Стервятник
Шрифт:
Между тем, жара становилась нестерпимой. Ослепительное солнце превратилось в безжалостного врага. Перед глазами всадников плыли лиловые тени. Каждое прикосновение к телу одежды или горячего оружия было мучительным. Вскоре им пришлось спешиться, чтобы сохранить лошадей. Они брели в направлении, указанном аббатом. Против этого не возражал и Фрог, убегавший далеко вперед. Люгер уже мечтал только об одном - найти какое-нибудь заброшенное строение, чтобы переждать в нем дневную жару. Но уже долгое время они не видели и клочка тени, за исключением чернильных пятен под собственными ногами.
Графиня
Во второй половине того дня они вышли к развалинам древнего города. С холма, на который с трудом взобрался караван, открылся вид на бескрайнюю равнину, сплошь покрытую руинами. Когда-то этот город был больше любого из всех известных Люгеру городов западных королевств. Более того, этот город был совершенно другим - его здания были похожи на четырехгранные башни, остовы которых теперь погружали в тень целые улицы.
Эта тень выглядела весьма привлекательно, однако Люгера озадачило поведение пустынного пса. Завидев развалины, тот держался в хвосте отряда, словно предоставляя людям самим проверить безопасность этого места. Одно было ясно - перед ними не Кзарн. К тому времени смерть в пустыне представлялась Стервятнику самым реальным исходом путешествия, поэтому он стал спускаться с холма.
– Это - закрытый город, - услышал он сзади голос Кравиуса. Оглянувшись, Слот увидел, что все его спутники остались на вершине холма, несмотря на палящее солнце. В этот момент со стороны развалин раздался сильный грохот и целый фонтан песка и раздробленных камней поднялся вверх неподалеку от Люгера. За этим последовал дробный стук; в окнах разрушенных зданий замелькали вспышки света и целый ряд песчаных фонтанов поменьше отделил Слота от людей, стоявших на холме.
Люгеру дали ясно понять, что здесь он чужой и его визит нежелателен. Хорошо еще, что невидимые снаряды не убили его. Он оценил гуманность, проявленную хозяевами развалин, и благоразумно повернул назад. Похоже, тут его оружие выглядело смехотворно.
– Нужно идти дальше на юг, - сказал Кравиус, когда Слот приблизился к нему.
– Те места еще более странные, но там, по крайней мере, стреляют не сразу...
– Вряд ли мы доживем до вечера, - мрачно заметил Люгер, наблюдая за маленьким четвероногим силуэтом, устремившимся в самое сердце пустыни.
– Дальше, может быть, станет совсем не жарко, - произнес аббат загадочную фразу, но так тихо, что этих слов никто не услышал.
Они брели, не оставляя следов на каменной поверхности пустыни. Два человеческих и один лошадиный скелет, найденные по пути, не улучшили их настроения. Стервятник шел, как заведенная механическая кукла; в его голове уже не осталось мыслей, черные цветы распускались перед глазами и лопались, оставляя после себя чернильные облака. Медленно раскачивалась впереди линия горизонта... Люгер постепенно утрачивал интерес и к талисману, и к поискам Небесного Дракона, и к самой жизни.
Поэтому он даже не заметил момента, когда вдруг исчезло солнце. Удивленный и сдавленный возглас Нокры вывел его из летаргии. Лошадь дернулась
Это было похоже на внезапно наступившую ночь, но на небе не было звезд. Более того, в той стороне, откуда шел караван, теперь был виден силуэт высокого хребта, очерченный багровой каймой зари.
Холодный ветер подул из темноты. Слот успокоил все еще дрожавшее животное и остановился, поджидая отставших Кравиуса и Арголиду. Аббат был спокоен и невозмутим, но в глазах графини Норгус угадывался затаенный страх.
– Хороший признак, - пробормотал Кравиус слабым голосом, проявляя непонятное удовлетворение.
– Это означает, что самое худшее позади...
Люгер посмотрел на него с нескрываемой ненавистью, но тот вряд ли отчетливо видел его лицо.
– Пойдем еще дальше на юг?
– ядовито спросила Арголида, опираясь на спину своей измученной лошади.
– Здесь больше нет направления на юг, - осторожно сказал аббат, по-видимому, опасаясь слепого гнева Стервятника.
– Теперь можно надеяться только на него, - он показал в ту сторону, где в последний раз мелькнул силуэт пустынного пса.
Люгер медленно выдохнул сквозь плотно сжатые зубы. По крайней мере, невидимые боги смилостивились над ними - палящее солнце исчезло и можно было немного отдохнуть. К тому времени он уже перестал ощущать голод...
– Фрог ищет свой Кзарн, - с отвращением сказала Арголида, обращаясь то ли к аббату, то ли к Стервятнику.
– Что ты собирался делать в этой пустыне без него?
Кравиус расплылся в неожиданной улыбке.
– Рано или поздно они найдут меня...
– заявил он с веселой обреченностью. Похоже было, что для него все самое страшное действительно осталось позади.
– Кто найдет тебя здесь, идиот?!
– почти закричала Арголида.
– Те, которые сделали это, - аббат постучал пальцем по металлической пластине в черепе.
В это время евнух, расседлавший лошадей, подбежал к ним и стал показывать в сторону хребта, темневшего на горизонте. Над черной иззубренной полосой разливалось слабое сияние - предвестие неведомого восхода.
Вскоре холодный свет посеребрил пустыню, превратив ее в ледяное озеро, простиравшееся до отдаленных гор. Над ними всплыл огромный свинцовый диск Луны, которую называли в Валидии Зрачком Дьявола. Люгер узнал очертания лунных морей и горных хребтов, но здесь, на юге, светило казалось невообразимо огромным и имело совсем другой оттенок...
Стало светло, как пасмурным днем на севере. В тусклом рассеянном свете лица людей были бледными и плоскими. Люгер лежал на холодеющей земле, безразлично уставившись в бесцветное небо, пока не услышал частое дыхание Фрога, вернувшегося из пустыни. Арголида долго разговаривала с ним о чем-то при помощи своих блестящих камней. По-видимому, ей удалось внушить псу ощущение приближающейся смерти, потому что вскоре тот дал понять, что внял ее просьбе. Отряд снялся с места и спустя некоторое время Фрог привел его к замерзшей реке. То, что Люгер увидел, было странно, чудовищно, необъяснимо, но не более странно, чем внезапное исчезновение солнца.