Степные травы
Шрифт:
Первое. Магия – это одно из полей ауры нашей планеты. В пользу этого предположения говорит то, что существуют места, где магии нет. То есть, вообще. Такое пространство можно даже создать принудительно, сделав комнату со стенами из нихила. В естественных условиях, отсутствие энергии наблюдалось разумными на значительной высоте.
Второе. Это относительно новая теория, но уже имеет немало сторонников. По ней магия – это поле не планеты, а общее поле всех разумных. То есть магия исходит не от планеты, а от нас, разумных, которые на ней живут. В пользу этой теории есть наблюдения, что в
Есть и третья теория. Она совсем молодая, но базируется на первых двух и исходит из практики наблюдения за одаренными, а не за самой магией.
Известно, что при близком взаимодействии двух одаренных разного ранга, более сильный одаренный начинает влиять на ауру более слабого. И чем больше разница в рангах, тем более характерно выражено это влияние. У более слабого наблюдается некоторый рост его дара, происходят изменения в структуре энергоскелета. Но вместе с тем, эти изменения не происходят все время, а длятся до определенного предела.
По третьей теории, одаренные возникли в процессе взаимодействия разумных с полем планеты. И по мере нарастания количества одаренных, происходит изменение и поля, то есть магии. Эта теория объясняет тот факт, что в местах меньшего напряжения поля магии, при активной деятельности одаренных, напряженность за относительно короткий срок приобретает параметры схожие с обжитыми областями. Также сюда прекрасно вписываются наблюдения сделанные на Стенах, то есть в местах наиболее активного применения формул. Многие одаренные отмечают, что на Стене формулы получаются легче, применять их можно дольше. Сначала это списывали на специфику восприятия одаренными места действия, но потом были проведены контрольные замеры уровня напряженности, которые показали, что магия в этих областях действительно имеет более высокий уровень…
386 год НД.
Мелиал Антае Оффус Аваратан, глава Академии, 348–399 гг. НД.
Аринэль проснулся от какого-то грохота. Он дернулся и ошалело огляделся. А потом почувствовал, что… как бы это помягче… Пустил слюнку. И поспешно вытер подбородок.
Сидящая напротив Анти насмешливо поглядела на него. А Аринэль недоуменно поглядел на сестру.
– Брат мой, – иронично произнесла девушка. – Вы бы книгу-то подняли бы. Я понимаю, груз знаний тяжел, но все же это неправильно, если книга будет на полу валяться.
– А? А-а… – Ари посмотрел вниз (он сидел на кресле).
Увидев книгу, лежащую на полу, он нагнулся, поднял ее и положил на стол.
– Вижу, мудрость предыдущей главы Академии, – Анти кивнула на книжку. – Оказалась слишком сложной?
– Сестра моя, любимая, суженная-а-а! – Ари потянулся и зевнул. – Я и так знаю, что вы обладаете прекрасным чувством юмора. И вообще, пинать убогого – это моветон.
Саманта слегка улыбнулась. Аринэль же с легким удивлением посмотрел на Саэко, которая сидела на одной из кроватей и тоже что-то читала. Судя по знакомой обложке, что-то из учебного курса.
«Да ладно!» – это Аринэль увидел Даяну.
Она тоже что-то увлеченно
– Анти, – негромко спросил Ари. – А что там Дая читает?
Девушка посмотрела в сторону Даяны. Хмыкнула.
– Дом летящей птицы, – ответила Саманта, возвращаясь к чтению.
– И что мне это должно сказать? – недоуменно поинтересовался Ари. – Ну, кроме того, что название красивое.
Анти вздохнула, выразительно посмотрела на Аринэля.
– Это история Аясу Каи, – пояснила девушка.
– А-а, – Ари ответил, как будто понял…
Но Анти ясно видела, это имя для него было… Просто именем и все.
– Она была личной слугой Первой Императрицы, – с еще одним вздохом пояснила Саманта.
– Вообще все ясно стало, – хмыкнул Ари. – Я так понимаю, раз уж про эту женщину аж книгу написали, дама была выдающаяся?
– Ну, одним из ее деяний, было сражение с маткой, – ответила Анти. – Там, где сейчас стоит Айтарис.
– Ого, – удивился Аринэль. – А Даю в этом что так заинтересовало?
– Каи была женщиной… внушительной, – усмехнулась Саманта. – Во всех смыслах. Я читала, что она и среди орков бы не затерялась. Причем, среди мужчин.
– Да, жаль… – начал было Ари и оборвал себя, с опаской посмотрев на Анти
Та покачала головой, характерно посмотрев на Аринэля. Тут в дверь натурально замолотили. Даяна оторвалась от книги, нахмурилась, вздохнула. И даже не вставая со стула, отодвинула засов левой рукой. Вот только как бы невзначай, положила правую руку на рукоять меча, который был прислонен к стене. Ага и ремень ножен зажат ножкой стула. То есть можно одним движением вытащить меч и, вставая, сразу же нанести удар по тому, кто вломится.
– Ари! – Талия ворвалась в каюту. – Все! Меня отпустили! Ты скучал?
Даяна со скепсисом и осуждением посмотрела вслед Аванти и, встав, закрыла дверь. А потом села обратно и вернулась к чтению. А Талия, буквально добежав до Ари, тут же приземлилась к нему на колени.
– Ты бы хоть шинель сняла, – усмехнулся Аринэль.
– Я могу не только шинель! – лукаво улыбнулась девушка.
– Слушай, а ты знаешь, кто такая Аясу Каи? – поинтересовался Ари.
Талия недоуменно посмотрела на него.
– Личная слуга Данарии Эридис, – ответила она. – Это что, ты решил у меня знания по истории проверить?
Саманта в этот момент взяла бокал с вином (она его весь вечер давит) и очень иронично посмотрела на Аринэля.
– М-да, – произнес Ари.
Сабрина не стала возражать, чтобы Саэта ехала в ее каюте. Две женщины как-то без слов поняли друг друга. Это лет до сорока кажется, что разница в пять лет – это много. А когда тебе переваливает за полста, да еще после того, как лет тридцать на Стене постоишь, как-то перестаешь обращать на это внимание. Тем более, у одаренных немного другое восприятие времени из-за того, что их продолжительность жизни больше. И чем выше дар, тем больше времени отмерено природой. Бывшая глава Академии Мелиал Аваратан в свои двести двенадцать лет прекрасно себя чувствовала, а между тем, для людей это уже глубокая старость. Она с поста главы ушла потому… Что не сошлась во многом с новым порядком в Империи, а если быть точнее, с Императрицей. А так, одаренный, да еще и магистр, вполне может рассчитывать лет на тридцать-сорок активной жизни после двух сотен. Тем более, что даже внешне одаренные как бы застывали где-то на ста пятидесяти.