Шрифт:
Незваный гость
Резкий звонок в дверь вырвал меня из столь желанных объятий сна. Я потянулся, перевернулся на другой бок и снова погрузился в сладкую дремоту. Снова звонок. Ну, разве можно быть такими надоедливыми? Кто бы ты ни был, стоящий за дверью, какой бы настырностью ты не обладал, но мою силу воли тебе не преодолеть! Опять звонок. Странная вещь. Когда я несколько лет назад покупал этот маленький аппаратик, его звук казался мне весьма забавным. Теперь же я ненавидел свой звонок, так же как и звонящего сейчас человека. Если это, конечно, человек! По тому, как он беспрерывно нажимает на звонок, я сказал бы, что это
Я тяжело поднял голову с кровати и посмотрел на часы, висящие на противоположной стене. Восемь утра. Что за несправедливость! Кто может терзать звонок моего дома в такую рань. Да, еще и в законный выходной!
Я мысленно проклял человека, стоящего за дверью, и закрыл уши подушкой. Снова резкий звук полосонул мои и без того чувствительные нервы.
Не выдержав более, я соскочил с кровати и, забыв даже накинуть халат, побежал к двери. И если бы за ней стоял кто-нибудь другой ему бы точно не поздоровилось.
Рывком открыв дверь, я тупо уставился на незваного гостя. А если быть точнее, на гостью. Она немного испуганно оглядела меня и покраснела. Медленно, очень медленно, ко мне возвращалась способность соображать, но одна мысль пришла ко мне быстрее других. И эта мысль была: «нет, халат все-таки стоило накинуть».
Но теперь уже терять было нечего.
– Вы что-то хотели?
Я постарался начать разговор как можно более вежливо. Гостья продолжала недоумевающе смотреть на меня.
– Может быть, вы зайдете?
Я начинал терять свое и без того не ангельское терпение. Еще не много и я захлопну дверь прямо перед ее лицом. И пусть стоит на пороге столько, сколько ей вздумается!
Но не вышло. Как будто догадавшись о моих намерениях, она вдруг затараторила:
– Пожалуйста, поймите меня правильно, я не хотела вам мешать, но это важно, очень важно, простите меня…
– Стоп! – прервал я безумный поток ее слов. Вчера был очень хороший и многоалкогольный вечер, так что сейчас слушать бессмысленные речи мне совсем не хотелось. Она снова посмотрела на меня испуганными глазами. Мне даже показалось, что она сейчас заплачет. Господи, зачем ты создал женские слезы! Что тут поделаешь? Я завел ее в гостиную и посадил на диван. Она молчала, уставившись в пол. Накинув халат и, взяв из холодильника две бутылки пива, я сел рядом с ней. Что может быть лучше холодного пива на утро после шумной гулянки? Я приложил одну бутылку ко лбу – стало не много легче. Вторую протянул ей. Вы бы только видели, как она на меня посмотрела! Ну что же, мне больше достанется. Одним глотком я выпил половину бутылки, и когда счастье растеклось по всему организму, сказал:
– Теперь рассказывай, – и, сразу спохватившись, добавил: – Только сразу по делу.
Она глубоко вдохнула и принялась говорить. Теперь она не тараторила, а, напротив, произносила слова медленно и очень отчетливо.
– Мне очень нужна помощь.
Девушка сделала особое ударение на слово «очень».
– Не, не, не. Кредиты я не выдаю, – тут же прервал я.
Она даже не обратила внимания на мой сарказм.
– Я должна сделать одно дело, но в одиночку не справлюсь.
– И ты, наверное, рассчитываешь, что я тебе стану помогать.
– Уже месяц я за вами наблюдаю и думаю, что вы мне подходите. Но чтобы узнать это наверняка, вы должны пойти со мной к ворожее. Только она сможет точно сказать.
У меня просто челюсть отвисла. Мало того, что она ни свет, ни заря вламывается ко мне домой, а затем сознается,
– И не думай, я свою свободу так просто не отдам.
– Что? – удивилась она.
Это удивление было такое искреннее, что я чуть было ей не поверил.
– Ой, вот не надо делать невинные лица! Ну, зачем еще девушка может требовать, чтобы молодой не женатый – я сделал ударение на это слово – мужчина пошел с ней к «ворожее»? Кстати, выбрав вполне удачное время, когда этот мужчина еще не проснулся и поэтому туго соображает.
Она засмеялась, и этот смех мне не очень понравился. От него я почувствовал себя слабоумным. Девушка более не выглядела слабой и напуганной.
– Вы слишком печетесь о своей особе, – сказала она. – Я не собираюсь влюблять вас в себя. Я же сказала, что вы мне должны помочь с делом. А любовная ерунда меня не интересует.
Все-таки я впустил сумасшедшую. Ну, какая женщина в здравом уме откажется от всякой любовной ерунды, как изволила выразиться моя незваная гостья? А тем более, когда я рядом. А я, надо сказать, весьма не дурен. Кстати, я ведь не сказал ничего про себя. Во-первых, поблагодарю природу за то, что не обделила. Не жалуюсь ни на отсутствие женского внимания, ни на свои умственные данные. Все в жизни мне как-то доставалось легко, даже играючи. Дом, машина все было, и было в полнейшем порядке. Полно друзей, с которыми можно хорошо посидеть и достаточно выпить. Вот только я, в мои тридцать два года, еще не женился. Но этого делать я и не собираюсь. Мне и так хватает женской ласки. Да и глупо стремиться к однообразию, когда жизнь так многогранна. В общем, тут уж ничего не поделаешь. Я не люблю, чтоб кто-то мной командовал. И, как уже говорил, свободу я так просто не отдам. Кстати, поэтому же я позавчера уволился с работы. А причина? Причина вполне обычная: начальник – придурок, а мои нежнейшие нервы не выдержали. Хотя может мне просто надоело работать. Хочу отдохнуть и отдохнуть так, чтобы помнить об этом очень долго.
Но сейчас не о том. Сейчас меня больше волнует молодая сумасшедшая, сидящая рядом со мной. С виду, правда, и не скажешь, что у нее что-то не в порядке. Она симпатичная. Волосы, вон, какие длинные, черные-черные. А как блестят! Белая нежная кожа. Алые губы слегка поджаты. Стройная фигурка. Платье, какое-то странноватое – длинный до пола серый сарафан, одетый поверх белой свободной рубашки. Но у разных людей разные вкусы. А в целом ей идет, он придает ей особую нежность и трогательность, что ли. И материал ее платья такой легкий и воздушный. Да, она вполне мила.
– Может, хватит уже на меня пялиться! – прервала мои размышления гостья. Она посмотрела на меня таким взглядом, что вся ее нежность и трогательность сразу улетучилась из моей башки.
– Ну, прости, милочка, – я хотел перевести все в шутку, но не вышло.
– Нам некогда рассиживаться, одевайтесь и выходим.
– Я же сказал, что никуда не иду!
Она снова пронзила меня презрительным взглядом. Я подумал, что было бы неплохо узнать о ней и о деле поподробнее, так сказать, познакомиться поближе. Но надолго моя гостья задерживаться не собиралась. Как не собиралась и уходить без добычи. Короче говоря, я даже не понял, как оказался перед раскрытой дверью. Мне, правда, любезно разрешили одеться, но все же оставили без завтрака. Я закрыл дверь своего дома, последний раз взглянул на него и отправился в неизвестность.