Стажер
Шрифт:
– Ну? Что же вы молчите, курсант?
– сержант сцепил руки перед собой и наклонил голову, разглядывая Перси так, словно тот был редким мутантом, заспиртованным в кунсткамере Олд-Прайма.
– Мххх....ммм...
– попытался что-то выдавить из себя Перси. Сержант наклонился вперед, толкнул к нему стакан с водой, выждал, пока он выпьет. Вопросительно поднял брови.
– Мххм... Сержант... эээ...
– Клейтон. Дори Клейтон.
– сержант указал на свой нагрудный знак.
– Сержант Клейтон... я не курсант. Меня уволили. И потому не подчиняюсь военной полиции. А ваши люди применили нейрохлыст.
– Перси знал закон. Его
– Курсант Дорбан. Вы можете не знать этого, но все данные по всем воинским соединениям в Прайме поступают на наш компьютер незамедлительно. Поэтому ваша ложь выглядит... жалко. Могли бы придумать что-нибудь пооригинальнее. Имейте в виду, что согласно законам Вооруженных сил Империи мы может отдать вас под трибунал прямо отсюда. Даже не согласовывая это с вашим командованием.
– С моим командованием?
– Именно. А список ваших нарушений на трибунале гарантировал бы вам два-три года в военных тюрьмах Империи. Только благодаря ходатайству вашего командования и лично директора Школы Яна Васера, только благодаря им мы не стали направлять ваше дело в трибунал. За вами прислали транспорт, он будет через несколько минут. Вы свободны, курсант.- сержант встал, подошел к окну, давая понять, что беседа окончена. Перси нерешительно потоптался на месте, отдал честь сержантской спине и направился было к выходу.
– Курсант!
– окрик остановил его у самой двери. Перси посмотрел назад. Сержант по-прежнему смотрел в окно, не оборачиваясь, он тихо произнес себе под нос, но так, что Перси расслышал каждое слово.
– И если нам придется встретиться еще раз... вам не помогут высокопоставленные заступники. Я лично прослежу за этим. Вам ясно, курсант?
– он обернулся и Перси столкнулся с серым льдом его глаз.
– Конечно, сержант.
– и Перси вышел в коридор. Там он увидел сидящую на скамье Хлою. Та выглядела растрепанной и взволнованной. Увидев его, она вскочила и, подбежав, заключила в объятья.
– Перси! Ты...
– Хлоя! Что ты тут делаешь?
– Они утащили тебя, я пыталась объяснить, что ты уже не служишь в армии, но они...
– Тут какая-то ошибка, Хло, я и сам...
– Курсант Дорбан?
– низкий голос. Широкая тулья фуражки. Планка орденов. Ян Васер! Директор Императорской Высшей Летной Школы, собственной персоной!
– Ээ... Да, сэр!
– вытянулся Перси.
– Пройдемте со мной. Ох и задали вы нам хлопот. Честное слово, если бы не Владимир, быть бы вам сейчас под трибуналом.
– Но сэр...
– И попрощайтесь со своей дамой, что-то мне подсказывает, что вы нескоро ее увидите. Насколько я помню, в частях Ударно-Истребительных Войск первые два года новичкам увольнительных не дают.
– ...
– онемел Перси. За его спиной тихонько взвизгнула Хлоя.
– Давайте, давайте. Поторапливайтесь. Через два часа отбывает ваш челнок, а вам еще присягу принимать, форму подгонять, да мало ли.
– директор буквально тащил Перси за руку. Уже у двери Перси обернулся и встретился взглядом с сияющей от радости Хлоей.
– Я напишу тебе.
– сказал он, останавливаясь.
– Только попробуй забыть.
– ответила та, глядя на него подозрительно мокрыми глазами.
– Быстрей, молодой человек, такой шанс как у вас один на миллион выпадает, вас берут в Ударно-истребительные без экзаменов и тестов, я бы лично впереди меня бежал!
– ворчал директор, таща Перси за собой.
Глава 22
–
– тихо спросил Ромул. Он выглядел подавленным.
– Нельзя быть уверенным ни в чем, в этой юдоли скорби, сын мой.
– ответил инквизитор, не поворачивая своего лица, спрятанного где-то там, в глубине темного капюшона.
– Ни в чем нельзя быть уверенным. Кроме того, что когда облака рассеются, на землю глянет солнце. Кроме того, что велит тебе твоя вера и твой долг... ведь твой император слаб, сын мой.
– Да, это так...
– с некоторой заминкой сказал Ромул, вспомнив Марка Второго.
– Он уклоняется от исполнения своего долга и империя слабеет, как стадо разбредается в разные стороны у нерадивого пастыря. И сан пастыря над малыми сими не привилегия, но долг, долг тяжкий и вечный. Не о себе должен думать пастырь, но о стаде своем.
– Тиима...
– склонил голову Ромул, выдохнув ритуальный ответ, помолчал, храня тишину, словно некую драгоценность и спросил снова:
– Но как ... нет, погодите. В чем причина этой слабости, святой отец?
– У одного крестьянина в пруду с карпами завелась щука. И карпы его на диво, стали вкусны и жирны. Истинное лекарство - всегда смертельный яд. Надо только знать дозировку.
– ответил инквизитор.
– У него нет соперников, святой отец... он уверен в том, что империя держится, держалась и будет держаться, он влачит праздное существование... я понял. Ему необходима встряска... война, заговор, кризис, реальная опасность, которая заставит его встряхнуться и понять, что он не вечен и империя также не вечна...
– сказал Ромул, наполовину уже самому себе.
– Но любое из этих действия это предательство империи... святой отец, подскажите, как мне быть?
– Просто выполни свой долг, сын мой. А в чем он заключается - тебе подскажет сердце. Иди за ним.
– Инквизитор встал, давая понять, что аудиенция окончена. Ромул вышел наружу.
– Что скажете, брат?
– откуда-то сбоку появилась темная фигура, облаченная в такую же хламиду, как и первый инквизитор.
– Он выполнит свой долг. Это написано у него на лице и тут...
– рука инквизитора описала окружность в области сердца: - он из тех, кто отдает все своему делу.
– И у него это удастся?
– Конечно удастся. Он сможет. А заодно поможет и нам. Империи явно не помешает кровопускание.
– Жирная свинья годится только на убой...
– Тиима, брат мой.
– и два инквизитора растворились в темноте комнаты.
– 'Гермес', линейный крейсер, приписанный к отдельной Тридцать Восьмой Эскадре Военно-Космического Флота Империи, под командованием адмирала Волкова. Построен в 2345 году с военных стапелей Айма - 3. Оснащен двумя генераторами Хорна, гипердвигателем Ломоносова -Бреннеке, главный калибр - туннельное орудие 'Берта', активная защита представлена тридцатью двумя панельными батареями, возможно размещение трех ракет типа 'Стардестроер', электронная защита, гравитационный щит, в наличии выбрасыватели наносетей, четыре лазерных батареи класса 'Нова', несет до двадцати пяти легких судов класса 'Шершень', или до пятнадцати судов класса 'Пустельга'.
– приятный женский голос прервался, едва Перси выбрал другую тему на экране своего лаптопа.