Стены молчания
Шрифт:
Кэрол подняла глаза и улыбнулась. Казалось, это была искренняя улыбка, созданная ни для того, чтобы спрятаться, но и не для того, чтобы открыться. Я улыбнулся в ответ.
— Фин, — мягко произнесла она. — Позволь представить тебе Чака Кранца. Он аналитик по инвестициям, занимается этой сделкой. Сейчас Чак просматривает данные по счетам и доходам.
Чак Кранц встал и сухо пожал мне руку. Он сказал, что очень рад видеть меня, но я не увидел особой радости у него в глазах.
— Мы как раз говорили о графике, перед тем как ты пришел, — Кэрол ввела меня в курс дела.
—
— Чак с коллегами подготовил пакет документов по сделке. Я только что просмотрела его сама, — Кэрол толкнула мне большую папку через стол. На обложке было указано, что содержание строго конфиденциально. Посередине большими красными буквами было написано: «Проект Бадла».
— Это тебе, — сказала Кэрол. Я не стал открывать папку и читать пояснительную записку в пять строчек, которая, скорее всего, украшает первую страницу и объясняет суть сделки.
Маклер «Джефферсон Траст» намеревался приобрести биржевого маклера. В Бомбее. Что еще мне нужно знать?
Чак Кранц с враждебностью взглянул на меня:
— Сделка заключается в следующем. У «Джефферсон Траст» широкие возможности в сфере развивающихся рынков Европы и Юго-Восточной Азии. Мы ведем бизнес через совместные предприятия, новые фирмы и иногда через приобретение местных организаций, так сказать, «высшей пробы».
Он не сказал ничего нового. Рынки отсталых стран. Джунгли, полные денег, если вам удалось найти лучшее дерево, джунгли, полные проблем, если вы не сумели это сделать. Ложь с яйцами.
Кранц повернулся к Кэрол за запоздалым разрешением продолжать. Она кивнула.
— Иногда мы изменяем стратегию в зависимости от рынка. Мы делаем это по известным коммерческим соображениям, — Кранц замолчал на секунду, желая услышать, будем ли мы с Кэрол возражать против того, что «Джефферсон Траст» всегда поступала из коммерческих соображений. Удовлетворившись тем, что возражений не последовало, он продолжил: — После тщательного анализа мы пришли к заключению, что в Индии нам придется применить альтернативную стратегию.
Он опять сделал паузу. Бог ты мой, этому парню нужна была аудитория. Чего он хотел? Чтобы мы поаплодировали ему?
— Поэтому, вместо того чтобы действовать через местных маклеров и банки, — продолжал Кранц, — мы собираемся купить биржевого маклера, твердо стоящего на ногах, для своих нужд, укрепить свои позиции и раскрутить нашу торговую марку в Индии. Мы нацелены учетверить наши доходы в этом регионе в течение двух лет и стать первым маклером и банком этого региона, — Кранц выжидающе посмотрел на нас.
Ни я, ни Кэрол не вымолвили ни слова.
Пожав плечами, он показал на обложку документа:
— Что вы думаете по поводу кодового названия этого проекта? «Бадла». Мило. Мне это понравилось. Вы знаете, что это означает, Фин? Посмотрим, что знает «Клэй и Вестминстер» об Индии.
Мы знали. Мой отец знал это. Я знал.
Кэрол нервничала. Это был такой же тест для нее, как и для меня. Если я выгляжу плохо, она тоже выглядит не лучшим образом.
—
Кранц улыбнулся, один раз хлопнул в ладоши и повернулся к Кэрол:
— Все в порядке, парень знает кое-что. А то ты заставила меня поволноваться.
У Кэрол отлегло от сердца. Кранц открыл папку, мы были вынуждены сделать то же самое.
— Давайте теперь посмотрим на сделку, — сказал он.
Казалось, все ясно. Средний биржевой маклер, около ста человек персонала. Это не высшая проба. Кранц в этом прав: все хорошие компании были куплены много лет назад соперниками «Джефферсон Траст». «Джеферсон Траст» слишком поздно вошла в игру, и я сомневался, что цель стать номером один в этом регионе достижима. Все же это проблема, и удивленное выражение лица Кранца по поводу цифр, которые он изучал, когда я вошел в комнату, доказывало, что он тоже знал об этой проблеме.
— Итак, цена покупки пятьдесят миллионов, — сказал я.
— Ага, — сказал Кранц.
— Наличными? Или вы хотите использовать ценные бумаги? Будет ли отсрочка и что насчет «наручников»? — проговорил я на автопилоте.
— Притормозите, Фин. Хорошо? — Кранц прижал руки к вискам в притворном замешательстве. — Мы будем использовать ценные бумаги, — продолжал он, — маленький процент дохода — десять процентов максимум. Да, и множество «наручников». Мы не хотим, чтобы эти парни думали, что могут сбежать слишком быстро.
— С ценными бумагами может быть проблема, — сказал я.
Кэрол кивнула.
— Тогда решите ее, — просто отреагировал Кранц.
Все было не так просто. Но с этим можно было подождать.
— Базы клиентов? — спросил я, хотя мог сам догадаться.
— Иностранные организации. Мешанина местных: частные лица, корпорации, банки. Стандартный франчайзинг. И, кроме того, там еще есть НРИ, — Кранц замолчал, чтобы понять, знаю ли я, что такое НРИ. Это был еще один тест.
— Нерезидентные индийцы, — рассеянно сказал я. Люди, работающие в других странах. Резервуар для денег — много миллионов. Богатая династия из двадцати миллионов человек. — Какие биржи задействованы? — спросил я.
— Бомбей, национальная и Ахмедабад. — Голос Кранца был низким и самоуверенным. Очевидно, он получил высокие оценки на курсе МБА.
— Хорошо, — сказал я. — Это означает, что нам будет необходимо получить их согласие, а также согласие валютного и резервного банков Индии. Мы можем поручить местному советнику прощупать почву, чтобы не натолкнуться потом на особые бюрократические препятствия.