Стервы
Шрифт:
Ой, прием в честь помолвки! Она совершенно забыла! Но опоздать было просто невозможно: сейчас только четверть шестого. Если сразу взять такси, она через двадцать минут будет дома, еще через десять — под душем, к четверти седьмого высушит волосы, оденется к…
— Идем сюда. — Джером потянул ее за рукав пальто и увлек в боковой переулочек. Оглянулся, удостоверился, что их никто не видит, и нежно поцеловал Глорию.
— Да, я же тебе так и не сказал, что говорят о первом снеге. С кем бы ты ни была, когда пошел первый за зиму снег, этот человек
— Ты это сам выдумал, — засмеялась Глория.
— Эй, Рыженькая, почему ты не веришь мне?
Они прошли по переулку, дошли до угла, и Джером поймал ей такси. Забрал стаканчик, который она так и держала в руке, и ласково сказал:
— А теперь езжай, развлекайся на своем приеме.
Такси отъехало, а она все смотрела на него в окошко. Прежде чем повернуться и уйти, он вылил какао на землю, и снег приобрел цвет шоколада.
***
— У меня это просто не получится. — Глория, обернутая полотенцем персикового цвета, тяжело опустилась на край ванны, с ее волос стекали на спину капельки воды. До начала приема оставалось полчаса, а она еще не начинала одеваться. — У меня не осталось сил притворно улыбаться.
— Вдохни поглубже, — посоветовала Клара и шумно втянула в себя воздух, показывая, как надо. Она только что зачитала Глории список всех репортеров, которых ожидали на приеме. Теперь свернула список и бросила на мраморный туалетный столик. — Не берусь ничего делать с твоими чувствами, но о твоем внешнем виде, по крайней мере, могу позаботиться. Сиди здесь и не двигайся!
— Да куда я денусь? — промямлила Глория, а Клара опрометью выскочила из ванной.
Глория держалась молодцом, пока не начала брить ноги после душа. Заметила свежий синяк на колене — это она ударилась, шлепнувшись на лед с Джеромом, — и мысли ее вернулись к сегодняшнему свиданию. Бастиан никогда не повел бы ее на каток.
Еще совсем мокрая, Глория выползла из ванной и плашмя упала на кровать.
— Давай, давай, поднимайся! — Клара вошла в комнату, закрыла дверь и резко хлопнула в ладоши. — Я тебе разве не сказала сидеть и никуда не уходить? — Тут она взобралась на кровать и немного попрыгала на ней.
— Я тебя поняла! — Глория с трудом заставила себя принять сидячее положение.
— Я принесла все, что нужно. Твоя задача — сидеть спокойно и делать, что я говорю. — Клара помахала перед носом Глории каким-то флаконом. — Тебе необходимо лекарство.
Глория выхватила у нее маленькую бутылочку и с восхищением рассмотрела. Она была позолочена, спереди на стекле выдавлена бабочка, а на пробке вырезаны буквы — «К и Г».
— Откуда это у тебя? — спросила она, отвернула пробку и понюхала содержимое.
— Нет времени на вопросы, — сказала ей Клара, поцокав языком, — осталось только время делать то, что сказано. Давай-ка, пей.
Глория повиновалась. Ощущение
— Ты что, отравить меня хочешь? — спросила она, отчаянно кашляя. — Что это за гадость?
— «Зеленая фея», — ответила Клара, в свою очередь принюхавшись к содержимому бутылочки. — Хотя я никогда не могла понять, отчего ее называют зеленой — вкус у нее как у черной лакрицы.
— Ты на каком языке говоришь?
— Это абсент [125] , дорогая моя. — Клара снова усадила Глорию на краешек кровати.
Глория чувствовала, как по телу разливается тепло, принося с собой расслабленность и успокоение. Ей казалось, что алкоголь пульсирует в кончиках пальцев.
— Но я не могу появиться перед репортерами «под мухой»!
— Тебе так хочется, чтобы они увидели тебя в нынешнем миленьком состоянии?
— Принимается. — Глория сделала еще глоток из бутылочки.
125
Алкогольный напиток из спирта, воды и различных трав. Крепость от 45° до 72°. Пьют обычно разбавленным, с сахаром. Название «зеленая фея» возникло во Франции и связано с тем, что абсент чаще всего имеет зеленоватый цвет, хотя бывают и бесцветные сорта.
Клара поставила на кровать черный кожаный чемоданчик, открыла замки из желтой меди. Внутри помещался целый магазин косметики: баночки с пудрами, тюбики губной помады, баночки румян, флакончики с мазями, ряды кисточек, щеточек, карандашей.
— Ты что, собралась поступать на сцену? — недоуменно захлопала глазами Глория.
— В нашей семье, — засмеялась Клара, — хватит и одной артистки. А теперь закрой глаза. — Она откупорила баночку крема с молочаем и начала втирать Глории в щеки.
— У этого крема такой мерзкий запах!
— Красота требует жертв, — назидательно произнесла Клара, проводя косметическим карандашом под глазами и вокруг носа.
— Можно тебя спросить? — обратилась к ней Глория.
— Как твою гримершу или как советника по жизненным вопросам?
— Как кузину.
— У, в этой роли я давненько не была. — Клара пуховкой набрала полупрозрачной пудры и фыркнула, создав в воздухе небольшое облачко.
— А с Маркусом? — полюбопытствовала Глория. — Какую роль ты играешь при нем?
— Я думала, мы о тебе сейчас говорим.
— Мы и говорим, только с небольшими отступлениями, — сказала Глория и заметила, как к ее лицу приближается щеточка с тушью для ресниц. — Только, пожалуйста, не выколи мне глаз этой штукой.
— Ладно, я тебе скажу, чем мне нравится Маркус. — Клара стала наносить на ресницы Глории черную тушь. — С ним я чувствую себя такой, какой хочу быть, а не такой, какой была раньше или какой следует быть, или еще какой-нибудь…