Стихи

Мориц Юнна Петровна

И к линии прислушиваюсь гибкой...

Пока не вспыхнет узнаванья свет

И с ним - из тьмы исхищенный портрет

Живого звука с милосердною улыбкой.

Тогда, на горле блузу распахнув,

Я тонкое беру, как стеклодув,

И звук живой вдыхаю в эту пленку

И вся в нее уходит жизнь моя

В прозрачном виде, как воздушная струя...

А звука ненаглядное лицо

Так переливчато и, господи, так звонко!

x x x

Когда

читатель за тебя домыслит,

А также зритель за тебя дозреет,

А рецензент с повадкой резидента

Дорасшифрует за тебя, доразовьет,

Советую тебе молиться на ночь

("Молилась ли ты на ночь, Дездемона?" ,

Теперь нельзя без ссылок на источник!),

Чтоб ни за что никто не догадался,

Что можно за тебя доумереть...

Ю.Мориц

– -----

ПО ЭТОМУ ПОВОДУ

Я скулить бы не стала по этому поводу,

Я ушла б... со скулящими ведрами по воду,

Полный чайник на пламени стал бы скулить.

Я не стала бы слезы по скулам размазывать,

Петь я стала бы, сказку ребенку рассказывать,

Очень вкусную шутку солить.

Ни за что бы не стала я плакать и маяться.

Поднялась бы над этим, как мать поднимается

Над разбитой любовью, судьбой,

И отсутствует взором, но сердцем присутствует,

Грудью кормит, словами хранит и напутствует,

Оставаясь прозрачною и голубой.

Ни за что бы не стала я боль эту жгучую

Заставлять улыбаться по всякому случаю,

Корчить маску счастливее всех,

Делать вид, впечатленье такое чудесное,

Будто сыплется сверху, как манна небесная,

На избранницу божью успех.

Нет, подняться над болью, как мать поднимается

И ребенку поет, и в хрусталик сжимается,

Оставаясь прозрачною и голубой.

Петь! Как предки мои, скрипачи и сапожники,

Столяры и портные, врачи и художники,

Океаны, туманы, ручьи, пастухи,

Звездочеты, матросы, черемухи, птицы...

x x x

Я - хуже, чем ты говоришь.

Но есть молчаливая тайна:

Ты пламенем синим горишь,

Когда меня видишь случайно.

Ты в синем-пресинем огне

Живучей влюбленности пылкой

Ворочаешь с горькой ухмылкой

Плохие слова обо мне.

Я - хуже, чем ты говоришь.

Но есть молчаливая тайна:

Ты пламенем синим горишь,

Когда меня видишь случайно.

И этот костер голубой

Не я ли тебе подарила?

Чтоб свет не померк над тобой,

Когда я тебя разлюбила?

Я - хуже, чем ты говоришь.

Но

есть молчаливая тайна:

Ты пламенем синим горишь,

Когда меня видишь случайно.

Но жгучую эту лазурь

Не я ль разводить мастерица,

Чтоб синие искры в глазу

Цвели на лице твоем, рычарь?

Я - хуже, чем ты говоришь.

Но есть молчаливая тайна:

Ты пламенем синим горишь,

Когда меня видишь случайно.

Так радуйся, радуйся мне!

Не бойся в слезах захлебнуться,

Дай волю душе улыбнуться,

Когда я в дверях и в окне.

Я - хуже, чем ты говоришь.

Но есть молчаливая тайна:

Ты пламенем синим горишь,

Когда меня видишь случайно.

x x x

Резкий ветер зарю погасил,

Восковая луна возникает,

Закрывают мясной магазин,

И от холода голубь икает.

Осторожнее! Пахнет весной

Спиртом, марлей, орущей рассадой.

Вербный прут на витрине мясной,

Радуй сердце! Пожалуйста, радуй!

Серебрись, мой воздушный, звени!

Ты мой стройный,

Мой дымчатый, вербный,

Ты не плачь, ты меня извини,

Я бегу - закрывается хлебный!

Ю.Мориц

– -----

ПЕРВОБЫТНОЕ

Привычка жить в тисках

животного инстинкта,

Кошмары созерцать

и полнить вымена,

Рождаться и рождать

из фосфора и цинка

Чтоб не кончалась плоть

и длились времена.

Привычка тосковать

и выть от одиночеств,

Вынюхивая след

себе подобных стад,

Чтоб тосковать и выть

в ярме имен и отчеств,

И плуг любви тащить

с восхода на закат.

Привычка няньчить свет,

чья узкая полоска

Сквозь мрак сочится к нам,

как божье мумие,

Чтоб лепестки огня

над столбиками воска

Очеловечили скотину и зверье.

x x x

Не трудно быть новым, но трудно быть вечным.

Афоризм

Терпеть не могу афоризмов! Доверясь

Их чопорной магии, звонам кузнечным,

Впадаешь, к примеру, в такую вот ересь:

"Не трудно быть новым, но трудно быть вечным".

Я это прочла и кинжальчик булатный

Вонзила в сей перл, и за выспренным словом

Увидела смысл совершенно обратный:

Как трудно быть вечным, как трудно быть новым!

Я это прочла в дневнике у певуньи,

У сверстницы из иноземного края,

И вижу: сидит она там в новолунье

И перлами сыплет, на лире играя,