Стетсон
Шрифт:
– Отпусти меня, пусти, пусти, - пищал хозяин этого дома, пока отец покрывал его щеки поцелуями. Стетсон опустил его на пол, и тот тут же умчался в неизвестном направлении.
Кайли улыбнулась, когда ее мужчина подошел к ней и запечатлел
– Я скучал по тебе,- сказал он, а его глаза запылали голодным огнем.
Она провела ладонью по его крепкой татуированной руке:
– Я тоже скучала. Очень, - ответила она, чувствуя легкость в груди, - Поверить не могу, что дети медведей-оборотней такие гиперактивные, - но она не за что бы не променяла это на спокойствие и тишину без малыша. Он был ее ангелом.
– Просто дождись, когда пройдет этот «Рывок роста», - Стетсон погладил ее по руке, - Ной станет спокойнее.
Ной. Ей всегда нравилось это имя, а сейчас она любила его еще больше.
Стетсон опустился на диван рядом с ней:
– Просто расслабься, любовь моя, - он стал мягко массажировать ее ладонь, - А я тебе в этом помогу.
Она мягко застонала и, полностью расслабившись, отдалась воле его мастерских рук.
Кайли резко распахнула глаза, уставившись в пол церкви, на котором лежала.
– Ого, - прошептала она, поглаживая рукой свой живот. Она уже чувствовала его. Ноя. Он уже был ее частью.
Поднявшись, девушка разошлась в неконтролируемом приступе смеха. Это было видение ее будущего, и оно было потрясающим. Впервые.
Две тяжелые деревянные двери распахнулись, и в зал влетел
– Ты в порядке?
– он подхватил ее и прижал к себе, - Ты не вошла в зал, и я подумал… Почему ты смеешься?
– Прости, - она попыталась успокоиться, - Я просто… я люблю тебя.
Выражение его лица с обеспокоенного сменилось на счастливое:
– Я тоже тебя люблю. И ты выглядишь чертовски феноменально.
– Отлично, - она шлепнула по его упругой ягодице, - Возвращайся на исходную позицию и жди меня. Давай уже поженимся.
Отпустив ее, он помчался обратно к алтарю, где уже стоял весь Когтистый Отряд.
– Врубайте музыку, - прокричал Стетсон, когда двери закрылись перед ней, чтобы вновь открыться через несколько секунд.
Кайли улыбнулась и погладила свой плоский живот. На глаза навернулись слезы.
«Добро пожаловать в семью, Ной. Я только что о тебе узнала, но уже до смерти люблю.»
Она вошла в зал. Половина Колвуда была тут. Но ее взгляд был прикован лишь к одному человеку: к папочке ее ребенка, к ее лучшему другу, к ее паре, который станет ее мужем через несколько минут.
Она двинулась вперед с теплом, переполнявшем ее сердце. Ей не нужно было видение, чтобы знать, что их будущее будет счастливым.
Взгляд Стетсона сказал бы ей все, пока она шла к алтарю. И этого было достаточно.