Стена
Шрифт:
– Обещаю, – обнадежила подругу Саша и, со второй попытки, наконец добралась своими губами до ее нежной щеки.
На самом деле, вопрос с Данилом стоял для Александры довольно остро. Когда она впервые начала задумываться о работе в эскорте, чувства к Дане еще не угасли. Предполагалось, что, пока он там, она поработает, а потом, когда вернется, они заживут долго и счастливо. С ним-то она «по любви». Почему мужикам можно с кем-то спать на стороне, а затем как ни в чем не бывало приходить домой к любимой? Девушки хуже, что ли? Единственное, что ее тогда останавливало – страх того, что Данил узнает. Да, город большой и Вика, например, с
После того разговора, когда Саша узнала про прием своим парнем «тяжелых», она разозлилась, а деньги срочно нужны были обоим, поэтому былые страхи отошли на второй план. Она просто взяла и сделала. Теперь же, Александра совсем запуталась и вообще боялась что-либо Дане говорить. Вследствие этого и откладывала разговор наперед, надеясь, что «все как-то само собой разрулится».
Глава 3
Владимир, уже одетый в костюм, стоял в коридоре перед зеркалом от пола до потолка и поправлял галстук. Одновременно он поглядывал на родинку на правом виске, сопровождавшую его с самого появления на свет. Как ему казалось, она, итак, немаленькая, с годами увеличивалась в размерах. И вроде бы ничего страшного, но почему-то Владимир этого ужасно боялся. Да, человека, прошедшего обе чеченские войны, бросало в холодный пот, при мысли, что родинка станет больше. У людей, не раз смотревших в глаза смерти, страхи, порой, бывают странные.
Закончив с галстуком, мужчина прыснул одеколоном по обе стороны шеи и направился медвежьей походкой в комнату сына. С Кириллом у Владимира были, мягко говоря, натянутые отношения все время, сколько он себя помнил, а попытки это исправить частенько только ухудшали ситуацию. Довольно успешный и деловитый, открытый и пользующийся авторитетом у окружающих Владимир легко находил общий язык со взрослыми, но совершенно не понимал, как обращаться с детьми, поэтому в качестве отца не смог реализоваться. Сначала все время занимала служба в армии, постоянные учения, а потом бизнес, в связи с чем Кирилла Владимир видел чуть ли только не по праздникам. Потом ребенок вырос, и было уже поздно.
Полгода назад жена Владимира, Ольга, любительница поднажать на педаль газа, разбилась насмерть в автокатастрофе. Спустя еще четыре месяца после этого печального события Кирилл закончил учебу в одном из Московских университетов и вернулся в Грозный, в родительский дом, поэтому отношения в семье надо было налаживать. Но оказалось, что это не так просто. Отец и сын не могли найти ни общих интересов, ни других точек соприкосновения. Их взгляды и суждения практически по всем вопросам различались. А когда Владимир по-отечески пытался поговорить с сыном и внести некоторые правки в его воспитание и мировоззрение, делал это так грубо, как если бы хирург проводил операцию пациенту с помощью кувалды и бензопилы.
Единственное, кроме места жительства, что их объединяло – работа. На работе, как двое коллег, они идеально дополняли друг друга. Новоиспечённый менеджер и маркетолог, с горящими до работы глазами вернувшийся с учебы, в рекордно короткие сроки внес точечные настройки в давно стагнирующую охранную фирму отца. Владимир привык вести бизнес, как это было в 90-е, Кирилл же привнес новые современные подходы. Поэтому отец и сын разделились. Младшему была отдана вся внутренняя кухня конторы, а старший договаривался с государственными службами,
Увидев, что их совместное семейное управление творит чудеса, серьезные чеченские знакомые Владимира предложили ему руководить заводом в его родном городе, так как там у него еще оставались некоторые связи. Речь шла о деньгах колоссальных, поэтому Владимир немедля решил ехать и решать вопросы на месте. Заодно и сына с собой забрал, чтобы, пока идет проектировка и строительство этого самого завода, можно было открыть еще один филиал охранной фирмы и зарабатывать на «мелкие расходы».
Пару раз стукнув по двери сына, Владимир открыл ее и недовольно пробурчал:
– Десять часов уже, а ты еще в постели. Вставай давай! Я на встречу по поводу завода, а ты чтоб через час был на фирме. С каких это пор ты на работу начал болт забивать, я что-то не понял?
– Я сегодня хочу выходной, – еле приподняв голову с подушки, промямлил Кирилл.
– Господи, когда ты вчера нажраться то успел? – как только сын повернулся, отец увидел его глаза, настолько заплывшие, что вот-вот вообще полностью сомкнутся, – и какого вообще хрена? Сегодня рабочий день!
Кирилл сделал паузу, в надежде, что отец задал риторический вопрос и сейчас уйдет, но он упорно стоял и ждал ответа, так что пришлось объясняться:
– Меня вчера Динара бросила.
– Московская эта, что ли? – Владимир немного расслабился. Он прекрасно понимал, что сын ответственно относится к работе и просто так не напьется, но испугался, что повод для этого мог быть, по его мнению, куда серьезней.
– Московская, – недовольно буркнул Кирилл.
– Я думал, вы уже расстались… ты – тут, она – там, что это за любовь такая? – отец не удержался и хихикнул.
– Я ей, между прочим, предложение сделал! Она сюда приехать должна была! – уже откровенно злясь, нагнетал Кирилл.
– Тем более! Ты ей предложение сделал, а она тебя кинула. Что это за отношения такие? Радоваться должен, что все так закончилось и не зашло дальше. И вообще, если она согласилась женой твоей стать, а потом ушла к другому, значит – шалава. Что о ней горевать?!
– Она не шалава! – приподнявшись крикнул Кирилл. В его глазах блеснул гнев, но тут же в висок ударили последствия вчерашнего вечера. Он снова рухнул на подушку и отвернулся к стене.
– А кто же еще? Хорош ныть! Другую найдешь. Завтра к Игорю Олеговичу на юбилей пойдем, познакомишься с дочерью его, она не замужем. Воспитана, судя по родителям, лучшим образом. Правда, вживую я ее видел последний раз, когда еще в класс второй ходила. Но пять лет назад фотографию мне Игорь показывал – красавица настоящая. О ней лучше подумай, а не о каких-то московских шлю…
– Не нужна мне ничья дочь, – снова прокричал Кирилл, перебив отца, – уйди, прошу тебя! И так хреново!
– Вырастила мать мямлю! Ничья дочь ему не нужна… Сын чей-то, надеюсь, не нужен? А то хрен вас знает, – недовольно пробурчал отец и захлопнул за собой дверь.
– Не трогай мать! – послышалось из комнаты. «Ох, Оляя, рановато ты нас покинула. Что мне теперь с ним делать? – вслух проговорил Владимир себе под нос, – и почему я им раньше не занялся?»
«Надо быть помягче с сыном», – так советовала его домработница Амина. У нее четыре своих, она-то уж точно знает, как с ними управляться. Вот только Владимир привык «прямо», а не «помягче», и перестроиться у него получалось слишком редко.