуковская — Д.С. Самойлову
19 января 1984
19/I 84
Дорогой Давид Самойлович.
Да, я тоже считаю книгу М[арии] С[ергеевны] большим событием и каждодневно радуюсь ей. Но у меня претензии к Нике. Дивные стихи разбавлены бледными. 20-е годы совсем не нужны. В 40-х о войне хорошо только одно стихотворение: остальные несколько «приподняты», а М.С. нельзя было становиться на цыпочки ни на дюйм. Она вся в глубине, и ее сила в глубокости". Я назвала бы ее книгу: «Противостояние». Ни единой вычуры, никакого модерна, никакого авангардизма. Глубинные корни языка и перехватывающие дыхание ритмы. Ритм поразителен не только в «Назначь мне свиданье», но и в «Горе», и в «Какое уж тут вдохновение — просто», и «У меня большое горе» — да всего и не перечислишь. Предисловие Арс[ения] Ал[ександровича] мне тоже не очень-то по душе. Вы правы: много мыслей и мало любви. И все же не в глаз, а в бровь. Не в точку, а где-то возле.