Стихи и эссе

Оден Уистан Хью

Миранда Я вам жена, когда меня возьмете, А нет, — служанкой вашей. Как подругу Вы можете отвергнуть, но служанкой Быть мне не запретите. Фердинанд Госпожою. А я слуга смиренный. Миранда Значит, муж мне? Фердинанд От сердца, так охотно, Как

раб к свободе. Акт III, сцена 1.

И Фердинанд, и Миранда далеки от остроумных, отстаивающих свою свободу любовников комедий и от великих поэтических любовников трагедий, Ромео и Джульетты, Антония и Клеопатры. Шекспир не позволил им говорить возвышенными поэтическими монологами, которые довольно подозрительны, когда их произносят вслух.

Прежде чем разыграть перед Фердинандом и Мирандой свадебное представление, Просперо предостерегает их от опасностей плотских желаний:

Смотри, будь верен слову, и желанья Держи в узде. Когда огонь в крови, Все клятвы, как солома. Будь воздержан. Иначе, брак прости-прощай. Акт IV, сцена 1.

Во время самого представления (где Церера олицетворяет землю, Ирида — воду, Юнона — небо, а Венера, что выглядит довольно-таки зловеще, — огонь) Церера, обращаясь к Ириде, произносит любопытную реплику о Венере и Купидоне [570] :

В этих двух сердцах Они старались страсть разжечь сперва, Но те клялися в брачные права До свадьбы не вступать. Пропал заряд, И Марсова любимица — назад! Акт IV, сцена 1.

570

В цитируемом русском переводе пьесы эту реплику произносит Ирида.

Фердинанд и Миранда не сознают опасностей плотской страсти, и поэтому сумели их избежать.

"Буря", как и другие поздние пьесы Шекспира, завершается сценой примирения и прощения. Однако финал "Бури" мрачнее, и небеса здесь темнее, чем в "Зимней сказке", "Перикле" и "Цимбелине". В этих трех пьесах каждый просит и получает прощение, но в магическом круге "Бури" мы видим только Просперо, Миранду, Фердинанда, Гонзало и Алонзо. Алонзо получает прощение, так как просит о нем. Он виноват меньше других, а страдает больше всех. Гонзало, персонажу безусловно положительному, прощают его слабохарактерность. Антонио и Себастьян не говорят Просперо ни слова: единственное, что мы услышим от них после сцены примирения, — насмешки над Тринкуло, Стефано и Калибаном. Антонио и Себастьян избегли наказания, но нельзя сказать, что они прощены, ибо не стремятся к этому, а милосердие, проявленное к ним Просперо, означает лишь то, что он не хочет мстить. Калибан прощен условно, и нельзя сказать, что он, Стефано и Тринкуло раскаялись. Они понимают только то, что оказались на стороне проигравших и признают свою глупость, но не заблуждение. Всего этого не замечает Миранда, которая восклицает:

Чудеса! Как много дивных собралось созданий, Как люди хороши! Прекрасен мир, Где жители такие! Акт V, сцена 1.

"Все ей вновь!" (V.1) — следует ответ Просперо. Пожалуй, для Просперо пьеса не оканчивается на радостной ноте. Он обращается ко всем:

А утром поведу вас на корабль И поплывем в Неаполь. Повенчаем, Порадуюсь на милых голубков — И удалюсь в Милан, где каждой третьей Моею мыслью будет мысль о смерти. Акт V, сцена 1.

Мы переходим к музыке в "Буре", к музыке, вплетенной

в ткань пьесы и составляющей ее обрамление. Есть песни Ариэля:

На желтой песок сойдись, За руки берись, Справив ласковый поклон (Волны впали в сон), — Ловко ноги там и тут, Духи песенку поют. Внимай. Акт I, сцена 2. Глубоко там отец лежит, Кости стали как кораллы, Жемчуг вместо глаз блестит, Но ничего не пропало. По-морски лишь изменилось, В чудо-клады превратилось. Нимфы шлют унылый звон, Чу! Я слышу: дин-дон-дон. Акт I, сцена 2. Где пчела, и я сосать, В чашке буквицы — кровать, Тихо сплю — сова кричать, Мышь летучую седлать, Лето весело догнать. Весело, весело жизнь проведу Там, где цветочки висят на кусту. Акт V, сцена 1.

Есть музыка, звучащая для того, чтобы усыплять или пробуждать, "странная и торжественная музыка" на пиру (III. 3), "нежная музыка" во время бракосочетания (IV. 1) и "торжественная музыка", звучащая, когда Проспе- ро погребает в землю волшебный жезл (V. 1), чтобы заворожить двор. В пьесе звучат стоны бури, гром и собачий лай. Музыка ассоциируется со злобой Калибана, честолюбием Антонио и скорбью Фердинанда об отце. В сценах с Просперо и Мирандой, Фердинандом и Мирандой, Гонзало и Алонзо музыки больше, чем в других эпизодах.

Природа волшебника, вполне логично связанная в пьесе с природой художника-творца, также соотносится с музыкой. Что в своих пьесах говорит о музыке Шекспир? В "Венецианском купце" Лоренцо утверждает:

Тот, у кого нет музыки в душе, Кого не тронут сладкие созвучья, Способен на грабеж, измену, хитрость [571] . "Венецианский купец", акт V, сцена 1.

571

Перевод Т. Л. Щепкиной-Куперник.

В более поздних пьесах музыку часто используют в целях врачевания. Лекарь в "Короле Лире" приказал играть, когда Лир очнулся от помешательства ("Король Лир", IV. 7). Церимон в "Перикле" пробуждает Таису под звуки музыки ("Перикл", ш. 2), а Паулина в "Зимней сказке" просит музыки, когда оживает статуя Гермионы ("Зимняя сказка", V.III). В "Антонии и Клеопатре" печальная музыка звучит из-под земли, когда мы узнаем, что "Бог Геркулес, которого Антоний / Считает покровителем своим, / Уходит прочь" [572] ("Антоний и Клеопатра", IV.3). Песня Бальтазара из "Много шума из ничего" — "К чему вздыхать, красотки, вам? / Мужчины — род неверный" [573] ("Много шума из ничего", II. 3) — звучит предостережением против неверности мужчин и глупости женщин, воспринимающих их серьезно. Б "Мере за меру", когда Мариана говорит, что песня"…не для развлеченья, / А только чтоб смягчить тоски мученья", герцог приводит пуритански строгий довод против музыки мира:

572

Перевод M. А. Донского.

573

Перевод Т. Л. Щепкиной-Куперник.