Стелла

Ли Кристина

Я вышел из подсобки и решил, что раз уж садиться в тюрьму то хоть за дело!

— Ты труп, тварь!

С этими словами я шел между мемберами групп, их стаффом и организаторами, совершенно не замечая, КАК на меня смотрели. Они уже знали. Совершенно точно эти героини, а где-то и явные выкрики о том, что я ублюдок, говорили о том, что всем все стало известно в ту же минуту, как Су Хиль появилась на публике.

— Вы только посмотрите на этого…

Как так можно? Это ведь девушка из стаффа? Какое бесстыдство!

Много людей говорили специально мне в спину, но я терпел, хоть и понимал, какой позор упал на мои плечи незаслуженно. Я не был таким человеком, и сейчас мне это причиняло нестерпимую боль. Все вылетело из головы. Всё, потому что такая грязь заставила меня чувствовать стыд все равно.

"Вернись ко мне…" — это была единственная мысль о Лане, пока я входила в пустую гримерку парней Дон Мина.

— Сапсари!!! *(Су**!!!) — зарычал не своим голосом, и даже не заметил как мои парни стали тащить меня вон из пустого помещения, которое я хотел разгромить в щепки.

— Кай!

— Эй, Хён! Опомнись! Это же мы!!! — Джин встряхнул меня и обнял, — Всё будет в порядке, брат! Мы справимся!

Но я продолжал стоять с зажатыми в кулаки руками, в попытке хотя бы начать здраво мыслить.

— Я не насильник… — тихо и холодно прошептал, понимая, что все вокруг думают именно так.

Все кроме моих парней.

"Я умоляю тебя! Не верь этому… Не верь, Лана…" — эта мысль добила меня и прикрыл глаза, понимая, что если она поверит в эту грязь, для меня это станет концом.

"Но так даже лучше. Так они не навредят тебе, милая…"

Она звонила. Лана не просто звонила, она обрывала мой сотовый почти час, пока мы стояли в терминале и ждали нашей посадки на рейс.

— Надо поднять, — умоляюще посмотрел на меня До Шик, но я покачал головой, и посмотрел на экран его сотового.

Она звонила всем… И Чи Джин был прав, когда запретил впутывать ее в это и брать трубку. Я тоже это хорошо понимал, потому собрал всю волю и запихнул все чувства подальше, только бы она не пострадала и не повязала в подобной грязи вместе со мной.

Я с силой зажал кнопку отключения телефона и экран потух.

"Прости… Но я не могу позволить, чтобы из-за меня пострадала и ты…"

Как только я принял такое решение, во мне будто умерли все чувства. Я спрятал всю боль и обиду за холодной маской скотины насильника, которого во мне видел каждый. Мне казалось, что даже англичане, которые вообще ни сном, ни духом о том, что произошло в моей жизни, смотрели на меня, как на садиста насильника, который обесчестил женщину.

Вот

до какой степени дошло моё состояние. И когда мне захотелось просто сбежать, я понял, что чувствовал До Шик, когда о нем распускали такие же грязные слухи. И сейчас, он был в таким же состоянии, потому что только теперь я понял, что парень чувствовал к Су Хиль не просто влечение, он действительно ее любил. А сейчас…

— Прости её… — он сидел на соседнем сидении микроавтобуса и взял меня за руку, — Я уверен её кто-то вынудил это сделать. Она не такая…

— А какая она? — я холодно перебил его и вырвал свою руку, — Какой может быть девушка, которая вертит одним парнем, а на второго готова вешаться, как дешёвка? Я не раз повторял ей в лицо, что она мне не интересна. Не раз мягко намекал, что она переходит все рамки. Терпел её выходки перед собственной женщиной, лишь бы не провоцировать конфликты, в надежде что до Су Хиль дойдет хоть что-то! После этого ты думаешь, что её вынудили, До Шик? Ты настолько наивный?

Он смотрел в мои глаза, а за нашими спинами стихли разговоры остальных парней с Ин Ха, которая ехала с нами.

— Ей заплатили, До Шик. И она согласилась сделать из меня насильника из мести за то, что я выбрал отношения не с ней! Вот кого ты пытаешься защищать и дальше! Открой глаза и найди себе наконец, женщину, а не двуличную тварь, которая пригреется там, где послаще и побогаче.

До Шик умолк и не проронил более не слова, как и я. В гостиницу я вошёл под утро только с одной целью — лечь спать и забыть обо всем. Потому вошёл в номер, даже не сказал спасибо консьержке, которая проводила нас по номерам. Не сказал ничего и на репетиции, на которой меня смотрели так, словно я бесстыжая тварь, и ещё смею выходить на сцену после этого.

Я ждал… Так и ждал момента, что за мной придет, и попросят покинуть территорию Англии, потому что меня арестовали. Но дни шли, и ничего не происходило. Мы продолжали работать, но в трансляциях и других публичных мероприятиях я не участвовал, а продолжал просто репетировать и писать. Я впервые стал снова писать стихи, и это помогало мне не думать о том, кого из меня сделали общество. Мама… Она звонила трижды и плача в трубку просила, чтобы я не натворил глупостей, и не бросал её. Папа… Он хотел приехать, но новая экспедиция была в самом разгаре и бросить студентов от не мог, потому что отвечал за них.

Но я ждал… И в ту ночь, просто лежал смотря в потолок, когда дверь открылась, а я в полудрёме не мог понять, кого вижу перед собой.

Вышел в гостиную и тупо смотрел на неё. На тот, как раскраснелось её лицо, на то, как в её глазах горел непонятный свет. Обогнул взглядом длинную парку черного цвет, спортивный зимний костюм, кепку и повязку на лице.

— Тебе говорили, что ты за это время стала чертовски похожа на кореянку? — прошептал и не мог поверить, что услышал рычащий и злой ответ: