Стеклянное сердце
Шрифт:
Эми шокировано уставилась на него.
– Не нужно, что вы...
Торли удивленно поднял голову, Освальд опять скривился. Фрэнсис продолжал молчать, даже не взглянув на отца.
– Вопрос решеный. Вас же, - он обратился к сыновьям.
– Прошу поддержать вашу названую сестру. Для нее это будет волнительный день.
При фразе “названая сестра” Освальд поперхнулся, а Фрэнсис поднял глаза от тарелки и тяжело посмотрел в их сторону.
– Ты переходишь всякие границы отец. Она тут никто.
– Здесь еще я решаю. Я король!
– гаркнул
Фрэнсис поднялся со своего места, бросив салфетку на стол. Он больше не мог терпеть эту бессмысленную нелепицу. Смерил Аскона враждебным взглядом.
– Ненадолго.
Он вышел из залы, не обращая внимания на кричащего в спину короля. Все притихли, слуги боялись пошевелиться. Впрочем, и Эми тоже.
Она сразу поняла, что в замке назревает что-то нехорошее, и ей в любом случае предстоит столкнуться с неприятным будущим.
**
Глава 16
В тот же вечер, рыча от негодования, Фрэнсис мерил шагами свои покои, наворачивая круги туда-сюда. Рука то и дело находила шнурок на шее и яростно его теребила. Принц был настолько в не себя, что готов был влить яд в рот отцу прямо сейчас.
Светлые волосы растрепались от быстрых и резких движений, рот скривился в полубезумной улыбке. В его покоях горел лишь камин, отбрасывая тени на просторную комнату. Парадный камзол валялся жалкой кучкой на полу, пару раз он в бешенстве наступил на него, потом и вовсе пнул под кровать.
Притихнувший Бофар стоял в углу, боясь попасться под горячую руку господина. Он слишком хорошо его знал, прислуживал ему с самых пеленок.
– Это немыслимо! Сестра! Ха!
– фыркнул с презрением.
– Да я скорее подошву от своих сапог прожую, чем признаю рабыню из Валиарии своей сестрой! Старик верно совсем из ума выжил! Совсем помешался на этой самозванке! Пора с этим покончить! Корона будет моей! Я его в порошок сотру!
Бофар молчал. Он слышал эти разговоры сотни раз. И обещания Фрэнсиса покончить с собственным отцом. Но время проходило, гнев молодого господина остывал, и он снова возвращался в прежнюю привычную жизнь.
Бофар уже давно подумывал, что, как бы не проклинал принц своего отца, а на подлое убийство не был способен. Более того, Фрэнсис отчаянно желал его любви, хоть и никогда это не показывал. Аскон был тем еще мерзавцем, ни один из его сыновей не получил ни капли отеческой заботы. Неудивительно, что сыновья ненавидели его в ответ и все ждали, когда же он уйдет на тот свет.
– Ну я устрою ей праздник! Запомнит на всю жизнь!
– прошипел принц и резко подошел к Бофару. Тот съежился.
– Приготовься, мне понадобится твоя помощь. У меня есть план...
**
Спустя несколько дней Аскон и правда устроил для Эмеральд праздник, как она ни отпиралась.
– Извини, милая. Это твое совершеннолетие. Тебя пора давно выводить в свет. Я же говорю, мы найдем тебе достойного мужа.
– Но я не хочу замуж, - горячо возразила Эми, глядя на Аскона с мольбой.
– Я всего лишь хочу
– Ты и будешь дальше им заниматься. Учись, если того желаешь. Твой супруг не будет препятствовать, это я тебе обещаю. Пойми, тебе нужна защита. Ты молодая девушка, а я уже совсем старый. Боюсь, что однажды не смогу тебя защитить. Тебе определенно нужно подготовить место, где тебя никто не тронет.
– То есть это будет фиктивный брак?
– Ну зачем же? Самый настоящий.
– Кто же захочет жениться на безродной валиарийке?
– прошептала Эми.
– Захотят, если я прикажу, - отрезал Аскон.
Эми только ужаснулась. Да будущий муж будет ее люто ненавидеть! И ведь не посмеет отказать Аскону, но всю злобу выместит на ней. Как король этого не понимает?!
– Может, лучше фиктивный? Я за Веруча готова пойти...
– Какой Веруч?! Этот дряхлый старик старше меня!
– засмеялся Аскон.
– Ну что ты выдумываешь? Не беспокойся, я сам обо всем позабочусь. Сегодня просто наслаждайся праздником. Со всех поместий понаедут гости, все будут на тебя смотреть, любоваться...
Аскон и правда прикипел к юной целительнице, спасшей ему жизнь. Сначала думал просто отблагодарить ее за спасение, но вскоре понял, что ему нравится проводить с ней вместе тихие вечера, слушать, как она читает ему книги или рассказывает о прошлой жизни в монастыре. Он знал, что в душе она ненавидела его за то, что он набрал рабов с ее земли, но старался об этом не думать. Иногда думал отпустить ее домой, но потом сразу передумывал.
Он не был готов расстаться с эти уютным чувством, которое появлялось в ее присутствии. В последнее время он чаще и чаще находился в кабинете Веруча, где она терпеливо корпела над учебниками и работала. Старик просто сидел в кресле у огня и смотрел на шустрые ловкие пальчики.
– Кажется, я совсем постарел, - кряхтел он под нос, наблюдая за тем, как она ловко нарезает целебные корешки.
– Чудо, что у меня появилась названая дочь. Ей совсем от меня ничего не нужно...
На празднике Эми чувствовала себя скованно. Серебристое шелковое платье с росписью из жемчуга струилось по ногам, открытые плечи с пеной кружев притягивали взгляд гостей. Она была диво как хороша с убранными наверх волосами. На манер кальдерранских королев в ее волосы вплели цепочки с камнями. На лбу висело странное украшение из цепочек, дымчатая полупрозрачная вуаль прикрывала нос и губы.
На фоне приглушенного жемчужного платья зеленые глаза девушки казались ярким пятном в ее образе.
Не смотря на поистине богатый наряд и поддержку самого короля, который находился подле нее, она чувствовала себя не в своей тарелке. Самозванка. Чужачка, примерившая не свойственный себе образ.
Самое ужасное, что это понимали все. Любопытные взгляды жгли, но чувствовалось в них и едва скрываемое презрение, что почти осязаемо касалось волнами ее кожи. Никто не понимал этого фарса. Один только Аскон сиял добродушной и счастливой улыбкой.