Стажер Адо
Шрифт:
Я послушно сидел на жестком диване и разглядывал жилище босоногого 'могильщика', как вдруг из темноты на меня стали надвигаться два светящихся огонька. Чем ближе они были, тем больше мне становилось не по себе. Бежать? Но, что мне может угрожать в доме старого злыдня, кроме него самого? Может он прислал чудовище меня сцапать? Или сам превратился в жуткую тварь?
Пока меня терзали жуткие подозрения, два 'светлячка' вышли на свет и оказались ничем иным, как глазами с виду добродушного пса с пухлыми щечками и большими лапами. Как и от любой крупной собаки от него пахло псиной. Он подошел ко мне, виляя хвостом.
– Боб, знакомься, это Балласт, Балласт это Боб.
Я раздраженно закатил глаза, но ничего говорить не стал. Потрепал пса за ухом, и тот развалился у меня в ногах, подставив брюхо. Старик бросил неодобрительный взгляд и продолжил:
– Слушай сюда, Балласт,- он положил на стол револьвер, небольшой кусок бумажки и какой-то странный предмет, похожий на оторванную ручку от сковородки,- до полуночи у тебя осталось чуть более четырех часов. У меня вчера кто-то стащил новую пару сапог, поэтому я хожу босиком. Чтобы ты смог выполнить задание, я не пожалел времени и сил и изобразил их на этом листке,- он вручил мне бумажку с детским карандашным рисунком, который выглядел больше издевкой, нежели помощью. Затем продолжил.
– Накинь этот серый плащ охотника, он защитит тебя от порезов и колючек, не более того.
– Но на нем кровь?
– заметил я и показал старику багровое пятно.
– Ну, ты ведь не первый стажер,- ехидно ответил он.
– А может у вас есть еще один?
– Заткнись и не перебивай! Это,- 'могильщик' взял в руку тот странный предмет,- это неотъемлемый инструмент любого охотника - пальцерезка. Находишь гада, укравшего мои сапоги и режешь ею два пальца! Запомни, два! Затем, прижигаешь раны обратной стороной прибора. А, чтобы воришка не шибко брыкался, всаживаешь ему пулю с транквилизатором из револьвера.
– Старик вложил оба предмета мне в руки, затем, взяв за шиворот, 'помог' подняться и вытолкнул за дверь.
– Без сапог сюда не приходи! Дверь отныне откроется лишь тогда, когда ты выполнишь мое первое поручение! Да, поможет тебе кто угодно и все, что угодно, ибо я сделал все, что мог, и моя совесть чиста. Ступай, парень, и принеси мне сапоги, если, конечно, жить хочешь.
– Перед моим носом закрыли дверь, и я остался один в совершенно незнакомом городе.
*********
Конечно, первым делом я постучался обратно, но старый психопат и слушать не стал, пригрозил, что выстрелит из ружья, если не уберусь сию же минуту. Шутить он не мастак, поэтому пришлось капитулировать. На всякий случай я запомнил номер дома, чтобы потом найти дорогу обратно.
Револьвер спрятал во внутренний карман куртки и застегнул на молнию. Теперь не вывалится. Пальцерезку пристроил сзади за пояс, а бумажку с рисунком выкинул - все равно от нее пользы никакой. Хотя, мне показался странным тот факт, что с обратной стороны были указаны мое имя и город: 'Джим Коллинз из Хеллберри'. Наверное, так старик пометил для себя этот никчёмный клочок бумажки, чтобы не забыть отдать именно мне.
В тот момент меня попросту разрывало на части от постоянно лезших в голову мыслей. Что делать? Куда идти? Как найти сапоги? Есть ли способ убраться отсюда, пока не наступила ночь, и меня не слопали ночные чудовища? Ну и свинью же родители мне подложили! Обычный город, только со странностями, -
Петляя по серым и пустынным улочкам, я встречал разных жителей Адо. Проходя мимо одного дома, услышал следующий разговор:
– Мистер Грюв, вы должны городу ровно три фаланги, или одну, но большого пальца, иначе вы потеряете дом, - произнес высокий человек в черном плаще и белой, обезличенной маске. Двое крупных мужчин стояли по бокам от него. На них была точно такая же униформа и длинные сабли.
– Да, конечно, сейчас отдам,- тихо ответил мужчина невысокого роста, выглядывавший из-за двери.
– Дорогая, принеси, пожалуйста, нож, да тот, что поострее.
Из глубины дома послышался женский недовольный голос. Должник еще раз тяжело вздохнул, устало надавив пальцами на веки.
– Бога ради, хватит! Просто принеси этот гребаный нож, чтобы я отнял у себя палец!
Поравнявшись с героями этой картины, я заметил, что у должника не хватало еще двух пальцев на одной руке. Вместо них красовались стальные протезы, которые на удивление слушались своего хозяина. Я было вспомнил о свертке в своем кармане, думал поделиться с беднягой, крикнуть: 'эй, погоди, не отрезай себе палец! У меня есть для тебя один!'. Но, потом решил, что они могут еще мне пригодиться, а этому человеку уже не впервой проделывать такое.
Завернув за угол, я очутился в довольно оживленном переулке. Люди шли навстречу, неся авоськи с продуктами. Глядя себе под ноги, они все двигались очень быстро, все, кроме одной неприятной старухи. На ее груди висела металлическая кружка, а у самой женщины на обе руки приходилось всего три пальца. Она медленно двигалась вдоль стены и гнусаво запевала:
'Какой ты богатый, все десять на месте
Подал бы старушке мизинчик любой
И проживешь в благодарность лет двести
За жест свой щедрый и добрый такой!'
По спине пробежали мурашки. Я опустил голову, когда проходил мимо нее. Мне хотелось как можно быстрее покинуть это место. Как вдруг старуха преградила мне путь, и я уткнулся носом в кружку, где на дне разглядел пару человеческих фаланг.
– Отдай то, что у тебя лежит в кармане и вернешься не с пустыми руками,- загадочно произнесла она.
Я застыл, словно завороженный и сунул руку в куртку. Женщина смотрела мне в глаза, затем они вспыхнули еле заметным зеленым светом, и вот я уже шел вперед, сверток исчез, а старухи уже нигде не было.
Вот ведь ведьма! Хорошо, хоть пальцерезку с пистолетом не тронула! Чтоб ей лишиться оставшихся пальцев!
Весь вне себя, я, наконец, вышел на торговую площадь. Ко мне тут же подскочил чумазый мальчишка, схватив за рукав. На нем было надето пальто на пару размеров больше, чем нужно, шапка съехала чуть ниже бровей, а широкие башмаки придавали ему еще более неуклюжий вид.
– Вы ведь охотник?- сказал он.
– Нет. Я всего лишь стажер.
– Но у вас ведь есть револьвер?- не унимался мальчик.